Бесстрашная (ЛП)
За иллюминатором серое небо, а под ним бушует море, вероятно, недовольное тем, что корабль все еще на плаву.
Корабль все еще на плаву.
На моих губах появляется облегченная улыбка, когда я сажусь. Я пережила свой первый шторм на Мелководье. Доживу ли я до следующего? Об этом стоит поволноваться позже.
Поднявшись на ноги, я ступаю по влажному полу и открываю свой сундук. Меня встречает стопка аккуратно сложенной одежды, но я принялась торопливо рыться в ней в поисках чего-нибудь удобного. Я останавливаю свой выбор на обтягивающих черных брюках и свободной блузе.
Надев сверху свой оливковый жилет, я провожу пальцами по потрепанным швам и вытянутым карманам. Кажется, что я почти не надевала этот подарок с тех пор, как вернулась в Илию. Вместо этого меня заставляли носить платья, которые напоминают мне об Адине и о том, что она больше не может их шить, даже после смерти, даже с теми сломанными пальцами.
Окунув руки в таз с чистой водой на комоде, я прогоняю эту мысль, плеснув прохладной водой в лицо. Слегка вздрогнув, я вытираю кожу насухо и…
И вижу, что все мои книги валяются на полу.
— Нет, нет, нет, — шепчу я, бросаясь собирать хрупкие истории. Корабль все еще раскачивается, отчего я с трудом удерживаю равновесие. Поэтому опускаюсь на колени, прежде чем волны вынудят меня растянуться на полу.
Я быстро хватаю книги в охапку, замечая, что их страницы намокли из-за морской воды. Проклиная все на свете, я встаю и направляюсь к двери. Влажные корешки прилипают к моей ладони, когда я выхожу на палубу и встречаю унылое небо.
Ветер треплет мои распущенные волосы, и серебристые пряди закрывают обзор. Я пытаюсь отвести взгляд, но внезапно останавливаюсь, увидев разгром. Большие куски перил оторваны там, где море вонзило свои ледяные зубы в дерево. Спутанные канаты валяются на палубе вперемешку с другим мусором.
Громкие команды капитана гарантируют, что ни один член экипажа не будет стоять без дела. Корабль покачивается подо мной, и я спотыкаюсь на ногах, не привыкших к морю. Окружающие меня моряки усмехаются при виде этого, а затем продолжают невозмутимо шагать по скользкой палубе.
Я поправляю жилет и собираю остатки своего достоинства, осторожно подходя к неповрежденному участку перил. Жгучий и соленый ветер пронизывает меня. Я наклоняюсь над перилами, наблюдая за бурлящей внизу водой. Ее светло-голубой и зеленый цвет обманчиво манит, несмотря на большую глубину под поверхностью. Именно так море и получило свое название — Мелководье.
Крепко зажав три книги под мышкой, я поднимаю одну из них в воздух, позволяя страницам трепетать на ветру. Это не самый идеальный способ их высушить, но он определенно самый быстрый.
Хихиканье у меня за спиной говорит о том, что команда нашла новый повод посмеяться надо мной. Я игнорирую их, как и всех высокомерных представителей Элиты, с которыми мне приходилось жить, и переключаюсь на другую книгу.
Именно в этот момент корабль ныряет в волну, окатив палубу водой и полностью намочив меня. Еще больше смеха наполняет воздух, пока я стою, дрожа, прижимая к груди последний кусочек своего детства.
— Нужна помощь, дорогая?
Я разворачиваюсь на каблуках, едва не падая, когда корабль под нами вздрагивает. А вот и он. Стоит, засунув руки в карманы, такие же глубокие, как ямочка, на которую я смотрю. Черт бы его побрал.
Черт бы его побрал.
Судя по тому, как он на меня смотрит, я, возможно, пробормотала это вслух. Ничто и никто никогда не разрушал меня сильнее. Ни песок, ни море, ни медленное прикосновение Смерти. Потому что, возможно, просто возможно, он — самая разрушительная из всех этих вещей.
Он снимает свое пальто, открывая моему взору обтягивающую черную рубашку.
— Не смотри на меня так.
Эти слова, кажется, пробуждают что-то во мне, какое-то мимолетное воспоминание, затуманенное несколькими бокалами шампанского. Хрупкая мысль разбивается вдребезги от стука моих зубов.
