"Фантастика 2024-82" Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Георгий любил и умел думать головой, поэтому-то и продержался так долго в упокоителях мертвецов. Именно из-за этого обстоятельства он и понял, что надо целиться в самое уязвимое место почти любого живого существа — в голову.
Взяв прицел чуть выше, он продолжил вести огонь, но уже с более высокой эффективностью. Шлемы минотавров оказались особенно уязвимы к винтовочному калибру, а головы их были почти в два раза больше, чем человеческие, поэтому Георгий очень быстро расчистил пространство перед собой и переключился на дальний план, где из шатра выполз минотавр в чёрной робе.
  
Перед этим минотавром висел какой-то магический щит, удерживающий все попадающие в него пулемётные пули. Минотавр творил какое-то сложное заклинание, проявляющееся в виде ярких красных всполохов.
— Маг — прямо по курсу! — сообщил Георгий механику-водителю.
— Наводчик, маг — прямо по курсу! — передал тот сообщение по внутренней связи.
Башня БМП-3 повернулась в указанном направлении. Секундное промедление, а затем в магический щит врезался осколочно-фугасный снаряд. Маг так и не успел завершить заклинание, но оно сработало прямо у него в руках — пламя разорвавшегося снаряда обогатилось ярко-красными «нитями», разлетевшимися во все стороны. Некоторые «нити» пронзили находящихся рядом минотавров, пробив их броню как бумагу.
Оглянувшись на остальных, Георгий увидел, как Евгений и Павел, его сослуживцы, передают командиру БМП снаряды, извлекаемые из подпольного хранилища боекомплекта.
— Не отвлекайся! — прикрикнул на него немёртвый механик-водитель. — Стреляй!
Георгий вернулся к расстрелу продолжающих упорно наступать минотавров.
Шквал пулемётного и пушечного огня был непреодолим, но у врага было своё мнение на этот счёт. Возможно, ему было непонятно, что они здесь не пройдут и все эти жертвы тщетны, а возможно, у них есть какой-то свой план, для которого надо задержать врага до определённого момента.
К делу подключились самоходные миномёты. На этом участке фронта их должно быть двенадцать единиц. Они автоматические, поэтому один такой заменяет восемь классических — град из мин скоро смешает этот участок с землёй…
— Десант — на выход! — скомандовал командир экипажа. — Боекомплект основного и вспомогательного орудия исчерпан — мы идём на перезарядку!
Ауксиларии посыпали из десантного отделения. Георгий и Лука вышли последними, так как выходить должны были на общих основаниях, а не через отдельные люки для экипажа.
— Занять оборону, открыть огонь! — скомандовал немёртвый младший сержант.
Георгий рухнул за искорёженный труп минотавра, положил на него штурмовую винтовку, снял её с предохранителя и сразу же нашёл себе цель.
Соседние отделения также покидали бронемашины и занимали оборону.
Назад пятились танки, прорвавшиеся очень глубоко в лагерь, но уже растратившие весь свой боезапас.
Скольких они убили за эти два десятка минут? Счёт уже давно должен был пересечь тысячи и стремиться к десятку тысяч…
Огневой мощи автомата, явно, не хватало, чтобы уверенно сносить минотавров, поэтому Георгий снова начал целиться в головы. Результативность резко возросла, ведь во взводе он был на пятом месте по меткости стрельбы, но, похоже, что он один в своём отделении оказался достаточно самонадеян, чтобы тратить больше патронов на неизбежные промахи.
Да, промахивался он чуть чаще, но зато каждое попадание гарантированно выводило врага из строя. В каждом патроне есть немного взрывчатки, срабатывающей чуть-чуть после пробития плоти. Взрыв даже такого малого количества состава А-IX-2 прямо в мозге — это гарантированная смерть. Никто не переживёт такого.
К нему никто не мог подобраться, самый ближайший минотавр лежал в семидесяти метрах, а вот остальные справлялись чуть хуже — к Луке сумели приблизиться аж на двадцать метров, но потом он испугался и буквально изрешетил минотавра в кровавый фарш.
В какой-то момент наступило затишье. Цели просто перестали появляться.
«Неужели всё?» — спросил себя покрытый холодным потом Георгий.
