Маленький детектив (СИ)

— Зачем вам понадобилось оказаться в колледже? — Морби опустился на колени рядом с Энжел и Люси, вынул из кармана платок и, попросив Анаис намочить его в обычной воде, заботливо обтер им лицо и шею Энжел. Наверное, наркотик уже начал действовать, потому что железная хватка вдруг резко ослабла, и Энжел позволила Морби забрать у нее сначала скальпель, а затем и заложницу.
— Вы не понимаете. Моя семья, можете не верить, но когда-то наша семья жила в довольстве и роскоши. Мой отец должен получить часть состояния одной нашей престарелой родственницы, но та вдруг отписала все своему любимому внуку. Все было по закону, все честно. Но потом в доме произошли странные события. Сначала этот, с позволения сказать, наследничек обокрал собственную бабушку, забрав из дома все имеющиеся в сейфе драгоценности, а потом погиб. Родители говорили, неосторожно обращался с оружием. После смерти Мишеля мой отец был вторым, кому бабка могла оставить имение и завещать земли, но тут старая дура вдруг отдала все, что имела, своей приживалке без роду, без племени. Девице, которая однажды оказалась на пороге ее дома с новорожденным ребенком на руках. Девице без прошлого, пришедшей черт знает откуда. Возможно, воровке и убийце.
Через год после смерти старухи эта дрянь продала все недвижимое имущество и уехала в неизвестном направление. Меж тем в моей стране произошел захват власти, и моя семья была вынуждена эмигрировать. И вот, уже живя в Лос-Анджелесе, однажды в литературной газете я наткнулась на рассказ неизвестного мне автора, подписывающего свои публикации «А.Т.».
В рассказе была описана наша ситуация с точностью до имен героев. Правда, он так и не раскрыл, куда Мишель дел драгоценности, но я-то все поняла. Сокровища спрятаны в кукле с зелеными рукавами. Остается понять, где искать куклу. В общем, проходит несколько лет, и уже в Лондоне, живя в доме Арчибальда, я слышу, что Сара записала дочь в колледж «Зеленые рукава» и руководит им не кто-нибудь, а та самая… не при детях будет сказано, которой сумасшедшая бабка завещала свое состояние. Тогда же я поняла, что Констанция Рич держит у себя куклу, набитую нашими сокровищами. Все, что мне было нужно, это проникнуть в колледж и выпотрошить куклу.
— И вы устроились в «Зеленые рукава» фельдшерицей.
Энжел почти стекла на пол, Морби бережно поддерживал ее голову.
— Но зачем вы привезли туда Лауру? Зачем назвали ее Анаис и надели на нее белый парик из волос ее сестры? Вы же вполне могли добраться до кабинета Констанции и самостоятельно.
— Могла, но я боялась, что Анаис все же поправится и Сара привезет ее в колледж. Она бы тут же выдала меня. Проникнув в дом, я остригла лежащую без памяти девчонку, после чего наказала Арчибальду, чтобы не вздумал везти Анаис в этом году в колледж. Белый парик… — ох, все кружится, кружится, — да просто я боялась, вдруг кто-то прежде видел Анаис и запомнил, что она блондинка. Потому и белый парик.
— А Джейн? Как вы могли так поступить с Джейн?
— Джейн? А что я сделала Джейн? — Энжел еле держалась на краешке сознания, ее язык заплетался, так что Морби пришлось придвинуться к ней чуть ли не вплотную. — За кого вы меня принимаете?! Я бы не смогла причинить вред ребенку. В эту ночь моя дочка и ее подружка украли из моей комнаты бутылку вина и, проникнув в комнату Люси и Джейн, облили их. Должно быть, хотели, чтобы девочкам досталось за нарушение дисциплины. За такой проступок, как распитие алкогольного напитка, их могли отправить в карцер или даже выгнать из колледжа. Лаура призналась, что, прежде чем устроить бедлам в комнате своих врагов, она подлила им в чай немного моей настойки опия, чтобы они не проснулись и не позвали слуг. Я не могу без этого, вы уже поняли. Лаура надеялась, что директриса накажет Люси и Джейн, но при этом она понятия не имела, что Джейн — внучка Констанции Рич, и, следовательно, та найдет способ замять скандал. Когда я обнаружила, что они натворили, я подумала, что можно одним ударом нейтрализовать Джейн и заодно перевести стрелки на Люси. Поэтому я взяла Джейн и аккуратно вынесла ее в сад и положила на лужайку. Я слышала, как прислуга уже начинает просыпаться в своих комнатах, и не сомневалась, что ее скоро обнаружат. Рядом с девочкой я бросила конверт. Я полагала, что Констанция Рич будет сидеть с внучкой в лазарете, и этим временем я выпотрошу ее куклу, но… — Энжел пару раз схватила ртом воздух и обмякла на руках у Морби.
