"Фантастика 2024-82" Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Сейчас-то есть уцелевшая вампирская колония, которая, как я понимаю, буквально на подсосе у Протектората, но в Мире трёх лун кровосись было сравнительно дохуя — войско кровососущих солдат…
Только вот кровосиси были себе на уме, под мохнатую пяту кошко-некромантов залезать не желали, поэтому старательно решали вопрос с кровоснабжением, всеми силами оттягивая час, когда их цивилизация рухнет в Тартар, который совсем не соус.
  
Но потом случились известные всем события с ноосферой, поэтому Протекторат остался с маленькой кровососущей колонией на попечении, а этот мир стал совершенно никому не интересен.
Но главное, что я усвоил — средства слежения у Протектората есть. И сейчас он пасёт меня. Он уже знает, с каким миром я веду сообщение, а ещё, возможно, он рвёт волосы на жопе, так как этот мир под Печатью Трибунала.
Вот мне создавать порталы туда можно, я не связан договором с Трибуналом, ещё есть маленькие и очень редкие лазейки, с помощью которых можно проникнуть на Землю в частном порядке, но никаких тебе армий и официального присутствия. Для Протектората это очень неприятно.
Беспокоит только то, что я не знаю, что за отношения у Протектората с Трибуналом и что это вообще за хуйня. Не могут ли протекторатовцы договориться с Трибуналом о снятии печати? Может, сейчас, как раз, завершающая фаза переговоров и скоро Захару придётся ждать незваных гостей?
Налицо острый дефицит информации.
Единственное, что я могу — готовиться лучше. Крепить мощь армии и совершенствовать свою магию.
— Так, блэт… — вновь открыл я второй том «Некроэнергетических конструктов».
Это очень ценный материал, настоящее сокровище, которое я не заслужил. Только вот порог вхождения чрезвычайно высок, поэтому я склоняюсь к тому, что надо исчезнуть из общественной жизни месяца на три — нужна полная фокусировка на обучении.
«Некроэнергетические конструкты — это отдельная дисциплина в некромантии, а не какой-то там подраздел» — так заявляет автор в предисловии. Только вот даже моей компетенции хватает, чтобы понять, что Арсиам Пан’Гин пытался преувеличить свою значимость и сильно исказил истину сразу в первом абзаце.
Никакая это не отдельная дисциплина, а направление на стыке высшей некрохимерологии и высшего големостроения. Принципиально нового он ничего не открыл, а лишь использовал даже мне известные наработки из обеих дисциплин. Но зато как этот сукин сын их использовал!!!
Есть в высшей некрохимерологии раздел рунных модулей некрохимеры, слишком сложный, чтобы использовать его на серийных мертвецах, а если упрощать применяемые схемы, то выхлоп будет слишком незначительным, чтобы тратить на это время.
Это не оправдывает меня, ведь я даже жопу не почесал, чтобы попробовать и поэкспериментировать, но теперь всё меняется.
В големостроении есть схожие рунные модули, завязанные на энергию стихий и даже жизни, позволяющие повышать характеристики созданных големов, но я в эту сторону даже не смотрел, потому что големы — это точно не о массовости и серийности…
Мне не терпится создать первый некроконструкт, но я даю себе отчёт, что это сложно, поэтому нужно лучше подготовиться и накрепко усвоить теорию. Причём теорию не некроконструктов, а высших некрохимерологии и големостроения.
— Ладно! — захлопнул я книгу и закинул её в кодовый сейф. — Надо проверять теорию практикой! Катрин! Запри кабинет! Кейт! На охранение!
Выхожу из своего кабинета и двигаюсь в свою лабораторию.
У меня есть четырнадцать эталонных клонированных тел, хранимых специально для экспериментов. Пришло время использовать их во имя торжества науки. Наконец-то.
— Анатолий, здоров! — приветствовал я своего ассистента.
Отвлекать Карину или использовать своих предыдущих ассистентов я больше не хотел, поэтому попросил Захара разработать решение в виде умного помощника, наречённого Анатолием.
