Слишком борзая! (СИ)

С момента прилета, я неоднократно набирал Милене, но ее телефон был отключен. Слушать безликий голос робота было болезненно.
— Арс, мне нужно одну запись с камер найти, — решил я пойти другим путем.
Едва замелькали кадры знакомого маскарада, в груди разлился жар, словно снова танцую в пиратской маске, прижимая к себе желанное нежное тело Милены. Но, к моему сожалению, именно этот момент попал в кадр лишь частично.
— Отмотай назад, до драки, — попросил я Арса.
— Ты и про драку знаешь? — удивился Арсен, щелкая клавишей мышки.
— Не только о той, что была в день маскарада. Придется мне лично за вас взяться, раз сами порядок навести не можете, — намекнул я новому управляющему, что и его и моя метла должны мести по-новому, с каким бы препятствиями мы не столкнулись.
— Конечно, Тимур Львович, разберемся, — начал было Арсен, заверять меня и тут же осекся. — А-а-а, так ты ту драку и… возглавил?
Уголок рта Арсена пополз вверх в кривой ухмылке, когда он сделал крупный план с моим фейсом.
— Левее, за моей спиной девушка, видишь?
Как мы ни вертели камеры, как ни крутили кадры, лица Милены разглядеть не удавалось, не говоря уж о том, что она была в маскарадной маске. А вот то, как Милена лихо вырубила коренастого парнишку за моей спиной, видно было отчетливо. Ловко, дерзко и молниеносно. А мне-то глазки строила невинные!
— Мы пересмотрели все записи со всех камер, Тимур, — резюмировал Арс ближе к полуночи.
Клуб уже вовсю принимает гостей, слышны звуки музыки и шум толпы, а я не сдвинулся ни на шаг, в вопросе, где мне в многомиллионном городе найти Милену.
— Попробуй перехватить ее у места работы, — посоветовал Арс, сворачивая записи с камер.
Этот вариант у меня тоже проскакивал, но не казался мне таким уж удачным. Торчать у ворот, где бдит вооруженная охрана, такое себе занятие.
— Стой! Вернись назад, — воскликнул я, напугав Арсена. — Пацан в капюшоне там, видишь?
Мысль о том, что этот тип постоянно вертится рядом с Миленой, только возникла в моей голове, и как это использовать я еще не придумал. Но пятой точкой чувствовал, что это важно.
— Вашу мамашу, — пробормотал я, глядя как этот молокосос машет конечностями. — Его будто с цепи спустили с самой преисподней…
— Этот? — ткнул в экран пальцем Арс. — Так это же Бес.
— Мне нужно его найти, — неосознанно потерев место, куда этот Бес мне вечно отгружает, решительно заявил я.
— Да это несложно. Стоит только в клубе слух пустить, что ты его ищешь, и он сам тебя найдет, — ответил Арс, пристально изучая мое лицо, словно я задумал опасное дело.
— Окей, сделай это, — не раздумывая согласился я. — Этот подлец стащил у меня кое-что.
Кое-что особенно для меня дорогое. Нательный крестик, который еще в младенчестве надели мне мои биологические родители. Вопреки тому, что мои вторые приемные родители глубоко религиозные люди, я сам о господе вспоминаю редко. Примерно из тех людей, чьих знаний достаточно, чтобы понять, что молния — это не кара божья. Но если будет бить где-то рядом, то буду молиться: «Господи, только не в меня».
Возвращаться в дом с музейными палатами не хотелось, в клубе торчать тоже. Потому я решил прокатиться по ночному городу, просто чтобы немного проветрить голову от творящегося там хаоса мыслей и напичканной за день информацией.
Никакой особой цели у меня не было, но, как говорят, у судьбы на мой счет были свои планы.
Почти у выезда из города я вдруг увидел тот самый байк, на котором приезжал капюшон и его клон к ресторану. Вычислить его было легко потому, как эти двухколесные монстры выпускаются единицами, а байк Беса еще и с узнаваемыми логотипами.
Разумеется, оголтелый Бес тут же от меня оторвался, но я успел засечь, что он свернул в коттеджный поселок. Красивые современные дома утопали в зелени, максимально сливаясь с природой, с шумящим за поселком лесом.
Дом, у которого был припаркован байк засранца, я нашел не сразу, успев досыта насладиться пейзажами. А когда нашел, вдруг усомнился в том, что Милена может быть тут.
