"Фантастика 2024-82" Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Глава 18
Причина конфликта была проста. Мне так и не удалось продавить своё видение насчёт источника средств для апгрейда «Косатки» и того, на каких условиях всё будет сделано.
Сложный разговор случился ещё в процессе полёта. Когда получилось ненадолго отвязаться от Снежаны, не без некоторых опасений оставив её в компании Хосе и Яромиры, я тут же созвал небольшое совещание. Прямо в трюме — там, где мог присутствовать и Громовержец, являющийся полноценным членом экипажа, и почти не поднимающийся наверх капитан. Отсутствовал только юнга, но он ничего не решал, к тому же я сомневался, что Хосе умеет держать язык за зубами.
— Темнозар. Что ты хочешь обсудить? — Александер, видимо, не был в курсе ситуации — хотя, наверняка, обо всём догадывался.
— Ты наверняка понимаешь, что мы не зря летим в сторону космических верфей, которые считаются лучшими во всём разведанном мире. Мы собираемся вложить средства в улучшение корабля. Идею предложил Гром, я поддержал. Собираемся довести характеристики до возможного максимума. В первую очередь, конечно, это скорость.
— Отличная идея. Мне нравится!
— Мне тоже. Но в связи со всем этим у меня встал один очень важный вопрос.
— Слушаем тебя, разумный двуногий!
— Этот вопрос для меня — деньги. За чей счёт всё будет?
— Тебе надо, двуногий. Значит — за твой!
— Надо мне, не спорю. Но... Корабль-то ваш! Я сейчас фактически оплачиваю возможность посетить дополнительно одну систему, но потом этими вложениями будете пользоваться уже вы — когда срок нашего договора истечёт, и наши пути разойдутся. И мне это не нравится.
— Звучит справедливо. И что ты предлагаешь? — Александер не собирался спорить, для него главным было улучшить корабль. И для понимания этого не нужно было читать мысли или чувствовать чужие эмоции — хватило бы одного взгляда на него, такой у первого пилота был мечтательный вид.
Вот только, остальные члены команды были с ним не согласны. Дракон даже рассмеялся.
— Двуногий, ну ты как неразумный птенец. Не нравится — не делай!
Капитан пробулькал что-то одобрительное и совершенно нечленораздельное, покачав перед собой пальцем.
— Если мы занимаемся улучшением вашего корабля, уважаемый Громовержец, — я даже назвал дракона полным именем, чтобы польстить ему, — то совершенно логично, что это надо также и вам, и должно делаться за ваши деньги.
— У нас таких денег всё равно нет, двуногий!
— Но у меня-то их тоже нет! Я написал своим людям, управляющему Огневых и тому, кто сейчас за главного у Белых. Второй наскрёб пару сотен тысяч, первый обещал подумать, что можно сделать — и больше не отвечает на мои вызовы. Итого, единственный способ — взять в долг. И почему бы вам самим не сделать этого?
— Так нам не дадут. И всё равно не с чего будет возвращать. Поэтому — либо делаем за твои кредиты и решаем проблему, либо забываем про все твои прожекты и просто летим в один конец, а потом обратно.
— Мои... Мои прожекты?! Но кто мне их предложил?!
— Я предложил, ты согласился, двуногий. И я ещё не взял кредитов за свои мудрые советы, должен заметить. Хотя мог бы!
— Ладно. Допустим, так. Но вариант хотя бы вложиться совместно?.. Часть вы, часть я?.. И учесть вложенные мной деньги в счёт контракта, вместо...
— Н-допустимо! — Русалн аж попытался встать.
— Ладно. Вариант, что я выкупаю часть вашего корабля?
— Неприемлемо, двуногий. Это наш корабль.
— Да так мы вообще ни до чего не договоримся!..
Тем не менее, договорились. Хотя Громовержец и капитан очень плохо шли на компромиссы, понимая, что мне деваться некуда, а Александер хоть и не был согласен, но молча поддерживал своих друзей.
Сошлись на том, что одну пятую всех средств я вкладываю безвозмездно, «за срочность», а остальное якобы беру в долг у команды — и если они не смогут его вернуть, то мы просто продлеваем наше сотрудничество, заключив стандартный контракт на найм судна. Пока они не отработают всё, до последнего кредита. Срок получался приличный, хотя, конечно, это было совершенно не то, чего мне хотелось. Я-то наивно рассчитывал получить хотя бы минимальную долю в корабле, с надеждой выкупить впоследствии остальное...