В небе прожужжал разведдрон.
Прошло несколько минут, после чего миномёты на фоне заработали в автоматическом режиме.
Взрывы начали вспыхивать где-то в пяти сотнях метров впереди, в глубине осадного лагеря.
— Вперёд! — скомандовал Мёртвый инструктор изнутри наушника.
— Встать! Перезарядить оружие! — дал команду младший сержант. — Вперёд!
И Георгий пошёл.
Он старался не отставать, но и не стремился идти быстрее всех.
Они развернулись в стрелковую цепь, чтобы между каждым ауксиларием было не менее двух метров дистанции.
Повсюду лежали трупы минотавров, здоровенных тварей, способных сломать человеческий череп сжатием кулака. Сейчас они выглядели очень безобидными.
Запах бойни, сформировавшийся из тысяч литров пролитой крови, практически царапал нос Георгия, вызывая первобытный импульс поскорее убраться отсюда, прямо сейчас. Но разум его был сильнее животных позывов, поэтому он продолжил идти, при этом даже внимательно исследуя лежащие тела на предмет признаков жизни.
Несколько раз ему пришлось добивать раненых, пытавшихся подползти к нему поближе.
Впереди продолжали грохотать разрывы мин и реветь минотавры. Миномёты работали накатом, устилая землю серийными разрывами, не оставляющими шансов никому живому.
«… и немёртвому», — подумал Георгий и вскинул автомат.
Короткая очередь — вскинувшийся недобиток навсегда обмяк.
Подобное происходит по всему периметру осадного лагеря — это крупнейшая военная операция в истории Праведной Армии.
Георгий ломал голову над тем, почему пришли минотавры и почему они действовали именно так, а не иначе.
У него было несколько объяснений.
Первое — они не знали, с кем имеют дело. Никто не знает, что может лич, ведь даже сейчас он показал далеко не всё, что может.
Второе — они осознанно пожертвовали собой, чтобы добиться… чего-то. Нельзя тешить себя иллюзиями, что сегодня они убили хоть какую-то часть вражеских солдат. Протекторат огромен и силён. Он сможет возместить эти потери из действующей армии, даже не прибегая к массовой вербовке новобранцев. Ну, так им сказал Мёртвый инструктор.
— Стоять! — скомандовал младший сержант. — Закрепляемся здесь и ждём технику! Лопаты не доставать — сложите баррикады из трупов врага!
Георгий, уже было коснувшийся малой пехотной лопаты, облегчённо выдохнул и сразу же взялся за копыта обезглавленного снарядом минотавра.
«Баррикаду 180», которая прикрывает бойца на 180 градусов, он соорудил за пару минут, благо, материала тут было полно. К кровавой вони можно привыкнуть, а вот такую надёжную защиту не даст больше ничего, кроме столь мясистых и крупных тел.
Артиллерийская обработка сделала паузу. Единственный недостаток автоматических миномётов — перегрев стволов. Придётся подождать минут десять-двадцать, прежде чем они снова смогут стрелять.
Георгий, не отпуская автомат ни на секунду, достал из подсумка пластиковую бутылку с настоем хмеля. Он уже давно приметил, что эта настойка прямо очень хорошо его успокаивает. Горькая, но зато работает. Сделав пару глотков, он вернул бутылку на место.
Когда он ходил на диких мертвецов, хмель помогал ему расслабиться и меньше бояться. Работа эта была очень нервной, поэтому даже ему, по природе своей, спокойному человеку, нужно было как-то справляться со страхом.
Прикрыв глаза, он попытался абстрагироваться от душераздирающего запаха крови и выпущенных кишок, из-за чего пропустил момент появления врага.
Он открыл глаза в ответ на автоматический огонь, начавшийся из-за трупных баррикад.
Израненные минотавры, сильно пострадавшие от интенсивного миномётного обстрела, вышли из дымки, постелившейся по всему осадному лагерю. Они разряжали свои мушкеты в сторону баррикад, после чего бежали в атаку.
Одна из шальных пуль влепилась в череп уже мёртвого минотавра, составлявшего баррикаду Георгия, из-за чего ауксилария забрызгало кровью и мозгами.