"Фантастика 2024-82" Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— И что они смогут, если его вдруг как-то сместят? — поинтересовался Ариамен.
— А все рецепты уже есть в фильмах, — ответил Сергей. — Баррикады, булыжники, партизанская деятельность, блокирование казарм и так далее. Я даже скоро поучаствую деньгами в съёмках полнометражного фильма, первого в современной истории этого мира… Знаешь, о чём он будет?
— Откуда мне знать? — недовольно спросил Ариамен.
  
— Сюжет будет крутиться вокруг государственного переворота, — заулыбался Стрельников. — Какая-то группа радикалов продвинет во власть марионеток, которые сместят законно избранного президента, после чего начнут творить чёрный беспредел…
— Что такое «беспредел»? — не понял его Ариамен.
— Беззаконие, — пояснил Сергей. — После переворота люди отходят от шока, после чего начинают вести партизанскую войну в условиях города. Травить еду, поставляемую в администрацию, стрелять лояльных власти функционеров, а также грабить склады с оружием. В кульминации всё это приведёт к тому, что начнутся вооружённые столкновения с силами организаторов переворота, которые, как оказалось, спонсировались из-за рубежа. В финале президента спасают из заточения, учреждают праздник «День Свободы», начинается фестиваль, все веселятся, празднуют и конец фильма.
— Наверное, получится интересный фильм, — пожал плечами Ариамен.
— Да это же инструкция! — усмехнулся Стрельников. — Я почти уверен, что будет ещё три-четыре фильма из этой серии, с демонстрацией всех возможных угроз режиму лича. Он прекрасно осознаёт, что строит и это… это не очень красивая конструкция, но она обещает быть очень устойчивой. Эй, милашка, ещё четыре пива сюда, пожалуйста!
— Была у меня мысль, что надо было побрататься с личем… — произнёс Ариамен с сожалением. — Забыть, что было между нами до этого, и побрататься. Возможно, надо было отдать за него свою родственницу…
— Как, кстати, поживают твои родственники? — поинтересовался Сергей.
— Для них ничего не изменилось, — вздохнул бывший сатрап. — Комнин не тронул их — видимо, договорился о содействии, а они и рады помочь ему. Я предполагаю, что в моём свержении не обошлось без их участия. Вероломные твари…
— А лич не дурак, — усмехнулся Стрельников. — Он не может полагаться только на штыки — это не очень-то надёжно, к тому же, как я слышал, его уже предавали немёртвые. Подчинённые, которые должны быть беззаветно верны…
— Знаю об этом, — кивнул Ариамен Сасанид.
— Поэтому он хочет создать систему, в которой его будет поддерживать тот, кто ему, формально, не подчиняется — народ, — продолжил Стрельников. — Если кто-то тебе не подчиняется, но при этом искренне поддерживает — риск предательства очень низок. И для этого надо лишь, чтобы народ любил тебя и не видел никаких других альтернатив. А это уже давно не искусство. Это наука.
— Какая наука? — заинтересовался бывший сатрап.
— Политтехнологии, — ответил Стрельников. — Очень популярная на Земле тема, не совсем наука, конечно, но совокупность методов и способов воздействия на массы. Пропаганда, манипуляции, плавное искажение общественного мнения — у лича есть специалисты, которые разбираются в этом. И он уже давно применяет все эти методы, чтобы влиять на неискушённое общество, которое считает, что власть, неожиданно, начала вести с ним открытый диалог. Но это, на самом деле, никакой не диалог, а непрерывный монолог лича. Он диктует, а люди верят.
Ариамен отхлебнул пива и крепко задумался.
— Надо заказать что-то поесть, — решил Сергей. — Милочка, четыре палки шашлыка из баранины! И графин водки!
— А что ты думаешь о Протекторате? — спросил Ариамен.
— Я думаю, что…
Через два часа они, под крепким градусом, вяло шли по центральной улице.
Кто-то сфотографировал их на смартфон, а кто-то даже снял короткую запись, чтобы выложить в местный интернет. Стрельников-то личность известная, а об Ариамене уже давно знают многие — он, как-никак, бывший правитель соседнего государства. Таких надо знать в лицо.