 
— Вспомним безбашенную молодость, старик? — пробормотал я сам себе под нос, снимая пиджак.
Моя черная водолазка, брюки и такая же шевелюра позволяли мне передвигаться вокруг дома в темноте практически незамеченным. Забор у дома был высокий, но второй этажах просматривался отлично. Вот на нем, в одном из окон, я и увидел эту занозу и, не дав себе и минуты на размышления, махнул через преграду прямо в колючий малинник. Больно, вашу мамашу! Начинается, блин!
Впрочем, поцарапанные конечности мигом перестали меня беспокоить, как только мой взор вернулся к интересующему до неприличия сексуальному объекту.
Размышлять о том, что творится со мной, едва эта строптивая девчонка оказывается в зоне видимости, я уже не берусь. Колошматит всего, словно подростка, подглядывающего в женской раздевалке.
Милена, видимо, только вышла из ванной с накрученным на голове полотенцем и еще одним, обернутым вокруг тела. Как-то странно, очень медленно шагая, она крутилась по комнате, словно измеряя площадь, иногда останавливаясь и нелепо размахивая руками. Но странности её поведения меня сейчас заботили мало.
Заприметив у стены высокую бочку, я через секунду уже карабкался по стене к распахнутому окну, используя всевозможные выступы для опоры.
Прохлада летней ночи после жаркого дня соблазнили мою дерзкую девчонку оставить створки окна открытыми, и я уже предвкушал удивление в серебристо-серых глазах, подтягивая морду к подоконнику.
Добрался я как раз к тому моменту, когда Милена снимала с головы свой тюрбан. Именно в этот момент я и застрял в оконном проеме, с изумлением глядя, как по обнаженным плечам рассыпается копна огненно-рыжих волос.
Оторопевший мозг в первые секунды не мог идентифицировать в рыженькой красотке ту самую оторву, что пленила меня с первого взгляда. С первых слов.
Как приличному, впервые влюбленному парню, мне, конечно же, не следовало более задерживаться у окна чужой женщины, но какой мужик может устоять перед рыженькой?
Прозрение явилось ко мне с запозданием. Буквально через пару секунд красотка заметила инородное тело, упрямо карабкающееся на подоконник, и, вскинув брови, воскликнула:
— Тим?
В этот момент до меня дошло, что это не сестра-близняшка моей стервочки и даже не мои тайные фантазии, а она сама, собственной вредной персоной.
— Мур, — ответил я, подтягиваясь выше.
Желание оказаться скорее в ее комнате было продиктовано исключительно моим состоянием неудержимой радости ее видеть. В том смысле, что держать свою до одури счастливую тушу на кончиках пальцах было весьма и весьма затруднительно.
— Что? — на конопатом, без грамма косметики личике эмоции сменяли одна другую со скоростью удирающих от санкций олигархов.
Испуг от моего внезапного вторжения, ошеломление, и, к моему особому удовольствию, сияющая радость видеть, что лохматая гора пришла сама.
Всего лишь на долю секунду пересеклись взглядами — и поплыли оба. Нет сомнений, что она в эту секунду испытывает ту же всепоглощающую бурю чувств, что и меня буквально разрывает на частички. Шквал эмоций, рвущих сердце наружу, переполняющая нежность и нестерпимое желание, от которого я теряю разум.
Клянусь, Шекспировским юным влюбленным из Вероны и не снились настолько трогательные и чарующие чувства.
— Для тебя Тимур, — успел уточнить я, и в этот момент раздался громкий хлопок.
За звуком трескающейся ткани брюк мой зад обожгло тысячами острых раскаленных игл. Боль, зуд и жжение были такой силы, что повергли меня в состояние крайнего шока.
Милена резко дернулась в мою сторону, но не справилась с управлением влажных пяток по ламинату и полетела в обратную от меня сторону, падая на пол.
Так, с выпученными глазами и перекошенной рожей, я и оставил свой пост неумолимо влюбленного и отправился обратно в малиновый кустарник. Хотя судя по сигналам, которые посылала мне моя пятая точка, пока я ошивался у принцессы в оконце, в малине стихийно образовались муравейник и зверские заросли крапивы. Зад жгло так, будто с него сняли кожу и засыпали солью.