"Фантастика 2024-82" Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Путь до Акровиорента был неблизким. Виал знал об этом, потому посоветовал спутникам встать до восхода. Таким образом, они к полудню доберутся до холма, передохнут в тени, готовясь забраться по священной дороге наверх.
С вечера купили еды, воду набрали во все фляги, которые имели. Виал накануне купил небольшой кувшин вина, настоянного на травах. От уксуса он решил отказаться, ведь не каждый день они совершают паломничество.
  
Путь до холма был неблизким, как и предупреждал Виал. Дорога заняла два часа, идти пришлось в толпе паломников. К счастью, к холму вело множество широких дорог, что позволяло людям спокойно перемещаться к сердцу города.
– Друзья, – Виал вдруг остановился, на него даже налетел зазевавшийся паломник, – запомните этот город, такого крупного и богатого… в общем, это место поражает!
Они отошли под козырек лавки, где были выставлены глиняные сувениры. Небольшие амфориски, по форме напоминающие их старших собратьев, в которых перевозят вино торговцы. Изделия тоже были наполнены вином, местным, конечно же.
Виал не удержался, купил себе и спутникам по подарку. Даже такие небольшие поделки были украшены красными фигурками. Едва угадывалось, что на них изображено.
– На дельфине человек, – пояснил Виал. – Местный сюжет, но нам он тоже подходит.
Кроме амфорисков здесь продавались вотивные предметы, которые полагалось подарить храму. Виал решил, что достаточно одного подношения, а его спутники не заинтересовались глиняными макетами частей тела или кораблей.
Широкая улица – в три фута, множество паломников из всевозможных земель. Виал узнал собратьев из Гирции, что прошли кучной толпой. Данаи из всех соседних городов, варвары с севера и юга, смуглые кемилцы в льняных одеждах, и совсем немного тиринцев в цветастых туниках.
Мощеная мостовая была выглажена подошвами мириад сандалий. Мусора почти нет, хотя кроме сувенирных и храмовых лавок на улице расположено множество термополий, где продавали еду и напитки на вынос. Городские рабы убирали улицы постоянно: и днем, и ночью.
Дома вдоль улицы были невысокими, чтобы не мешать паломникам смотреть на священное место, и потому что строить выше опасно. Сотрясатель земель уничтожает высокие строения, словно напоминая людям, чтобы они не стремились в небо.
Беленые стены жилых домов блестели, отражая солнечные лучи. Над лавками были растянуты цветные полотнища, под тенью которых так приятно отдохнуть. Узорные ставни закрывали окна верхних этажей, но отдыхающие горожане иногда выглядывали в окна, чтобы поглазеть на толпу чужестранцев.
Простые граждане Виорента выглядели молодо, опрятно и соблазнительно. Отдыхая в тени, Виал разглядывал женщину, прядущую у окна на третьем этаже. А в это время его спутники выбирали безделушки в соседней лавке. Подарок старшего товарища сломал в них барьеры робости и теперь они перебирали все поделки, которыми торговали тут.
– А как же – не клади яйца в одну корзину? – заметил Виал, поглядел на Эгрегия.
– Это я у тебя набрался опыта!
Эгрегий набрал с десяток латунных колец и фибул, которые тут же подарил Хенельге. А его спутница потратила аналогичную сумму, купив амулет в виде топорика из серебра.
Виал усмехнулся, заметив эту равноценность.
Отдав по три серебряные монеты, они продолжили путь наверх. Уклон совсем не выматывал, идти легко и приятно.
Их город не сравнится со столицей Аретийского союза. Крупнейшие улицы Циралиса кажутся уже, чем простая дорога для паломников.
Путешественники останавливались возле магазинчиков, но покупали теперь меньше, чем в первый раз. Решили держать себя в руках, к тому же, Виал сказал, что на священном холме будет еще больше магазинчиков. Пусть там торгуют вотивными предметами, но среди них можно отыскать интересные изделия.
В отличие от храмовых кварталов других городов, Акровиорент был окружен свободным пространством. Так решил городской совет, после чего все постройки у подножия холма снесли. И это мудрое решение принесло городу только пользу, если не считать сотен недовольных горожан, которых выселили прочь.
