Бесстрашная (ЛП)

— Оно ушло, — Пэйдин с трудом выдыхает, с ее ресниц стекает вода.
Та внушительная сила, что толкается в глубине моего живота, так похожая на силу Элиты, и все же совсем другая.
— Нет, — качаю я головой, разбрызгивая капли воды на ее ступни. — Все только начинается.
Порывы ветра несут нас по воде, в то время как Телекинетики сжимают копья, держа их в готовности силой разума, обеспечивая нашему судну бесполезную броню. Я вновь поворачиваюсь к Пэйдин, хватая ее за плечи.
  
— Мне нужно, чтобы ты пошла в свою каюту.
— Ты идешь со мной? — резко спрашивает она.
— Нет, я остаюсь здесь и…
— Тогда и я останусь, — настаивает она. — Я не стану сидеть и ждать, когда узнаю о твоей судьбе, Кай.
Я беру ее лицо в ладони, умоляя понять:
— Прошу, Пэй, не спорь со мной…
Оглушительный рев разносится вокруг, заглушая все прочие звуки. Меня резко сбивают с ног на палубу, тело Пэйдин перекатывается через мое. Мы катимся по палубе, едва избегая удара чудовища.
Я слышу зловещий треск дерева, прежде чем поворачиваюсь и вижу ущерб. Его длинное тело лежит на палубе, и от удара его по ней расходится паутина из трещин. Монстр продвигается дальше, обнажая пугающую длину своего тела. Моряки отпрыгивают в сторону, некоторые погибают от острых зубов, некоторые — от сильного удара чешуйчатого тела.
Элитные направляют на него свои силы, но, похоже, они не причиняют ему особого вреда. Огонь, телепатия, сила и оружие ничего не значат перед лицом такой мощи. Я присоединяюсь, несмотря на тщетность попыток, и бросаю в него огонь или пытаюсь сдвинуть это массивное существо силой мысли. Но впервые вижу, как Элита оказывается совершенно беспомощной. Я оказываюсь совершенно беспомощным.
Скользя по палубе, монстр проламывает противоположное ограждение и снова ныряет в воду. Я прижимаю Пэйдин к себе, пытаясь сохранить равновесие на сильно раскачивающемся корабле.
— Мы не можем с ним сражаться! — кричу я ошеломленным морякам.
В ответ слышу голос Торри:
— Всем на палубу! Каждый порыв ветра держать наготове!
— Мы не сможем от него убежать, — Пэйдин тяжело дышит. — Мы ничего не можем сделать.
Корабль снова кренится, и массивный шипастый хвост обрушивается на палубу. Дерево под нашими ногами снова трещит, и доски падают внутрь корабля. Схватив Пэйдин за руку, я бегу между растущими щелями, пока свистящий хвост сбивает людей в море.
Крики усиливаются, когда морда чудовища появляется с другой стороны корабля, его тело сдавливает судно под водой. С одной стороны — зубы длиной с мое предплечье, щелкающие у остатков ограждения. С другой — свирепый хвост, украшенный заостренными шипами.
Я толкаю Пэйдин к дверям, ведущим в наши каюты, как раз в тот момент, когда один из шипов пронзает моряка. Он кричит, беспомощно повиснув на хвосте чудовища, выставляя окровавленный шип, вонзившийся в его грудь. Лунный свет освещает кровавую сцену, отражаясь в луже крови, проступающей сквозь его разорванную одежду.
Вздох Пэйдин быстро заглушается ее трясущимися руками, когда взмахом хвоста чудовище швыряет мужчину в океан. Я не медлю ни секунды, открывая дверь рядом с ней.
— Внутрь. Прошу! — Я выкрикиваю это слово в ночь, желая, чтобы она услышала отчаянный призыв в нем.
— Я не могу тебя оставить! — кричит она в ответ, наклоняясь, чтобы поднять забытое копье. — Не буду!
Я уже собираюсь возразить, когда земля внезапно уходит из-под ног.
Я слышу, как Пэйдин кричит, когда мое тело врезается в палубу. А затем снова, когда костяной хвост обрушивается мне на спину.
Боль пронзает все мое тело.
Вдруг я чувствую, как меня тащат по деревянной палубе, обвивая склизкими чешуйками, пока мое тело сшибает с ног моряков. Задыхаясь, я прикусываю язык, сдерживая боль, и вытаскиваю кинжал из сапога. Схватившись за массивный хвост, обвивший мою ногу, я вонзаю клинок в один из многочисленных шрамов чудовища.
