"Фантастика 2024-82" Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

– Это другое!
– Тоже самое. Стал бы ты мстить тем, кто забрал тебя из родного дома. Сделал «гирцийцем»! Вот извинились бы они, ты бы их простил?
Эгрегий остановился, отпустил товарища. Тот повалился на землю, но не вскрикнул, ударившись о камни.
– Я – отомстил бы! – ответил Эгрегий. – Я! А никто другой!
Ответом ему был только вздох. Невозможно объяснить, что не получится все сделать самому, не бросив в бездну еще сотню другую людей. Такого просто не бывает, но Эгрегий слишком молод, чтобы понять. Молод и в гневе, а это не лучшее сочетание. Виал решил оставить его. Пусть выговорится, получит удовольствие, ругая старшего товарища.
  
Сами то они отделались мелкими царапинами. Мефон их хранил! А за свою месть Виал поплатился новыми ранами и кровью.
Сделанные наскоро повязки намокли, швы разошлись и отворились раны. Благо, морская вода спасет от нагноений, выжжет из тела любую хворь. Соль разъедала раны, сводила с ума.
Умница Хенельга успела прихватить мешок с их скарбом. Вместе с Таском пошли ко дну приношения для храма. Море – вот истинный храм Мефона.
Эгрегий успел прихватить меч, обернул его в порванную тунику, вместо ножен. При нем же оставалась праща, на острове полно камней. Как-нибудь проживут, всего лишь ночь переждать, а потом уйти на запад.
– И что ты там говорил про полис? – Эгрегий толкнул товарища.
– Какой полис? – Виал разлепил глаза.
– Полис! Ты говорил, пойдем в Тритогению.
А куда им еще идти? Течение само приведет лодку на запад, там удастся обменять уцелевшие векселя на серебро и вернуться на родину. Попутно послушать, о чем говорят в порту. Говорить они будут о войне, о флоте, о ненавистных гирцийцах.
– А как же север? Проливы?! Ты не собирался туда идти!
Эгрегий схватил товарища за плечи и принялся тормошить его. Хенельга поднялась, чтобы успокоить друга, но тот бросил Виала сам. Отвернулся и заплакал, слепо побрел в сторону.
– Мне ты тоже решил отомстить?! Разве я топил твои корабли, убивал твоих соратников? За что ты меня наказываешь обманом?
– Я не предавал. Я действительно собирался идти на север. По берегу, вдоль западного берега Сикании. Но обстоятельства…
Слова бесполезны, когда их не желают слышать. Хенельга отвела друга в сторону, прочь от грусти и печали. Никто не должен видеть его слез кроме камней и теней.
Каменный остров не зря прозвали Печальным. Во всех периплах и картах он носил это имя, встречая одинокие суда, застигнутые бурей посреди моря, или давая приют тем, кто скрывается.
Печалились те, кто шел издалека и потерял много товарищей; печалились родные тех, кто погибал здесь. Волны смыли в воды кенотафы, напоминания о погибших. Остров нельзя миновать, обойти, надеясь на удачу. Это развилка морских дорог. Редкая дорога приводит к счастливому исходу, завистливые боги не позволяют людям радоваться безмерно.
  
