Гладиатор умирает только один раз. (Сборник рассказов) (ЛП)

– Тщеславие, оскорбляющее богов, - сказал я. 
– Верно, как в пьесах. Те, кто получают слишком много просто так, задаром, становятся слишком самоуверенными, и чуть ли не умоляют, чтобы их ударила молния или поглотило землетрясение. Что боги дают, они могут и забрать. Они дали Клеону все. Потом они все это забрали. 
– Боги? 
Ипполит вздохнул. 
– Клеон, конечно, заслуживал наказание, но он не заслужил этого наказания. 
– Наказания? От кого? За что? 
Я следил за его глазами и видел, как в нем постоянно идут какие-то внутренние споры. Если я стану слишком сильно давить на него, он может замкнуться; если я вообще не буду направлять его, он может продолжать отвечать благочестивыми общими фразами. Я начал было говорить, но потом увидел, что в нем что-то назрело, и придержал язык. 
– Ты видел статую, которая упала на него? 
– Да. Эрос с луком и стрелами. 
– Ты думаешь, это было просто совпадением? 
– Я не понимаю. 
– Вы поговорили со всеми в гимнасии, и никто вам ничего не сказал? Все они так думают, но они слишком суеверны, чтобы сказать это вслух. Это Эрос убил Клеона за то, что тот отверг его. 
– Ты думаешь, что это сделал сам бог? Используя свою статую? 
– Любовь текла к Клеону со всех сторон, как реки к морю, - но он повернул реки вспять и жил в своей собственной каменистой пустыне. Эрос выбрал Клеона своим любимцем, но Клеон отказал ему. Однажды он рассмеялся в лицо бога. 
– Как, так? Что сделал Клеон, чтобы, наконец, слишком сильно разгневать бога? 
Я снова увидел в его глазах внутренний спор, как будто он хотел мне все рассказать. Мне оставалось только набраться терпения. Наконец он вздохнул и заговорил. 
– В последнее время некоторые из нас думали, что Клеон, возможно, наконец, кого-то полюбил. У него был новый наставник, молодой философ по имени Малсибер, который приехал из Александрии около шести месяцев назад. Клеон и его сестра Клея каждое утро ходили в маленький домик Малсибера возле Форума поговорить о Платоне и почитать стихи. 
– Клея тоже? 
– Сосистридес считал нужным дать образование обоим своим детям, независимо от того, что Клея – девочка. В любом случае, довольно скоро стало известно, что Малсибер стал ухаживать за Клеоном. А почему бы и нет? Он был поражен его красотой, как и все остальные. Малсибер присылал ему маленькие целомудренные любовные стихи, а Клеон отсылал ему свои. Клеон как-то показал мне некоторые из стихов Малсибера и попросил меня прочитать те, которыми он отвечал тому. Они были прекрасны! Конечно же, он умело владел словом. – Ипполит печально покачал головой. 
– Но все это было жестокой мистификацией. Клеон просто разыгрывал Малсибера, выставляя его дураком. Только позавчера, прямо на глазах у других учеников Малсибера, Клеон устроил публичное представление, вернув все стихи учителя и попросил того вернуть ему свои стихи. Он сказал, что написал их просто в качестве упражнений, чтобы научить своего учителя, как правильно писать любовные стихи. Малсибер был ошеломлен! Все в гимназии слышали об этом и говорили: «Клеон, в конце концов, слишком далеко зашел!». Одно дело отвергнуть ухаживания своего наставника, но сделать это в такой жестокой, намеренно унизительной манере было излишне высокомерным, говорили люди, и боги за это отомстят. И теперь они сделали это.  
Я кивнул. 
 
– Но довольно часто боги используют человеческие сосуды для достижения своих целей. Неужели ты думаешь, что статуя упала в бассейн сама по себе, а не с помощью руки толкнувшей ее? 
Ипполит нахмурился и, казалось, опять заспорил сам с собой перед тем, как открыть еще один секрет. 
– Вчера, незадолго до того, как утонул Клеон, некоторые из нас видели в гимнасии незнакомца. 
«Наконец-то, - подумал я, - конкретное доказательство и что-то реальное, над чем можно подумать!» 
Я сделал глубокий вдох. 
– Кроме тебя больше никто не говорил, что видел незнакомца. 
– Я же сказал вам, что они все слишком суеверны. Если юноша, которого мы видели, был посланником бога, они не хотят об этом говорить. 
– Юноша? 
– Возможно, это был сам Эрос в человеческом обличье, хотя вы бы могли подумать, что богу надо было бы лучше следить за собой и надевать подходящую одежду. 
– Ты ясно видел этого незнакомца? 
– Не очень ясно, как и все остальные, насколько могу судить. Я только мельком увидел его, проходившим по внешнему коридору, но могу сказать, что это не был один из наших, посещающих гимнасию. 
– Почему ты так подумал? 
– По тому, что он вообще был одет. Это было сразу после игр, и все были еще обнажены. И большая часть толпы в спортзале была из довольно обеспеченных семей; у этого же парня была ужасная стрижка, а его туника выглядела как заплатанная хламида ... от старшего брата. Я подумал, что это какой-то незнакомец, который забрел с улицы, или, может быть, посыльный раб, стесняющийся зайти в раздевалку. 
– А его лицо? 
Ипполит покачал головой. 
– Я не видел его лица. Хотя у него были темные волосы. 
– Ты говорил с ним, или слышал, как он говорит? 
– Нет. Я направился к подогретой ванне и забыл о нем. Затем Капуторес нашел тело Клеона, и после этого все обезумели. Я не вспоминал о незнакомце до сегодняшнего утра, когда случайно узнал, что некоторые атлеты его тоже заметили. 
– Кто-нибудь видел, как этот молодой незнакомец проходил через ванны и раздевалку? 
– Я не думаю. Но есть еще один способ попасть из внешнего коридора во внутренний двор – через небольшой проход в дальнем конце здания. 
– Да. Капуторес говорил мне. Тогда кажется возможным, что этот незнакомец мог войти через внешний коридор во двор, натолкнуться на Клеона, плавающего в бассейне, толкнуть статую на него, а затем сбежать тем же путем, которым пришел. 
Ипполит глубоко вздохнул. 
– Наверное, такое возможно. Но, видите ли, это все равно, должно быть, был бог или какой-то посланец бога. Кто еще мог бы так идеально рассчитать время, чтобы совершить такой ужасный поступок? 
Я покачал головой. 
– Я вижу, что ты немного разбираешься в поэзии и остальных науках, а не только в борцовских приемах, молодой человек, но разве никто не обучал тебя логике? Мы с тобой получили ответ на вопрос, как, но это не отвечает на вопрос, кто? Я уважаю твое религиозное убеждение в том, что бог Эрос мог иметь мотив и возможность убить Клеона таким хладнокровным образом, но, похоже, тут хватало и простых смертных с таким же мотивом. В моей сфере деятельности я предпочитаю подозревать в первую очередь наиболее вероятного смертного и предполагать наличие божественности в причине только в крайнем случае. Главным среди таких подозреваемых должен быть этот наставник, Малсибер. Мог бы ты опознать в нем того незнакомца, которого видел шедшим по коридору? По стрижке или по ношенной одежде.