Тот самый сантехник 6 (СИ)

Результат был достигнут четыре часа спустя, стоило Васильковой в гараж пробраться. Там за колёсами с литьём — зазор в стене. Подсветила, простучала, плечом надавила. Замаскированная дверь и подалась.
Схрон!
— Нашла, товарищ майор! — тут же доложила бывшая диспетчерша непосредственному начальнику.
— Ты ж моя умница! — сразу забыл про баню с прорубем майор и веник в сторону отбросил.
Хоть и после праздников, с запозданием, но теперь Вишенка мог отчитаться о проделанной работе перед вышестоящими чинами. Раз его люди зачистили дом на соседней улице от оружия, обнаружив немалый арсенал в гараже, то могут и постфактум начислить бонусов к доблестной службе.
Интуиция номинального подполковника не подвела. В посёлке хранилище!
Среди прочего, из схрона был извлечён пулемёт «печенег» с тремя лентами, ручные осколочные гранаты советского производства в количестве двадцати пять штук, автоматы Калашникова различных серий двадцати единиц под 5.45 калибр, с полсотни пистолетов Макарова, один РПГ-7 и целый ящик выстрелов к нему.
— Да это же целый посёлок вооружить можно было, — радовался за Вишенку и генерал Дронов. — Молодец, Саныч. Мужик!
Точно знал Дронов только три момента. Если мужик охотится, рыбачит и в баню с тобой ходит, то и с работой не подведёт.
Будет с него толк!
Майор Вишенка тоже похвалу любил и даже разговаривая по телефону, честь отдал. На всякий случай.
Была лишь одна странность. В схроне хватало патронов под автоматы с пистолетами. Это никого не удивляло, но там также присутствовали коробчатые магазины на десять патронов калибра 7.62х54 мм. А как раз под него оружие отсутствовало.
— Что же, Битин эту снайперку в жопу засунул? Найти! — приказывал он сыщикам.
Но найти не удавалось ни за сутки поиска, ни за вторые. Каждую стенку просветили. Каждый подпол постучали. Пусто. И чем дальше люди в форме на заснеженном огороде копались, тем больше множилась вероятность того, что к дому владельцы внимание проявят.
— Странно, конечно, — ответил на поступившею информацию Вишенка, смирившись с неизбежным. — Но и без Снайперской Винтовки Драгунова можно жить, мужики. Пакуем всё, ребят. А ты Леся, молодец. Баню, считай, отработала.
Василькова словно ещё на полсантиметра вытянулась. И живот втянула.
— Служу России!
— Вот и служи. А пока служишь, убирай следы поисковой группы и пусть этот дом уже продут к чёртовой матери, — Вишенка вздохнул, прикурил на улице и добавил. — Надеюсь, здесь поселятся рыбаки или охотники. В худшем случае — грибники. А не это вот всё.
— Есть! — отдала Леся честь.
И пусть за новую работу не доплатят, но она всерьёз подумывая пойти в школу милиции. Продолжить службу уже не как заинтересованное гражданское лицо, а как будущий офицер, которому со временем пенсия за выслугу лет полагается.
Вишенка даже обещал поспособствовать. Поступление грозило на бюджет. И она потому что умница, и вообще дефицит кадров по области.
«А если так, то идти, конечно, надо», — ещё подумала Леся, вновь выжимая тряпку и затирая следы от ботинок.
Майор полы, конечно не мыл. Зато прекрасно понимал, что поскольку сам Битин отошёл в мир иной, а жена в доме не появлялась, о данном «звене» в цепочке поставок оружия можно было забыть. Порочный круг разомкнулся в связи со смертью Князева. Киллер ожидал суда. Ещё и родной посёлок от пакости отчистил. Ну не молодец?
— Да, товарищ генерал, — вновь отчитывался Вишенка по телефону. — Не риелтора же привлекать за хранение, в самом деле. Агент говорит, он просто продаёт дом и вышел на неё на фоне этого… Конечно, он не при делах… есть, готовить место под звёздочку!.. Что, значит, ящик? За кого вы меня считаете? Ящик мало!.. А если останется, то на полковника отложим… Есть, и дальше проявлять инициативу.
* * *
Как можно пить две недели, Боря себе даже не представлял. Это сила воли нужна и здоровье бычье. Ну или хотя бы телячье. А он даже похмеляться не умел. Заодно не хотел и не мог.