Захар переделал промышленного робота, обладающего индивидуальным вычислительным блоком, чтобы он был способен выполнять специфические задачи ассистента в моей лаборатории. На потолке теперь размещены рельсы, по которым ездит этот робот, оборудованный широким перечнем инструментария и аж тремя роботизированными руками. Но главное — он отлично меня понимает и очень компетентен в деле препарирования трупов.
— Винтик, Шпунтик, экспериментальный труп мне на стол! — приказал я.
Тело было доставлено и размещено на прозекторском столе. Но сразу лезть со скальпелем я не стал. Надо освежить теорию и проверить эффективность базовых рунных схем, известных мне из воспоминаний моего охуевшего в атаке альтер эго.
Главная причина, по которой я вообще не думал использовать эти техники — требование накопителя некроэнергии. И чем мощнее рунные схемы, тем больше энергии жрёт эта химера или этот голем.
Я из тех личей, которые остро реагируют на несовершенство. Без пополнения некроэнергии в накопителях эти штуки долго не просуществуют, а это значит, что они несовершенны. Мои некрохимероиды способны функционировать неограниченно долго, черпая силу в фоновой некроэнергии, а это значит, что они совершеннее сложных некрохимер и големов.
— Итак, начинаем, — произнёс я и начал наносить на левый бицепс экспериментального трупа рунную схему.
Сложность тут в том, что надо наносить эту схему послойно, с кастом специальных заклинаний, поэтому нельзя поручить это машине. Неудобно. Ну, или я совсем охуел и больше не хочу дохуя работать во благо своё.
— Запомнил? — спросил я у Анатолия.
— Да, босс, — ответил тот механическим голосом.
— Воспроизведи на правой руке, — приказал я. — Краской именно из этой чаши.
Роботизированная рука набрала краску из чаши, после чего начала оперативно набивать замысловатую татуху на бледной коже. Это заняло у Анатолия сто девяносто семь секунд, тогда как я потратил почти двадцать минут. Нет, можно автоматизировать, конечно же…
— Бала сутра шактимат кирима! — воспроизвёл я заклинание-активатор.
Рунная схема на коже трупа взялась красным пламенем, но быстро потухла. В результате, татуировка перестала быть видимой для живых, но осталась отчётливой для мертвецов. Я закачал в эту схему солидную порцию некроэнергии, она «спрессовалась» в рунах, поэтому сияла отчётливо — такое не спрячешь от мертвецов даже под бронёй.
— Следующий слой, значит… — вновь взялся я за татуировочный аппарат.
На этот раз схема сложнее, поэтому она отняла у меня около часа — нельзя ошибаться.
— Впитал? — спросил я у Анатолия.
— Конечно, босс, — ответил робот. — Повторить на правой руке?
— Именно, — кивнул я.
Пять минут, и безупречная копия схемы осталась на правой руке трупа.
— Бала сутра шактимат кирима! — повторил я заклинание-активатор.
Снова мимолётное красное пламя, а также едва заметное ощущение, что у меня изъяло солидную порцию некроэнергии.
— Значит, нигде не накосячил, — сделал я заключение. — Следующий слой. Анатолий, запоминай — повторять не буду.
На этот раз схема заняла всю левую руку целиком, за исключением кисти. Кисть — это отдельно. Анатолий повторил всё это на правой руке.
— Бала сутра шактимат кирима! — провозгласил я.
Вспыхнуло красное пламя, но не исчезло, как должно было, а сменило свой цвет на чёрный.
— Отъезжай!!! — выкрикнул я и выставил перед собой «Вуаль мрака», специально предназначенную для защиты от некроэнергии.
Анатолий отъезжает по рельсе в другой конец помещения.
Раздаётся некроэнергетический взрыв, который «съедает» часть щита, но не проходит дальше.
Труп обращается в невесомый прах, прозекторский стол ржавеет, инструменты гнутся и покрываются ржавыми кавернами, а окружающее помещение будто бы прибавляет себе +99 лет к возрасту.
— Накосячил, — сделал я вывод. — Анатолий, ты как?
— Не достало, босс, — ответил робот. — Но лучше заранее предупреждать меня о существующих рисках.
— Я думал, что пронесёт, — произнёс я. — Но, не пронесло. Хотя, будь я во плоти, могло и пронести. Прямо в штаны.