Семья волшебников. Том 3 (СИ)
Но в аурах пятерых профессоров проступила целая гамма чувств. Они обменялись тревожными взглядами, и Скердуфте первый рявкнул:
— Нет уж! Ни за что! Нашелся тут!
— Мэтр Скердуфте, — покачала головой Истолетти. — Что за тон?
Однако было видно, что цверг просто озвучивает общее мнение, пользуясь своей репутацией грубияна.
— Я на всякий случай все же оставлю шелковый свиток, на котором можно будет мне написать, — достал оный из рукава Ли Фэнь У. — Если все же надумаете, мэтр Дегатти…
— А дальнозеркала у вас нет? — спросил тот.
— Наше свиточное письмо проще и элегантнее, в чем вы несомненно убедитесь, — улыбнулся нефритовый маг. — Не нужно беспокоить собеседника неожиданным устным разговором, не давая ему возможности обдумать свой ответ.
— Пхе!.. — только и фыркнул Скердуфте.
После столь провокационного предложения конкурирующего заведения комиссия явственно заволновалась. Конечно, это ребенок мистерийского волшебника, она живет в Мистерии, ее старшая сестра уже учится тут, все друзья и родственники тоже тут, так что ей прямая дорога в Клеверный Ансамбль… но если в Вэй Ю Кёксуянь ее смогут как следует умаслить и начнут обучение пораньше…
А в Вэй Ю Кёксуянь как раз очень сильная программа демонологии. Это одна из немногих вещей, в которых они почти не отстают от Мистерии, а с точки зрения самих нефритовых магов — превосходят.
— Общение с духами давно стало для нас рутиной, — как бы невзначай произнес Ли Фэнь У. — Так же, как для вас, мэтр Дегатти. Кроме того, наше образование только в самой Мистерии считается более слабым. У нас попросту другая система. Она нацелена не на создание множества узконаправленных ремесленников, а на тщательное взращивание Посвященных в Искусство. Разносторонних и…
— Ой, не надо! — аж покраснел от гнева Скердуфте. — Беготня по вершкам стала признаком Искусства!.. Ха!.. Ха-ха! И с каких это пор вы вообще принимаете не подданных Нефритового Императора⁈
— Подданство — вопрос решаемый, — в этот раз лаконично ответил Ли Фэнь У.
После этих слов мэтресс Истолетти пообещала, что сделает все возможное, чтобы заявку насчет Вероники рассмотрели на ближайшем же заседании ученого совета. Другие члены комиссии ничего не возразили, и даже Скердуфте лишь шумно втягивал воздух волосатыми ноздрями и и шарил по дну опустевшей вазы.
— Кстати, раз уж так вышло, что мы все тут собрались, давайте воспользуемся случаем и проведем предварительное тестирование, — добродушно предложил Фороминеро. — А то талант талантом, но она просто не сможет учиться, не обладая хотя бы начальными школьными знаниями. Она в любом случае срежется на вступительных экзаменах, но лучше выяснить это уже сейчас, чтоб зря не обнадеживать девочку.
— Я готова, — серьезно сказала Вероника, выставляя перед собой стопку книг и надевая папину шляпу.
Наконец-то началось то, ради чего она все это и устроила. Взрослые такие бестолковые, вечно тратят время на всякую ерунду, а уже потом приступают к делу.
А стоило бы делать наоборот.
К огорчению Вероники, комиссия вообще не поинтересовалась тем, как она призывает. Они и так видели, что талант незаурядный. Она ведь уже призвала их всех, сразу пятерых профессоров.
— Это все неважно! — рубанул Скердуфте, когда Вероника попыталась рассказать, как она рисует сетки и направляет энергию. — Сколько будет два плюс два⁈
— Четыре! У меня мозг не с фасолину!
В течение следующего часа Веронику проверяли на необходимые для поступления в Клеверный Ансамбль знания. Слушали, как она читает вслух, провели небольшой диктант, проэкзаменовали на устный и письменный счет. Устроили настоящий опрос по началам философии и естествознания.
А еще расспрашивали о каких-то совсем странных вещах. Особенно этот толстый дядя, Фороминеро. Он показывал Веронике картинки и просил сказать, что она о них думает или что на них видит. Например, показал нарисованные сыр, молоко, творог и колбасу и спросил:
— Что, по-твоему, тут лишнее?
— Сыр, — уверенно ответила Вероника.
