Номинальная невеста (СИ)
Я смотрела недоверчиво на сестру и не могла понять шутит она или нет. Во мне клокотали противоречивые чувства: слабая надежда на то, что это правда и боязнь перемен. Ведь если подумать не такая уж Шейла и невозможная, ее тоже можно терпеть, даже не смотря на ее неконтролируемые вспышки гнева иногда.
— Родители тебя не отпустят! — выдала я свое заключение.
— Боюсь, от них уже ничего не зависит, — пожала Шейла легко плечами и улыбнулась как-то мстительно. — Помнишь, я ездила с учителем в столицу на олимпиаду по анатомии?
— Ты постоянно ездишь по этим олимпиадам и что? — заерзала я на месте.
— Я там познакомилась с самим профессором Фредериком Яниусом.
Я покачала головой. Мне это имя ни о чем не говорило.
— В нашу школу прислали запрос на мое автоматическое зачисление в академию врачевателей, где преподает этот профессор. Академия в Лоусоне. Я просила своего учителя пока не сообщать нашим родителям.
Шейла слегка наморщила нос, как будто вспомнила о чем-то неприятном:
— Сказала, что сама их подготовлю.
— А как же Мигель? — удивилась я.
Сестра подняла брови кверху, словно я снова сказала какую-то глупость.
— При чем тут этот оборотень? Ну да, здесь он полезен. Помог мне даже кое-что собрать в дорогу. У его семьи по — крайней мере достаточно денег, чтобы можно было достать нужные вещи. Но в столице выбор получше будет, это не наша мелочь. Там настоящие альфа-самцы!
Кажется, я снова начинала злиться на сестру, она с насмешкой посмотрела на мои сжавшиеся кулаки, и я разжала пальцы. Я не могла понять, как можно променять такого родного, веселого, красивого, милого Мигеля на каких-то там альфа-самцов, наверняка страшных и злых!
— Мы отвлеклись от цели нашего разговора, — с интересом глядя на меня, сообщила Шейла, — в общем, я жду от тебя, что ты не станешь распускать свой язык, по-крайней мере, пока я не покину этот город. Мне не нужна вся эта высокоморальная возня вокруг меня сейчас. Ты же не хочешь, чтобы родители настояли на том, чтобы я никуда не уехала? Можешь представить, себе мою ярость, если ты станешь причиной срыва моих планов?
Даже не хотела представлять. «Пусть катится к своим многочисленным оборотням, а Мигель ее и звать как забудет!», — удовлетворенно покивала я своим мыслям. Шейла, глядя на меня, снова усмехнулась, словно все мои мысли были написаны у меня на лице.
— Если бы ты дала магическую клятву, — добавила она, — я бы тебе кое-что рассказала напоследок, — но видно еще рано тебе это знать, а может быть никогда и не узнаешь, так и помрешь блаженной дурой в этой дыре.
Мне хотелось тоже сказать ей что-нибудь такое же обидное, чтобы Шейла поняла, как неприятно это все слушать, но она видимо решила, что разговор окончен, отвернулась от меня, резко подняла подол платья и нижней сорочки и одним рывком их скинула, бросив на траву. А потом, разбежавшись, спрыгнула с утеса.
Я вскрикнула от неожиданности. И открыла от удивления рот, когда увидела, как Шейла вынырнула и легко, словно рыба поплыла к середине реки. Как же мало я знала свою сестру!
Она словно почувствовала мое настроение, развернулась лицом ко мне и достав одну руку из воды, показала мне неприличный жест.
— Да чтоб у тебя платье утащили! — выругалась я и развернувшись, бросилась напролом через кусты в сторону дома. А пока бежала, подумала, что-идея-то хорошая, надо было платье спрятать, пусть бы голышом побегала по городу без своего амулета.
Кстати, амулет. На Шейле не было никаких побрякушек, и она сказала, что собирает кое-что в дорогу. Мне стало любопытно, что у нее еще есть интересного. А сейчас как раз был подходящий момент, чтобы взглянуть одним глазком на ее сокровища.
Я побежала еще быстрее.
