"Фантастика 2024-82" Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Найденных в поле бродяг скорее закуют в кандалы и отправят на север полуострова, добывать серебро. Виал знал, что в Липсидрах залежи почти иссякли, но сенат Тритогении продолжает ссылать преступников. Так избавляются от бесполезных ртов, а заодно получают чутка серебра, а больше – свинца.
– Тут негде скрыться, даже вернись мы на юг, – сказал Виал.
– Что же нас раньше не остановили? Хотели бы, давно в кандалы.
  
– Тебе мало было тех камней? Крестьяне не любят чужаков, но еще больше боятся городских милитов.
– Воины, точно.
Крестьянам проще расправиться с чужаками и скормить их свиньям, чем просить помощи у городского ополчения. Хуже, если в сельскую округу явятся наемники – с этими уж точно не удастся договориться.
– Что же нам остается? – спросила Хенельга. – Искать обходной путь? На лодке в город пройти проще.
– Да, но где мы лодку возьмем?
– А ты расплатись с рыбаком ваучерами. Вдруг, сработает!
– Ограбить, – сказал Мустиф.
Трое посмотрели на него.
– Забрать деньги, одежду, а тела в море.
– Хм, – Виал поежился, – рискованно.
– Не опаснее того, что вы предлагали раньше.
Виал и сам думал о таком, будь он один, так легко бы пошел по этой тропинке. Есть риск, что родственники или знакомые убитого узнают те тряпки, что позаимствует грабитель, но этот риск невелик. В большом городе не составит труда затеряться.
Да и жертва его вряд ли будет благородных кровей. Никто не вступится за нищего крестьянина.
Но предложить такое товарищам? Виал не мог. Потому он был рад, что это сказал Мустиф. Парень оказался не тихоней размазней.
– Вот так просто убить? – спросил Эгрегий.
– Разве никто из вас не убивал? – удивился Мустиф. – Напомнить, о сорока погибших?
– Это его рук дело! – Эгрегий ткнул пальцем в навклера. – Не вмешивай нас!
– Даже без этого. Скольких вы убили?
Много. Каждый из них спокойно убивал и будет убивать. Это вопрос выживания, так в чем проблема сейчас. Прекрасный повод отомстить местным за теплый прием.
Виал не вмешивался в спор, чтобы не спугнуть удачу. Только в этом решении он видел выход из положения. Рожи у них бородатые, немытые, язык худо бедно уже подучили. Можно сойти за местных. А в городе удастся подстричься, привести себя в порядок.
Эгрегий продолжал спорить с Мустифом. Видно, что он согласен, но просто не может сдаться без боя. Искал аргументы против, но никак не мог найти. Виал взглянул на Хенельгу, поймал ее взгляд. Женщина кивнула навклеру и украдкой махнула рукой. Она не вмешивалась в спор, ведь тоже понимала, что это единственный выход. Оставалось только убедить Эгрегия, а это не так уж сложно. Он позволит ей уговорить себя.
Плюнув, Эгрегий выпрыгнул из траншеи и расположился чуть в стороне. Хенельга последовала за ним и, после недолгих уговоров, она вернула его.
Все уже было решено, оставалось только подготовиться.
Виал предложил вернуться назад, найти перекресток троп и пойти по одной из них. Там выждать, пока мимо не пройдет пара-тройка крестьян. Без телег, без волов и без иждивенцев. Просто мужчины, возраст не важен.
– Стоит ли далеко отходить от моря? Куда тела девать нам, – возразил Мустиф.
Парень соображал, видать, не в первый раз подобное проворачивал.
– Траншеи, – Виал указал на землю вокруг. – Достаточно прикопать тела. Почва на месте осадного лагеря мягкая.
– Время?
– Полдень.
– Не слишком ли нагло, лучше дождаться сумерек.
– В Кемиле, уж прости, сумеречное время лучше для охоты. Тростник, болота, пальмы и мошкара. А здесь я выберу полдень! Поверь моему опыту.
Эгрегий пристально посмотрел на навклера, но ничего не сказал. Одного этого взгляда было достаточно.
Составив план, они вернулись на тропу и пошли обратно. Замечали недовольные взгляды, слышали шепотки, оскорбления, что бросали им в след. Не как гирцийцам, но как бродягам.