— Правда? А почему?
— Я его не люблю, так что он лишний.
— Понятно…
Ответ точно был правильный, но члены комиссии, увы, не спешили радоваться. А Вероника с отчаянием понимала, что ее знания не так велики, как она надеялась. Она очень старалась, но все равно часто ошибалась или просто не знала ответов.
— Девочка очень развитая для своего возраста, — наконец вынесла вердикт Истолетти. — Очень. Но… этого недостаточно для поступления. К счастью… до следующего учебного года еще девять с половиной лун. Если она как следует поднажмет… у нее есть шансы.
— Вы одобряете? — с надеждой спросил Майно.
— Мы одобрим вашу заявку, — кивнула Истолетти. — Но окончательное решение за ученым советом. Напишите, пожалуйста, официальное заявление и заполните анкету.
Она тщательно собрала результаты тестирования Вероники. Вложила в большой длинный конверт ее диктант, ответы на всякие вопросы, записи мэтра Фороминеро.
— Можно еще и картинку добавить? — попросила Вероника, все это время старательно что-то рисовавшая. — Пусть знают, что у меня и другие таланты есть.
— Давай, — улыбнулась Истолетти. — В ход пойдет все. А что ты нарисовала?
— Это я и все мои друзья, — объяснила Вероника.
Лахджа заглянула в рисунок. Все посмотрели на рисунок. Там в центре стояла улыбающаяся девочка в огромной шляпе и с посохом, а ее окружали мрачные рожи одна другой кошмарней. Одни скалились, другие рычали, третьи зловеще хохотали. Нарисованы они были очень по-детски, но почему-то по коже бежал холодок.
— Эй, а где мы? — обиделась Лахджа. — Почему тут столько страшил, а меня нет?
— Как это нет⁈ — возмутилась Вероника. — Вот же ты!
И она показала на самую страшную страшилу.
— Во-о-от, другое дело. А папа где?
— А вот.
— Ничего себе я тут жирный, — недовольно сказал Майно.
— И с рогами, — отметила Истолетти. — Вероника, почему ты нарисовала папу с рогами? И кто это такой рядом с мамой?
— Это герр Йоханнес, — равнодушно ответила Вероника. — Он не мама.
— Это понятно, что он не мама, но кто он такой?
Вероника недоуменно уставилась на мэтресс Истолетти. Странные какие-то вопросы она задает.
— Эм-м… час уже поздний, честно говоря, — тактично произнесла Лахджа. — Веронике пора спать. Жробис, вы же с мэтром У останетесь ночевать?
— Конечно, невестушка, — заверил дядя Жробис.
Вероника с надеждой предложила изгнать всю комиссию обратно, но они почему-то отказались. Вместо этого мэтресс Истолетти просто улыбнулась и рассказала короткую сказку о том, что нет места лучше дома, включив в нее и мэтра Скердуфте, и мэтра Вармонта Аукса, и мэтра Варыка Сконда, и мэтра Фороминеро…
…И по мере того, как она вела повествование, волшебники один за другим таяли в воздухе.
А вот чинский дядя остался. И они с мамой, папой, дядей Жробисом и Снежком еще долго сидели в гостиной, пили чай и обсуждали всякое. Ли Фэнь У рассказывал, как оно там, в Вэй Ю Кёксуянь. Как у них красиво, повсюду цветут персики и сливы, занятия в основном проводятся на открытом воздухе, а программа составляется в зависимости от личности и способности каждого ученика.
— У нас так проходит полевая практика, — отмахивался папа. — Классический институт наставничества.
— У нас более прогрессивная форма, — мягко говорил Ли Фэнь У. — А заработок учителей напрямую зависит от успехов учеников. Поэтому наша академия никогда не будет настолько же велика, как ваша. И мы не слишком горюем на этот счет.
Он с достоинством откинулся в кресле и закурил длиннющую трубку, вынув ее из рукава.
— Мы серьезно подумаем, — дипломатично произнес Майно. — Спасибо за предложение, приятно слышать, что есть альтернатива.
— Я вот и подумал, что вам найдется, о чем поболтать, — хмыкнул дядя Жробис.
Глава 29
Прошло двадцать дней. Вероника, согласно составленному ею же новому расписанию, с самого утра прилежно училась. Она продолжала день за днем читать книжки, но теперь больше нажимала на познавательные и только иногда, почти украдкой, отдыхала за сказками.