Из его глотки вырывается визг, прежде чем он резко поднимает хвост, увлекая меня за собой. Я цепляюсь за него, пальцы скользят по гладкой чешуе. А затем кричу, когда он швыряет меня в воздух.
Звездное небо расплывается вокруг меня.
Я падаю.
Пэйдин выкрикивает мое имя.
Падаю.
Подо мной внезапно появляется бурлящее море.
Падаю. Падаю. Па…
Я отчаянно цепляюсь за силу ближайшего Телекинетика, призывая ее в свои ладони и подчиняя своей воле.
Мой желудок сжимается, когда я падаю в воду.
Я направляю поток силы к одной из многочисленных веревок, обернутых вокруг мачты, и призываю ее к себе. Повинуясь, она устремляется к моей вытянутой руке
Серебристые волосы Пэйдин сверкают над перилами корабля. Это последнее, что я вижу, прежде чем мое тело сталкивается с морем.
Ледяная вода поглощает меня целиком, парализуя каждую конечность своими ледяными клыками. Я кувыркаюсь в воде, разум затуманен. Соль атакует мои чувства, заполняя рот и нос. Я яростно бью ногами по направлению к тому, что, надеюсь, является поверхностью воды, хотя я не вижу ничего кроме темноты.
Мои легкие горят.
Я нащупываю силу Телекинетика, тянусь к веревке.
У меня кружится голова, я тону в темной бездне.
Я борюсь за спасение. Молю о жизни. Молю о том, чтобы прожить ее с ней.
Веревка погружается в воду.
Я хватаюсь за нее, подтягивая тело вверх своими слабыми руками. Лунный свет струится сверху, привлекая меня. И когда моя голова выныривает на поверхность, я выплевываю воду.
Я цепляюсь за мокрую веревку, хватая ртом воздух, прежде чем поднять себя из моря. Надо мной раздается истерический вздох облегчения, и я смотрю вверх сквозь пропитанные морской водой волосы. Я вижу, как Пэйдин наклоняется через перила, а по ее щекам текут слезы.
Ради нее я подтягиваюсь на этой веревке. Руки горят, как и мои легкие, но я отбрасываю боль в сторону. Обдирая ладони, я упираюсь ногами в корпус корабля и взбираюсь на него.
К тому моменту, как я хватаюсь за перила, Пэйдин уже практически перетаскивает меня через край. Я позволяю ей это сделать, не в силах собраться с силами. Мои руки обвивают ее плечи, и она кряхтит под моим весом.
Боль пронзает мое тело при каждом рывке. И когда мои ботинки ударяются о палубу, я падаю на колени. Тело Пэйдин смягчает мое падение, ее руки крепко обнимают меня даже после того, как мы ударяемся о палубу.
Мы долго смотрим друг на друга, игнорируя бушующее позади чудовище. Боюсь, потребуется нечто куда большее, чтобы оторвать мой взгляд от нее.
Сдавленно всхлипывая, она утыкается лицом мне в шею, размазывая слезы по коже.
— Я думала, что потеряла тебя, — шепчет она, чуть не рассмеявшись.
Я поднимаю онемевшую руку к ее мокрым волосам, проводя по ним пальцами, которых почти не чувствую. Сквозь стучащие зубы выдавливаю:
— Ты… т-так просто от меня не избавишься, Грэй.
Она берет мое лицо в ладони, качая головой, с дрожащей улыбкой.
— К черту судьбу, долг и все эти слова, придуманные, чтобы разлучить нас. — Слезы катятся из ее синих глаз, в которых я с радостью бы утонул. — Я хочу спрятаться с тобой под ивой. Ты — моя тайна, которую я буду хранить до конца жизни. — Ее голос дрожит под тяжестью обещания. — Мы.
Этого одного достаточно, чтобы у меня на глазах навернулись слезы. Я киваю. Ее лицо в моих руках, мое сердце — в ее.
Бесчисленные крики, эхом разносящиеся вокруг, наконец-то привлекают наше внимание. Прежде чем кто-либо из нас успевает произнести утешительную ложь, корабль снова кренится. Мы скользим по дереву, когда существо поднимает голову выше, на палубу. Заостренные зубы тянутся к капитану, и он едва избегает того, чтобы быть проглоченным целиком.
  
Корабль трещит под тяжестью этого чудовища, из последних сил удерживая нас на плаву.
— Нам нужно что-то сделать, — бормочет Пэйдин.
— О чем бы ты ни думала, не делай этого, — приказываю я.
Она смотрит, и я понимаю, как сильно скучал по чему-то настолько простому, как признание моего существования. На ее губах появляется легкая улыбка. В этом свете она выглядит потрясающе, словно ее волосы — лунные лучи.