Егоров Алексей 
 
Навклер Виал 4. Негостеприимные воды
   
Глава 1
 
Путь на запад был неблизким, припасов мало, сплоченности среди выживших в кораблекрушении не было.
На веслах до полуострова выжившие дойдут в лучшем случае за четыре дня. Пресной воды почти не осталось. Это с учетом того, что все люди на борту были здоровы – относительно; умели ловить рыбу – при наличии снастей; не боялись работать руками – но вот желания ни у кого не было.
После гибели корабля возле острова Печального, люди больше не разговаривали между собой. Виал понимал, в чем причины подобного, но все равно злился.
С трудом ему удалось загнать своих спутников и неожиданного помощника в лодку. Ночью, не боясь течений и духов, они вышли в море.
Виал по звездам выбрал направление на запад, взялся за кормило. Кроме него, никто не смог бы найти путь в темноте, среди рифов, одиноких островков, ориентируясь по дрожащему свету звезд. Были и другие приметы, о которых Виал не упоминал.
Его команда работала из рук вон плохо. Шлюпка, которая раньше принадлежала Арсу Триптолемиду, была старой, рассохшейся лоханью. Благо, что расстояния между островами невелики.
Двое гребли, один держал кормило, а четвертый выгребал воду. На веслах шли ночь, половину вечерних и утренних часов. Днем пережидали жару на островах, прячась среди развалин.
Два дня пути и от силы десяток слов.
Конечно, в таком режиме сложно вести разговоры. Течения и ветер выматывали, как бы дыхание не сбить. Виалу казалось, что Эгрегий и Хенельга его игнорируют. Ну, а что касается Мустифа – парня навклер вообще решил не трогать.
И зачем он его спас? Виал не раз задавался этим вопросом. Единственным объяснением было желание замолить грехи. Все-таки отправить на дно четыре десятка людей с их кораблем, грузом и надеждами тяжкое для совести испытание.
Виал подстроил нападение на судно, которое сам же нанял, а потом и сжег его с помощью огненного зелья. По поводу навклера, которому принадлежало это судно, Виал не переживал – тот заслужил свою участь. Но остальная его команда? Обычные люди, нанятые Арсом, но не знавшие ужасов гражданской войны.
Да, эти моряки были дирахийцами, кровными друзьями граждан Циралиса. И в предстоящих событиях эти люди примут сторону родного города. Зачем им поддерживать соседа? Смерть этих людей стратегически необходима, ведь они сядут на скамьи тех судов, что будут топить суда из Циралиса.
И все же – на душе неспокойно.
Всему виной обвинения Эгрегия. Тот бросил товарищу, что моряки Таска не виноваты в грехах своего навклера. Это правдивые слова, нельзя поспорить.
Было еще одно, что тяготило Виала: смерть этих людей была не обычной, а словно человеческим жертвоприношением. Для цивилизованных людей подобные действия… слишком тягостны.
Меньше всего Виал думал о корабле, что погиб на волнах, объятый пламенем. Таск – отменный корабль, предмет зависти любого навклера. Казалось бы, его гибель, жестокая участь должна тяготить Виала больше, чем жизни каких-то моряков. Но вышло иначе.
Корабль отправился на дно в жертву Мефону, покровителю торговцев из Циралиса. Это судно теперь вошло во флот морского бога. Так чего же о нем переживать, дух этого судна занял положенное место.
Люди же станут рабами жестокого Хозяина вод. Это тоже необходимо, но ведь дома за них переживают, в подземном царстве их ждут тени родичей. А теперь им не будет ни тризны, ни могилы, только кенотаф на родине, когда вести о гибели Таска дойдут до Дирахия.
Душам моряков от этого не станет легче, они не свидятся с предками и родичами в подземном царстве.
Оставив в стороне переживания, Виал понимал, что поступил бы так же, будь у него возможность вернуть прошлое.
Как опытный торговец он предпочитал извлекать из предприятия максимальную выгоду. А это предприятие позволило ему отомстить за гибель товарищей, что все еще ждали исполнения клятвы. Месть, удар по конкуренту, наказание предателя – таков доход.
В расходы следует записать потерю времени, возможные трения с родственниками погибших, охлаждение отношений между сенатами двух городов. Последнее, впрочем, не столь большая потеря. Дирахий и Циралис всегда находились в состоянии войны.
Раз компаньоны игнорировали навклера, тому приходилось заниматься самокопанием.
Тот корабль, что напал на Таск, более не встречался. Это немудрено, пираты потеряли с десяток человек, еще десяток отделались ранениями, но опасней всего было пламя, которое выпустил Виал.
Чужое судно не могло не пострадать. Времени оценить эти повреждения не было, но Виал знал, по опыту знал, насколько опасно пламя в море. Иначе не стал бы покупать зелье у друзей.
Кроме тех пиратов в Сикании водится другие. Каждый встречный островок может быть стоянкой для корабля. Не стоит рассчитывать, что пираты не позарятся на такой мелкий улов. Даже четыре человека – хороший товар для них, а взять его намного проще, чем ограбить большой корабль. Верный доход.