 
— Какое счастье! Значит, наш брак действительный! Анаис законнорожденная!
Люси подняла голову и увидела нависающую над ними Сару.
— Финк, не мог бы ты осторожно отнести этот шприц в лабораторию в первом здании на втором этаже. — Морби показал на уже начавшую застывать капельку на конце иглы. — Может, у Констанс получится определить, что ввела себе Энжел Смит. — Врачи скоро будут, но лучше, если мы встретим их с какими-нибудь результатами.
Стараясь, лишний раз не дышать, Финк осторожно взял из рук Морби шприц и, положив его на собственный платок, спустился вниз по черной лестнице.
— Вы хотите спасти эту гадину и не думаете о девочках, которых эта тварь отравила! — возвысила голос Анаис.
— После того, что сказала Энжел о Джейн и о том, что она бы никогда не причинила вред ребенку, я более чем уверен, что она всего лишь хотела усыпить колледж. Кстати, Люси, забыл сказать, Констанс приехала вместе со своей внучкой, и сейчас они обе в лаборатории.
Люси встрепенулась и, протиснувшись мимо Сары, направилась через класс к главному выходу, с этой стороны она бы явно опередила Финка.
— Возможно, Энжел нашла сокровища и хотела уехать отсюда вместе с Лаурой, пока все будут спать. Кстати, а где Лаура?
— Я здесь. — Дорогу Люси неожиданно преградила смутно знакомая девушка, в которой уже не было ничего от Анаис. Люси почувствовала, как что-то уперлось ей в грудь, и с удивлением поняла, что это черный револьвер. — Это ты во всем виновата! Если бы не твои разоблачения, если бы не твоя мания непременно отыскать настоящую Анаис, мы бы уже давно забрали куклу и убрались отсюда! — выкрикнула она, и Люси вдруг, не помня себя, бросилась в сторону. Прозвучал выстрел, но за мгновение до этого кто-то ворвался между Люси и Лаурой.
Люси упала на пол, и ее придавили сверху. Все стихло, точно кто-то отключил звук. Но это не значило, что мир вокруг Люси застыл, ничего подобного. Наоборот, вокруг Люси бегали, топали, она слышала содрогание деревянных половиц, видела раскрытые в беззвучном крике рты. Но все это происходило без единого звука. Люси подумала, что сейчас кто-то непременно наступит ей на руку или на ногу и тогда придется ходить в гипсе. Она попыталась выбраться, но кто-то большой и теплый все еще прижимал ее к полу, Люси начала отпихивать лежащее на ней тело, и на ее руки закапало что-то теплое.
Наконец ей удалось спихнуть с себя обмякшее тело, только тут она поняла, что спасший ее человек — не кто иной, как Арчибальд Кристал и теперь по рукам и по одежде Люси течет его горячая кровь.
Кто-то попытался поднять Люси с пола, но она только отмахнулась от этой неуместной помощи. Она потянулась к шее своего спасителя и почувствовала слабый пульс. Потом ее действительно подняли и посадили в углу, меж тем в классе образовалось слишком много народу в полицейской форме.
Люси смотрела на них, не веря в реальность происходящего, они о чем-то спрашивали ее, открывая рты и усиленно артикулируя, но Люси не слышала ни одного слова, не понимала, что хотят от нее. Кто-то обтер ее лицо мокрым полотенцем, которое тут же сделалось красным, потом ей дали чашку с валериановыми каплями, и она заставила себя выпить все до дна. Она видела, как Лауру уводят куда-то люди в полицейской форме, как Анаис пытается что-то втолковать ей, выразительно размахивая руками.
Не слыша своего голоса, Люси спросила у Анаис, где ее отец, и та показала ей на дверь. Судя по направлению, Кристала понесли в лазарет, Люси отлично знала дорогу, несколько раз ее пытались остановить, что-то сказать, но Люси показывала на уши, громко сообщая, что ничего не слышит. То, что она говорила громко, она поняла, потому что ее связки при этом напрягались. Добравшись до лазарета и найдя комнату, где врачи в этот момент пытались спасти жизнь Арчибальда, она села прямо на пол в коридоре и приготовилась ждать. Мимо нее ходили люди, но никто не пытался прогнать девочку в залитом кровью платье, и только заметившая ее Констанция Рич принесла воспитаннице стул и помогла Люси сесть на него.