У Стрельникова же популярность другого формата: Душной успешно внедряет культ богатства, типа «держи монету — будь богаче соседа».
Ручные аллигаторы лича — это эталон успешной жизни, некоторым даже дали камео в «Фивы-сити». Стрельникову предлагали, но он отказался. Сериал — дерьмо, написанное умственно отсталым фанатом «Друзей». Сергею не хотелось иметь с ним ничего общего.
Крутые тачки, которые можно купить только за очень большие деньги, огромные дома с садами, крутые вечеринки с реками шампанского, а также посещение дворца лича, который, вроде как, в обнимку с народом, но всё равно просто так не попадёшь — всё это у ручных аллигаторов. И простые обыватели начинают мечтать о том, чтобы у них было точно так же.
Раньше эти средневековые полугорожане-полукрестьяне и мечтать о таком не могли. Раньше считалось, что удел простолюдина — пахать до самой смерти, надеясь, что дети не выбросят старика на улицу, побираться.
Сейчас же лич показал им другую жизнь и даже обрисовал, в общих чертах, как этого можно добиться. Сейчас создана иллюзия, будто разбогатеть и жить, как ручные аллигаторы лича, может каждый, и надо просто очень захотеть.
— О! — увидел Ариамен перед собой танк Т-80БВМ. — А это здесь откуда?
— Это же памятник, — ответил ему Стрельников, в голове которого ненавязчиво шумело, а самого его слегка штормило.
Подбитый при штурме танк, которому заклинило горизонтальный привод башни, решили не восстанавливать, а установить в качестве памятника. Стрельников присутствовал на официальном открытии памятника — установлен этот танк в честь доблестных защитников Фив. На башне танка установлен флаг Праведной Республики, сильно напоминающий флаг НАТО, только с белым черепом вместо четырёхлучевой звезды.
— А тебя никогда не смущало, что он скелет? — спросил Ариамен.
— Что? — повернул к нему голову задумавшийся Сергей. — А, нет. Просто, я всегда помню, что он мертвец. Живым я видел его годы назад, в день, когда мы здесь оказались, поэтому мне легко держать в голове, что он давно умер, а сейчас с нами его немёртвая оболочка. И тебе советую всегда это помнить.
— Да, надо не забывать… — начал Ариамен, но тут его скрутило и он начал блевать на газон. — Бу-э-э-э…
— Всё, надо по домам, — решил Стрельников. — Эй, Соломон! Заводи тачанку! Подкинем моего приятеля к нему домой!
/23 марта 2029 года, Праведная Республика, г. Фивы/
— Поздравляю с победой, господин праведный президент, — приложив руку к сердцу, а лакейскую улыбку к лицу, произнёс Владимир Лужко.
— Да-да, круто, — покивал я черепом. — Всем шампанского! Тащите шампанское!
По итогам подсчёта голосов я чуть не проиграл полковнику Алехо Каргадо. Мой отрыв — 7,4% голосов.
Всё-таки, я переборщил с экспрессией в предвыборных роликах — избирателям понравился маскулинный настрой полковника, его подчёркнутый мачизм, а также памятный расстрел бумажной мишени, изображающей Алекса Стаффи, из крупнокалиберного пулемёта. 79% проголосовавших за Каргадо — женщины.
«С психологией местных женщин ещё работать и работать…» — подумал я. — «Им покажи подчёркнуто мужественного мужика, похожего на героя боевиков 80-х, так они сразу текут изо всех щелей и на всё согласны».
На Земле было не так. Избалованные землянки уже не так сильно велись на карикатурных мачо — рыночек был перенасыщен предложением. Нет, некоторые велись, но такие были представлены на Земле далеко не в таких количествах, как здесь.
Я думаю, значительно больше женщин проголосовало бы за Каргадо, не будь тут махрового патриархата.
Эмансипацией тут даже не попахивает: мужик сказал — баба сделала. Вот и некоторая часть послушалась мужей и голосовала за Алексея Душного, который не вызывает у мужчин такого подсознательного опасения, какое вызывает переполненный тестостероном горячий латиноамериканский мачо Алехо Каргадо.
Всё-таки, права была Смерть — есть во мне Искра. Я ведь и актёром мог стать, эх…