"Фантастика 2024-82" Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Лишь по изменению течения, ударам волн Виал понял, что корабль вблизи большой земли. Более не слышны были удары весел, судно лишь удерживалось на одном месте, ожидая, пока моряки погрузят на шлюпку все ценное.
Пленники не спали ночь, ожидая каждое мгновение, что корабль подожгут. Нервное напряжение сказывалось, но выплеснуть его было некуда.
Пята мачты и другой корабельный скарб все так же закрывали люк. Пока моряки грузили пожитки, Виал с Эгрегием начали ломать решетку. Если кто услышит этот шум, то все равно не помешает пленникам.
  
Решетка не поддавалась. Рейки были сделаны из массивных сосновых брусков. Слишком мягкая древесина, чтобы так легко ее разбить, не имея инструментов. Ячейки небольшие, но все же Виал завел цепок через один брус. На конце цепи повис Эгрегий, а Виал повис на другом.
Даже под весом мужчин брусок не треснул. Начал гнуться, скрипеть, но выдержал.
Им на помощь. Пришли Мустиф и Хенельга.
– Вот, а ты говорила, что парень лишний тут, – посмеялся Виал.
– От этой пушинки не так много пользы, – ответила Хенельга.
Даже под их общим весом брусок не треснул.
– Попробуем расшатать его, потом повторим.
Цепь от кандалов прекрасно подходила для этого. Бруски были соединены вполдерева поперек оси, но оказались слишком толстыми, чтобы лопнуть в месте соединения.
– Бесполезно, – сказал Виал.
– Надо продолжать! Не хочу сдохнуть в этой гадкой дыре.
Судно ударилось о камень, течение начало сносить его под прикрытие мыса. Якоря не справлялись, грунт оказался неподходящим для них. Чуть позже корабль заскользил уверенней по воде. Запахло дымом.
С кормы через щели в досках в трюм потекли первые струйки дыма. Похоже, что дощечки и свитки навклера послужили топливом для растопки. Высокая корма защищала неуверенный огонек от опасных волн и брызг. Ветер не мог смести угольки, разметать их по палубе.
– Все-таки в огне, – хмыкнул Мустиф.
– О чем ты?
Виал покачал головой и махнул рукой, показывая на люк.
Пожар быстро разгорался, вскоре через парусину начал проникать свет огня. Это облегчило задачу пленникам, но поставило их в ограниченные рамки.
Эгрегий осматривал бруски, ища самые слабые места. Решетка была сделана хоть из дешевого, но качественного материала. Сучковатые бруски не использовались, древесина была идеально ровной и отлично высушенной. Вылежалась на воздухе не один год, прежде чем попала на судно.
– Сколько у нас времени? – спросил Эгрегий.
Можно предположить, сколько судно будет гореть. Новое судно, еще не успело пропитаться солью и водой. Доски только начали разбухать. Сгорит оно быстро, если моряки устроили все правильно.
– Похоже, что очаг всего один, примерно до рассвета времени, – ответил Виал.
В трюме уже ощутимо пахло дымом. Брошенный корабль сносило к мысу, пока он корпусом не ударился о какой-то камень. Судно завалилось на левый бок, отчего пленники в трюме полетели друг на друга.
– Нам что мало травм? – ворчал Эгрегий, поднимаясь. – Не могли держаться.
– Да кто же знал?
От удара чуть сдвинулась пята мачты. Недостаточно, чтобы открыть люк. От веса бревна люк перекосило, брусья прогнулись сильнее.
– Есть мысль, – сказал Виал, разглядывая решетку.
– Так давай делать, а не обсуждать! – крикнул Эгрегий.
Виал повис на брусьях со стороны пяты, а Эгрегию сказал доской попытаться приподнять свободный край.
– И что нам это даст? – не понял парень.
Доска в его руках казалась хрупкой, бесполезной. Разве сможет она сломать массивную решетку.
– Ты делай, а не обсуждай! Воткни доску в зазор и толкай решетку.
Мустиф повис на ногах Виала, а Хенельга помогала толкать решетку. Брусья не выдержали нагрузки на скручивание, затрещали и местами начали лопаться. С каждым рывком трещины становились заметней, а треск более влажным. Удалось приподнять край решетки. Эгрегий просунул в промежуток доску и надавил на нее всем весом.