«Уж лучше секс с парой знойных красоток. Тут тебе и спорт и ЗОЖ и эмоциональные дивиденды», — твердил внутренний голос: «А шампанское в стороне постоит, покиснет».
 
Поглаживая то одну, то другую парочку сисечек, Боря быстро смекнул, что с Дашкой и Татьяной, конечно, хорошо. День-другой. Даже третий, пока салатики доедали. А дальше — много их, тех женщин.
«Хотя шампанское быстро выдули», — прикинул внутренний голос: «Но что с того? О делах надо думать!
Боря кивнул, поглаживая прикорнувших на кровати дам. И сделал звук телевизора в спальной потише. Переключая между Смешариками и Один дома, он уже не мог восторгаться обилием стринг на одну комнату и даже шпагат с приседом воспринимал как должное. Это означало одно — пресытился.
Так Боря постепенно пришёл к выводу, что всё, что могли сделать с ним в четыре руки, уже сделали. Лучше не будет. И доев последние пельмени, всплывшие в кастрюле-тазике, поморщился застывшему жиру. С бульоном из шурпы и мяса было наваристо, но уже не лезло.
Боря помыл посуду и попытался посчитать. Начали под салюты, продолжили под фейерверки. Повторили под ёлкой. Затем пошли ролевые игры, где две весёлые бестии устроили ему целый спектакль. Одна, значит, Красная шапочка, вторая Фея-Крестная, а он то отдувался за волка, то за прекрасного принца, на котором из всей одежды только волшебная палочка.
Эта же волшебная палочка разбудила всех, когда ярко светило солнце в левый глаз. Она же повторила к обеду. А довольные волшебством нимфы уже танцевали ему стриптиз вокруг ёлки, потом продолжали на кровати. А когда Дашка ушла мыться, был использован подоконник. Когда же ушла мыться Татьяна, скрипел уже кухонный стол, так как он единственный не был заставлен блюдами, в отличие от стола в зале.
Возможно, был использован и диван. С меньшей долей вероятности — ковёр. Вроде бы что-то мелькало насчёт балкона. Слова «ой, а соскулька! А спорим, я лучше отсосулю?» стояли в голове.
«По-моему, они устраивали соревнования на этот счёт», — припомнил внутренний голос.
В доме быстро закончился сок, потом сварили морс. И он закончился ещё быстрее. Потом кто-то ходил в магазин и принёс минералки. Но другая этим воспользовалась. Как и им, спящим, уже мало что соображающим от разврата и обезвоживания. Они вроде бы даже поспорили и на этот счёт. И поэтому спали с разных сторон кровати, валетом.
Третий день был днём примирения. Скинув его с кровати, пленили. Потом позавтракали и надругались. Потом он мстил, как водится. Потом был пять-десять минут фильма, но первая же реклама показала — говно. Жизнь интереснее… И понеслось.
Третьего января Боря понял, что сердечко это всего лишь перевёрнутая женская попа. Но если её не хочется, то это уже — показатель.
«А чем хотеть, когда всю палочку стёрли?», — ещё подумал внутренний голос, пока Боря претворялся спящим.
План удался. Они уснули рядом. А дальше побег! Правда, всего лишь на кухню. Но с такой женской гравитацией и это немало стоит.
Впервые зарядив и включив телефон в этом году, Боря понял, что устал от праздников. Помятое лицо, расслабленное тело, полное отсутствие мыслей.
А ведь если подумать, то он нужен и тому, внешнему миру. Это подчёркивало полсотни звонков и пару сотен сообщений, включая те, что в приложениях. А на голосовую хоть вообще не заходи. Полдня потратишь, чтобы все прослушать.
Самое странное, что Аглая обзвонилась. Почесав нос, Глобальный перезвонил ей в первую очередь.
«Начнём с самого тяжёлого, а дальше уже как-то легче будет», — разрешил внутренний голос: «Босс всё-таки. Хоть и на словах. А договором твоим уже одно мягкое место подтёрли… Губы, конечно!».
— Ага? — обронил он пересушенным горлом, старясь сказать это как можно мягче, но коварная устойчивая связь передавала все оттенки.
Бесполезно нежничать — кремень.
Стыдно признаться, но сейчас его не волновала даже женская грудь. Даже больших размеров. Всему виной была импровизация Татьяны Юрьевны и находчивость Даши. Хочется, ей, мол. А ты вынь, да положь… Ну он и вынимал. А Таня подхватывала.