Каждый фут под этим давлением. Товарищи поняли, что Виал поступил правильно «приняв предложение Мустифа». Добыть одежду, вот единственный выход. Выдать себя за жертв кораблекрушения не удастся, плевать данаям на несчастье путешественников.
Теперь эта ненависть стала взаимной. Что и хорошо, в предстоящем деле не место сомнениям.
Дойдя до развилки, путники ушли на запад, направились вглубь полуострова. Тропа шла на подъем, идти стало тяжелее, зато народу было немного. Прошли так, пока солнце не начало давить на голову.
Оливковые деревья тут не росли – ничейная земля возле города. Зато хватало обычных деревьев или кустарников. Виал не знал, что это за ветвистые растения, не мог рассказать о них спутникам. Растения были невысокими, имели мелкие листочки, серебрящиеся снизу, а так же множество колючек. Под корнями этих растений можно было устроиться, если обломать сухие ветви.
Судя по притоптанной траве под кустарниками, многие здесь останавливались.
Расположившись, Виал предложил товарищам передохнуть. Он изложил им свой план. Все, к счастью, согласились следовать распоряжениям навклера. Никто не спорил, в жестокости и убийствах он понимает больше остальных.
Казалось, что у товарищей не осталось сомнений. Убивать всегда тяжело, особенно, если считаешь жертву ни в чем не повинной. Данаи сами настроили против себя гирцийцев, что было только на руку Виалу. Было бы намного тяжелее убедить спутников. В ответственный момент кто-нибудь из них мог бы усомниться в правильности действий.
– Мы должны действовать слаженно, только это нас спасет, – подытожил Виал.
Передохнули, осушили фляги и наскоро перекусили. Хотя последнее, скорее желаемое, чем действительное. Еды давно уже не было. Голод заставлял переступить через протесты совести.
Можно пользоваться даже недостатками, что предоставляет окружение. Виал этим и воспользовался.
Он поднялся первым и заковылял вверх по тропе. Ему предстояло сыграть в предстоящем ключевую роль. На другое навклер все равно не годился, не с этой гниющей ногой.
Его спутники разделились и пошли по холмам, параллельно навклеру. Им не составляло труда идти вровень с ним, хотя пробирались через заросли, камни. Виал еле шел, опирался на импровизированный посох.
Идти пришлось долго, миновали несколько групп крестьян. То одного человека, то парочку других. По разным причинам они не подходили. Товарищи ждали сигнала навклера, а тот продолжал уходить по тропе, не обращая внимания на окрики крестьян и их камни.
Против одинокого бродяги были все. Не только дети приветствовали его камнями. Так даже лучше, своими криками крестьяне заглушали шум осыпающихся камней и треск ломающихся ветвей. Товарищи навклера не могли следовать за ним бесшумно.
Занятые жестоким развлечением данаи не замечали трех других чужаков.
Уже после полудня Виал добрался до высокого дерева, под тенью которого расположились трое данаев. Удивительно, как в округе уцелело это дерево. Среди мелких кустарников, колючих трав оно выделялось высотой и густой кроной. Находилось чуть в стороне от тропы, что тоже к лучшему. И до стены Тритогении не так далеко, а значит, тела удастся дотащить до рвов.
Не только гирцийская кровь напоит эту землю.
Такой удачей нельзя не воспользоваться. Хоть Виал и чувствовал себя не в лучшей форме, но этим тоже можно воспользоваться. Рядом шуршали кусты, из-за соседнего камня выглянул Эгрегий. Виал три раза поднял свой посох, что должно было быть сигналом.
По заросшей тропинке навклер направился к дереву. Словно и не заметил, что там находятся местные. Виал тяжело опирался на посох, подволакивал ногу. На левую руку он намотал обрывки окровавленной ткани. Обрубки давно зажили, но ткань он использовал для иных целей.
Седая от пыли борода, спутанные волосы, жалкая тряпка, прикрывающая срам. Мышцы обнажились, с них слез лишний жир. Виал походил на немощного старика, больного бродягу. Такому нигде не рады, такого не воспримут как угрозу.
Выйдя на открытое место, под тень дерева, Виал остановился и громко вздохнул. Словно удивился, увидев трех незнакомцев.