Решетка треснула в нескольких местах. Доску вырвало из промежутка, отчего Эгрегий свалился вниз.
– Нам что мало травм? – хихикнул Виал.
Он осматривал пролом, острые щепы торчащие из разбитой решетки.
– Не время хихикать, – кашлянул Эгрегий.
– А по-моему, самое то время. Сюда пролезет только самый тощий.
Виал взглянул на товарищей. Сам-то он не протиснется в пролом, а вот Хенельга или Мустиф – могут.
– Вперед, наши спасители! На волю!
– Что нам там делать?
– Найдите длинные шесты, весла или ломы, действуйте как рычагом, направляйте пяту мачты с люка.
Хенельга и Мустиф выбрались на палубу, ободрав кожу о щепы. На ранки они даже не обратили внимания. Некоторое время они носились по палубе, подыскивая подходящие инструменты.
Огонь разгорался, света теперь достаточно.
Они сдвинули мачту достаточно, чтобы люк можно было открыть. Мустиф сбросил с решетки мусор. После этого все пленники выбрались из трюма, вздохнули свободно.
От дыма хотелось кашлять, но воздух был свежим. Пахло морем, камнем, деревом и смолой. Виал захлопнул решетку люка, словно отсекая его смрадный запах. Внизу уже заметно было задымление. Еще пара мгновений и пленники бы начали задыхаться.
Корма горела, но огонь разгорался нехотя, лениво пожирая доски. Неуверенно переползал от одной балки к другой. Трещала горящая смола, взрывались полости в досках. Настил палубы из сосновых досок горел плохо, сильно дымил и выстреливал искрами.
– Словно в поле, да жарим барашка, – отметил Эгрегий.
Все четверо смотрели на горящую корму, не могли оторваться. Кроме запаха смолистых дров по палубе растекался аромат жарящегося мяса. У всех четверых забулькало в животах, хотя они понимали, что это за мясо там жарится.
– Без соли та еще гадость получится, – сказал Виал.
– Этот урод уже просолен, сколько он в морях ходил.
– Согласен, но я без бобов или хлеба есть это не стану.
Все засмеялись, так велико было облегчение.
Из щелей в палубе выходил дым, словно огонь распространялся из трюма. Волнение на море усилилось, удары в скулу пытались сбить корабль с камня, на котором он сидит. Брызги осыпались на спины и плечи выживших, принося им облегчение и радуя тело свежей водой.
Ледяные капли заставляли поежиться, напоминая о том, что течение внизу опасно.
Выжившие разбрелись по палубе, собирая все, что может пригодиться. Виал приказал взять весла, из которых можно было сделать нечто похожее на плот. Повезло, что плотницкий инструмент оставили на корабле. Пила, стамески, скобели и молотки лежали брошенными на надстройке.
Моряки собирались забрать инструмент, но передумали. Места в шлюпке не осталось.
Десяток брусков, связанных канатами, а сверху еще несколько досок, вырванных из планшира. Плот был готов, неизвестно, насколько он будет держаться в воде. Выдержит ли четверку выживших.
– Кто первый? – Эгрегий перегнулся через планшир.
Седые волны покрыли пеной носовую часть судна. Гребни захлестывали прямо до верхних брусьев.
Желающих рискнуть не нашлось.
– Пока переждем, – сказал Виал.
Он взглянул на пламя, которое не собиралось угасать. Возможно, корабль выгорит не полностью, уцелеет баковая надстройка. Небольшого ведра едва хватало, чтобы отогнать пламя. Часть парусины, оставшейся над люком, удалось вырвать и смочить.
– Если пламя подберется ближе, накроемся этим, – сказал Виал.
Они расположились на баке, глядя на то, как распространяется огонь. Уже не пахло соблазнительным жаренным. Поросенок совсем изжарился, превратился в уголья.
Судно кренилось после каждого удара волной, заваливалось на левый борт. Волнам все сложнее было захлестывать правый борт. Казалось, ничто не остановит огонь.
Очередная волна взметнулась выше обычного, обрушилась на корму, сбивая уголья в воду. Раздалось гневное шипенье, пламенные змеи рассыпались в стороны, убегая из разоренного гнезда. В паровой дымке, среди брызг воды проступила словно человеческая фигура, а затем рыбкой нырнула с палубы в море.