Мама уже была дома, снова что-то готовила на кухне и даже не обратила на мой приход никакого внимания. Только в своей комнате я заметила, что платье хорошенько так потрепалось и измазалось и я переоделась в другое, одежды у меня хватало, вся переходила по наследству от старшей сестры. Платье я запихала в дальний угол шкафа, чтобы оно не попалось на глаза родителям. А то оно мягко говоря выдавало мое бурное времяпрепровождение.
А потом принялась за быстрый обыск комнаты. Но меня ждала неудача. Хотя я все просмотрела очень тщательно. Даже по обоям слегка простукала. Ничего. Странно. Какое место Шейле показалось более безопасным, чем наша комната? Где же твой тайник, сестренка?
Мне ничего не приходило в голову, а вскоре вернулась Шейла, я слышала, как она щебетала на кухне маме, какая интересная книга попалась ей в библиотеке. Талантливая лицемерка!
Больше сестра со мной по душам не разговаривала, я снова слышала от нее только насмешки. И ждала, когда она объявит о своем отъезде родителям.
Это случилось в день выпуска.
Утром мы с цветами всей семьей отправились на вручение дипломов старшеклассникам. Шейла была в том самом платье, в котором я застала ее в доме Мигеля. Теперь это платье было для всех. Но я-то помнила, для кого оно было одето впервые и зачем! Это портило мне настроение, когда я смотрела на сестру. Даже всегда безучастная мама потрепала меня по макушке и поинтересовалась, почему у меня такое кислое выражение лица.
— Она считает, сколько ей еще учиться! — съязвила Шейла с милой улыбкой на прекрасном лице. Я показала ей язык, когда никто на меня не смотрел.
Было прекрасное летнее утро и официальная часть проходила прямо перед главным входом в школу. Множество высоких садовых цветов, выращенных не без помощи мага-садовника украшали здание школы по периметру.
Шейла, как лучшая выпускница школы после вручения дипломов выступила с поздравительной речью. Ее слушали, затаив дыхание, она умела привлечь к себе внимание и держать его столько, сколько ей было нужно. А потом ей аплодировали, а я разглядывала всех этих восхищенных людей и… тоже восхищалась талантом сестры управлять толпой.
А потом Шейла одним движением руки заставила всех замолчать и со слезами на глазах объявила, что ей очень, очень жаль покидать горячо любимый город, но она должна следовать зову своего сердца и своей жизненной миссией она видит помощь страдающим и больным, поэтому просто вынуждена учиться у лучших профессоров-лекарей, чтобы потом вернуться в свой город и служить на его благо.
Следом вышел учитель анатомии и стал расхваливать золотую ученицу. Моих растерянных родителей поздравляли окружающие люди. А я с замиранием следила за их настроением, предчувствуя грозу.
После официальной части начался концерт и про меня все забыли. Я видела, как родители забрали Шейлу, и вместе с учителем анатомии ушли за угол школы.
Но я не одна следила за их перемещением. Следом за ними не спеша, словно решил пройти полюбоваться окружающей флорой, шел Мигель. Он был похож на жениха в однотонных светлых штанах и сюртуке и белоснежной рубашке. И так же невзначай исчез за поворотом.
Я совершенно не слушала и не слышала ничего вокруг, не отводя взгляда от заветного угла. Ведь то, что там происходило, касалось и меня тоже. И пока я раздумывала, а не стоит ли и мне пойти поискать свою семью, оттуда выскочил Мигель и сделал беззаботный вид. Следом появилась остальная процессия.
Родители были недовольны, но досмотрели ради приличия концерт.
А потом, оставив выпускников на главное событие этого дня: выпускной бал, родственники разошлись по домам.
Мы не успели отойти от школы, как отец обманчиво спокойным тоном поинтересовался у меня:
— Ты знала, что Шейла хочет уехать в Лоусон?
Но я еще была под впечатлением от того, как Шейла ловко добилась своего, практически всему городу объявив, что ради его блага готова оставить родной дом. Никто так и не понял, что возвращаться она не планирует. И я, не моргнув и глазом, по примеру сестры, уверенно ответила:
— Нет, конечно!