Изящная комбинация (СИ)
Орджоникидзе достал другую папку:
— Вот письмо от Кржижановского. Для новых турбин Днепрогэса нужна специальная сталь. Обычная не выдерживает нагрузок. Кроме того, — он перевернул страницу, — началось строительство Магнитки. Требуются рельсы новой марки, мостовые конструкции.
— Сроки? — снова вклинился Каганович.
— Первая партия турбинной стали — через три месяца. Рельсы — регулярные поставки с июля.
Я молча слушал, прикидывая масштабы работ. Две параллельных программы, каждая из которых потребует полной мобилизации ресурсов.
— Товарищ Краснов, — Орджоникидзе повернулся ко мне. — После объединения заводов возможности у вас серьезные. Как оцениваете ситуацию?
— Технически задача решаема, — я раскрыл блокнот. — Броню для танков можем делать на Нижнетагильском заводе, там есть нужное оборудование. Турбинную сталь в Златоусте, у них опыт работы с легированными сплавами.
— А сроки? — Павлуновский подался вперед.
— При условии немедленной модернизации производства… — я сделал паузу. — Уложимся. Но потребуется полная свобода действий и поддержка по всем уровням.
Каганович понимающе кивнул:
— По партийной линии обеспечим.
— И вот еще что, — Ворошилов постучал карандашом по столу. — Нужна абсолютная секретность. Особенно по броне. У нас есть данные, что иностранные разведки проявляют повышенный интерес.
— Режим секретности обеспечим, — я взглянул на Орджоникидзе. — Но для этого придется произвести серьезные кадровые перестановки на уральских заводах.
— Действуйте, — Серго махнул рукой. — Полномочия у вас есть.
Межлаук развернул на столе схему материального снабжения:
— Что потребуется для модернизации?
— Список оборудования подготовлен, — я достал документы. — Основная часть отечественного производства. Но понадобятся и импортные станки. Особенно для Златоуста.
— Валюту выделим, — Орджоникидзе сделал пометку. — Что еще?
— Нужно провести инспекцию заводов. Лично проверить состояние производства, — я обвел взглядом присутствующих. — Боюсь, реальная ситуация хуже, чем в отчетах.
— Когда выезжаете? — Каганович снова протер пенсне.
— Завтра. Команда уже готова.
Орджоникидзе поднялся из-за стола:
— Тогда не будем терять время. Готовьте подробный план работ. Через неделю доложите с мест.
Все начали расходиться. Но у дверей Серго остановил меня:
— Послушай, генацвале… — он говорил тихо, чтобы слышал только я. — Эти заказы… они очень важные. Лично товарищ Сталин интересуется. Особенно танковой броней.
Я кивнул. Уже выходя из кабинета, услышал, как Ворошилов говорит Кагановичу:
— Надо бы проверить старые кадры на Урале. Особенно технических специалистов.
На улице падал мокрый январский снег. Меня ждал «Бьюик», предстояло ехать на завод и еще многое сделать до завтрашнего отъезда. Масштаб задач впечатлял.
Перед тем, как заехать на завод, я решил зайти домой. Постоянно забегаю туда на ходу. В спешке, только переодеться и привести себя в порядок. Вот и сейчас тоже самое.
Экономка всплеснула руками при виде меня.
— Что это такое, Ленечка? Куда годится? Отощал весь. Садись ужинать, у меня все готово, ничего не знаю.
Пришлось перекусить. После ужина я быстро переоделся, сожалея, что теперь не могу заскочить ночью к Лене и поделиться с ней радостью. Ладно, переживем.
Из дома я отправился обратно на завод, где Головачев должен был приготовить все для совещания. По моему нынешнему положению.
Оказалось, что он все давно сделал. Я зашел в кабинет и в очередной раз подивился расторопности секретаря.
Сам встал у огромной карты, развешенной на стене кабинета. Красные флажки отмечали предприятия, вошедшие в объединение. Внушительная промышленная империя, теперь подчиняющаяся моим решениям как директора-распорядителя.