Поэтому, когда мы с Яромирой и тамплиерами спускались по пандусу к заблаговременно вызванному грузовому такси, которое представляло собой голую раму с колёсами, двигателем и сиденьем, все мои мысли были исключительно негативных оттенков. И пока мы ехали по бесконечным переходам космической станции, настроение не улучшилось ни на йоту.
Только оказалось, я расстраивался над шкурой ещё не убитого мирийского тигра. В первом же банке нас заставили сидеть в приёмной минут пятнадцать, смотря по головизору репортажи о грандиозном проекте освоения диких земель на планете Новая Америка. При этом я прекрасно видел через легко взломанные местные камеры, что иных посетителей, кроме нас, внутри нет...
Когда профессионально-бесстрастная секретарша передала наконец высочайшее дозволение начальства пройти в святая святых банка — в кабинет толстого и довольного собой борова-управляющего, тот внешне вежливо и внимательно выслушал меня, после чего с насквозь фальшивой улыбкой постановил:
— Извините, но мы не готовы выделить запрошенную сумму. У нас нет никакой уверенности, что это будет надёжное и выгодное вложение.
— Но когда я верну себе всё...
— Не когда, а если. Пока вы, простите за резкость, самозванец. И что прикажете делать, если у вас не получится вернуть себе всё... Князь Огнев-Белый?
Я сдержался, не стал разводить конфликтов и безобразной ругани. Сделал даже вид, что не обратил внимания на издевательский тон, которым служащий банка выделил последние три слова.
Просто попрощался, поблагодарил за потраченное время, и отправился дальше — варианты, куда пойти, ещё были. Вот только в следующем банке мы получили точно такой же ответ. И в следующем после него. И так несколько раз подряд...
Всё это хождение туда-сюда слилось в какую-то однообразную неприятную муть. Лоснящиеся лица клерков очень скоро начали раздражать, а их слащаво-надменные ответы вызывали желание сбить с них спесь парой-другой хороших ударов.
Поэтому, когда по дороге в последний банк случился небольшой эпизод, из-за которого мы были вынуждены немного задержаться, я даже обрадовался — хоть какое-то развлечение и разнообразие.
Мы шли по узкому техническому коридору, кратчайшимпутём в нужную нам точку, который я вычислил с помощью камер систем безопасности и находившихся в открытом доступе карт внутреннего устройства верфей. Идея срезать казалась вполне логичной — зачем наворачивать круги по станции, тем более, когда времени на всё про всё не так уж и много.
Вдруг впереди, метрах в тридцати перед нами, открылась неприметная боковая дверь. Из неё вылетел какой-то человек и сломя голову понёсся прочь, в сторону от нас. Почти сразу после этого, из той же двери выскочил здоровенный лок. В несколько прыжков он догнал беглеца, повалил на пол и принялся молотить кулаками.
Не успел я подумать, что инопланетник так и прикончит бедолагу, как лок вскочил на ноги, схватил человека за горло и легко, словно пушинку, вздёрнул его в воздух, принявшись рычать прямо в разбитое до крови, опухшее лицо:
— Ещё раз такое повторится — и ты знаешь, что будет!
— Я пожалуюсь...
— Мёртвые не жалуются!
— Так нельзя...
— Можно! Нельзя угрожать локам, мы не игнорируем угрозы. Должен бы знать. И что же, мне теперь тебя убить?..
— Нет! Не надо!.. Что ты хочешь?..
— Клянись, червь! Поклянись Кровавыми, что больше ни разу, ни одним словом, сказанным за моей спиной, не посмеешь оскорбить мою честь!
— А не много ты...
Дальше человек неразборчиво забулькал — лок сжал его горло сильнее, одновременно приблизив своё лицо практически вплотную:
— По нашим законам я имею полное право пытать тебя, пока не надоест! А потом у ещё живого вырвать сердце и печень! И сожрать! И только попробуй сказать, что я не посмею этого сделать... Посмею, ещё как посмею! Ты должен бы знать, червь, что мы ничего не боимся! Для нас нет ничего дороже чести! А умереть в бою — высочайшая честь!