Сотня футов отделяла дома от подножия холма. Вокруг него проложена мощенная дорога, к которой как лучами сходились десятки дорог со всего города. Виорент явно строился с тем расчетом, чтобы стать центром всего мира, пупом земли. Вот только не сложилось, с запада явились жадные до славы и богатств люди.
Все паломники и гости города, выходя к кольцевой дороге, замирали и долго глядели на прекрасный холм.
Путешественники ожидали, что увидят мраморные фасады, величественные статуи, украшения на храмовых фризах. В действительности все оказалось прозаичнее. Высокий холм из красной глины и камня, доминировал над городом. Вершина его была украшена серо-коричневой стеной, сложенной из каменных блоков циклопических размеров. Стена защищала холм, нависала над крутыми склонами. Только спиральная дорога вела к вершине.
Каждый путник был как на ладони у защитников верхнего города. По узкой дорожке едва могла протиснуться телега. Не удастся вкатить осадные машины.
По парапету стен сновали люди. Солнце отражалось от бронзовых конусов шлемов. Металлические нагрудники воинов предавали им образ неземных существ, словно сами боги оберегали холм.
На то был расчет, иначе воины носили бы обычные линотораксы.
– Кажется, – сказал Эгрегий, – хозяева города иначе представляют свое место в мире.
Виал кивнул.
– Воины? – уточнила Хенельга.
– Да, не священное это место. Если не богу войны они поклоняются.
– Все эти земли названы в честь бога войн, – заметил Виал.
Удивление и шок отхлынули, путники начали мыслить здраво. Так же как и сотни, тысячи других паломников вокруг. Люди оживали, выходили на открытое пространство, чтобы направиться к спиральной дороге, что круто взбирается вверх.
Храмовые строения окончательно потерялись за могучими стенами. Сохранились только башни, с которых свисали цветные гобелены. Хлопающие по ветру полотнища создавали непривычный шум. Что вкупе с блеском воинов, громадностью строений, придавало вид иного, запредельного.
Нечто подобное гости из Гирции видели на Побережье костей. Развалины древних в чем-то похожи на крепость Виорента. Виал знал, что эта крепость точно возведена людьми, по меркам цивилизации буквально недавно – полтора столетия назад. Недавно стены модернизировали и надстраивали.
– Не гневаются ли боги при виде… этого? – спросила Хенельга.
– Молнии часто бьют в здешние храмы. Жрецы отвечают на это гекатомбами, что не сильно накладно для казны.
– Того не скажешь об окрестностях, – вставил Эгрегий.
Они быстро пересекли открытое пространство. Подошли к подножию холма. Склон порос жесткой травой, которую регулярно скашивали или выжигали. Делали это обычно в начале зимы, когда дожди сами остановят пожары. Местами росли одинокие деревья, чьи стволы почернели от пожаров.
Бывало бог очищал холм от лишней растительности, ударяя молниями в склоны, забыв о могучих храмах.
Свежая зелень пробивалась через слой сажи. Жирные стебли еще не выгорели на солнце, создавали приятное впечатление молодости, красоты. Что не гармонировало с суровостью крепости на вершине холма.
Небогатым путешественникам приходилось проделывать весь путь пешком. Как и в других городах, по улицам города конные не допускались, кроме некоторых исключений. Матрон в паланкинах тут тоже не увидишь. Женщин паломников вообще было немного, все иноземки, как Хенельга.
К морскому владыке обычно поднимались мужчины. Чтобы испить из соленого источника, что бьет на вершине холма, принести дар и просто поглазеть на здешние шедевры.
Лишь богатые люди могли в паланкине проделать весь путь в две с лишним мили. Но никто так не поступал, даже старики предпочитали пройти путь пешком. Иначе у себя на родине они станут мишенью для насмешек.
Уклон с первых шагов оказался крутым. Так что никаких разговоров не последовало. Камни мостовой оказались выглажены тысячами тысяч подошв, стали гладкими и скользкими. К счастью, заботливые хозяева города устроили небольшие площадки через каждые пятьсот шагов. Были они до того маленькими и неогороженными, что порой паломники падали вниз. Словно без того мало сложностей, так еще это препятствие необходимо. Конечно, никто не погибнет. Это ведь не скалы, а просто крутой склон, но травму получить легко.