Я долго стоял и глядел на карту, перебирая в уме мои теперешние завоевания.
Московский промышленный куст: наш головной завод, предприятия Крестовского — Московский металлургический с его мощными мартенами, Коломенский сталелитейный, знаменитый своими специальными сплавами, Подольский механический с уникальным прокатным оборудованием. Плюс Серпуховский арматурный и Тульский металлообрабатывающий комбинат с их давними оружейными традициями.
Нижнетагильская группа: металлургический завод, способный давать качественную сталь в промышленных масштабах, механический завод №183 с его опытом производства военной техники, Высокогорский механический и главное — богатейшие рудники. Настоящий промышленный клад, если правильно организовать работу.
Златоустовский куст — особая гордость: металлургический завод с вековыми традициями качества, знаменитая оружейная фабрика, инструментальный завод и месторождения хромистых руд, без которых невозможно производство специальных сталей.
Плюс вспомогательные производства: рижский филиал для экспортных операций, опытный завод в Мытищах, сеть ремонтно-механических мастерских, склады и логистические базы.
А главное — научно-производственная база: центральная заводская лаборатория, конструкторские бюро, испытательные полигоны, учебные центры. Именно здесь будет создаваться будущее советской металлургии.
По новому уставу я получал пять процентов от чистой прибыли объединения, премиальные от военных заказов, процент от внедрения инноваций. Счета в «Русско-Латвийском банке», подтвержденные торгпредством, открывали широкие возможности для внешнеторговых операций. Но сейчас главное — срочные заказы, от которых зависело будущее объединения, да и моей судьбы тоже.
В дверь постучали — пришла команда для обсуждения предстоящей инспекционной поездки. Нужно решить, с чего начинать проверку этого огромного хозяйства.
— Проходите, — я повернулся к двери. — Начнем с маршрута…
Мы уже обсуждали приблизительно, что делать с новыми приобретениями и сразу решили, что их надо осмотреть. Поэтому осталось только решить, как это сделать.
— Итак, — я развернул на столе подробную карту железных дорог, — от Москвы до Нижнего Тагила трое суток экспрессом. Первая остановка — металлургический завод.
Сорокин разложил перед собой технические спецификации:
— По документам там шесть мартеновских печей. Но последняя серьезная модернизация проводилась еще до революции и Гражданской. Производительность под большим вопросом.
— Это не самое страшное, — Величковский снял пенсне и устало протер глаза. — Меня больше беспокоит качество металла. Для танковой брони нужна идеальная структура, а с таким оборудованием мы далеко не уедем.
— У меня есть информация по кадрам, — вмешался Глушков, доставая из портфеля папку. — Главный металлург Нижнетагильского завода, Петр Николаевич Грановский, учился еще у Чернова. Знает производство как свои пять пальцев.
— А политическая благонадежность? — я взглянул на него.
— Проверяется, — он сделал пометку в блокноте. — Есть определенные связи с бывшими владельцами, но пока ничего серьезного.
Котов уже изучал финансовые документы:
— На модернизацию Тагильского завода потребуется минимум восемьсот тысяч рублей. Это только самое необходимое оборудование.
— Деньги найдем, — я кивнул. — Важнее сроки. Сколько времени займет переоборудование?
— При параллельной работе, — Сорокин быстро делал расчеты на логарифмической линейке, — около месяца. Если внедрять нашу систему автоматизации поэтапно.
— А Златоуст? — я перевел взгляд на другую точку карты.
— Там ситуация лучше, — оживился Величковский. — Очень сильная научная школа. И оборудование посовременнее. Но есть проблема с легирующими добавками.
— Хромовые руды рядом, — заметил я.
— Дело не в сырье. Нужны новые печи для выплавки ферросплавов. Без них качественную турбинную сталь не сделать.
Сорокин снова склонился над расчетами:
— Если заказать оборудование сейчас… с учетом доставки по железной дороге… — он поднял голову. — Месяца полтора до запуска.