— И к-как же я на тебя смотрю?
От его ответной улыбки кровь приливает к моим онемевшим щекам. Он подходит ближе, накидывает пальто мне на плечи и застегивает его. Я наблюдаю, как его губы формируют ответ, который я так и не услышу.
— Ох, ну и шторм был прошлой ночью!
Я едва знаю этого мужчину, но узнаю его голос с другого конца корабля. Оборачиваюсь и вижу, как Торри идет к нам, его длинные волосы собраны в узел на затылке.
— Но она выдержала, — продолжает он, проводя рукой по ободранным перилам. — Хотя боюсь, это только начало. Мелководье больше не будет таким добрым.
Я крепко сжимаю свои книги под накинутым на меня пальто Кая. Если то, что море показало нам прошлой ночью, было проявлением доброты, я не уверена, что проживу достаточно долго, чтобы увидеть сушу.
— Не вешай нос, девочка! — смеется капитан, глядя на то, что отражается на моем лице. — Тебе нужно продержаться всего четыре дня. А потом, ну, еще и путешествие обратно, но мы пока не будем об этом беспокоиться.
Ему и это кажется забавным, и он продолжает хихикать всю дорогу до штурвала. Я поворачиваюсь к Каю и бросаю на него раздраженный взгляд, который всегда вызывает у него улыбку.
— Что ты собирался сказать? — спрашиваю я, пока любопытство берет вверх.
Он, кажется, обдумывает это, пока его взгляд скользит по воде.
— Ничего из того, чего бы я не говорил раньше.
И это все, что он отвечает, прежде чем протянуть мне руку.
— А теперь, дай-ка мне поработать. Эти книги должны высохнуть до того, как ты прочитаешь мне одну сегодня вечером.
Я усмехаюсь, прежде чем опустить одну из влажных книг на его ожидающую ладонь. Открыв книгу на особенно помятой странице, Кай подставляет ее ветру. Я делаю то же самое, стуча зубами рядом с ним.
Должно быть, мы выглядим нелепо, прислонившись к перилам и держа в руках книги. Я чуть не смеюсь над этой странной картиной, которую мы собой представляем, но вид бурлящей вокруг нас воды перехватывает у меня дыхание. Горизонт простирается во всех направлениях, и нет ничего, кроме колышущегося голубого полотна.
— Ты когда-нибудь задумывался о том, существует ли там что-то еще? — спрашиваю я, и мои слова почти уносит холодным ветром.
Кай перелистывает страницу.
— Кроме легенд? — Он пожимает плечами. — Не уверен.
— Легенд?
Он поднимает брови.
— Ты никогда не слышала об Аструме? Месте, где рождаются тени и умирает великая любовь? — Он произносит это так, будто я должна знать фразу наизусть.
— Мой отец, — я чуть не спотыкаюсь о само слово, зная теперь правду и тайну, скрытую за ним, — не тратил время на то, чтобы научить меня легендам. На самом деле, у него едва ли было время рассказать мне о том, что действительно существует, — заканчиваю я, многозначительно глядя на принца.
— Конечно. Но у него все же было время читать тебе историю о… — Он листает страницы книги. — О лошади с клыками и…
— Хватит. — Смеюсь я, вырывая у него книгу.
— Черт, неудивительно, что ты боишься лошадей, Грэй.
Я закатываю глаза.
— Ты что-то говорил? Про Аструм?
Кай ухмыляется мне, прежде чем открыть еще одну влажную книгу.
— Что ж, многие люди верят, что Аструм существовал задолго до Илии. Там они живут в неизменном состоянии между рассветом и закатом из-за разлученных возлюбленных — солнца Солиса и луне Луне. — Он продолжает, несмотря на мой скептический взгляд. — Тени там ценятся. Они являют собой силу, которую можно украсть.
Я вздрагиваю, когда он захлопывает книгу.
— Знаешь что, держу пари, у капитана есть копия.
С моих губ срывается хриплый смешок.
— Об этом есть книга?
Кай уже уверенно направляется в каюту капитана.
— Конечно, есть. У Торри, скорее всего, есть, потому что у каждого моряка есть. Они всегда ищут этот город, надеясь, что смогут найти его первыми.
Я качаю головой, глядя ему в спину.
— Это абсурд.
— Ты живешь в Илии среди Элитных, и это тебе кажется абсурдным?