Раненое сердце демона (СИ)

   - Копытным противным.
   - А сейчас этот копытный тебе противен? – ухмыльнулся, присоединив ласки внутри попы.
   - Нееееет! 
   - Вот именно, - он усилил напор. – Ты жалеешь о том, что обидела своего господина?
   - Неееет…
   - Что?
   - Что обиде…ла, жалею, - выдохнула я. – Но… но не господина! – выдохнула из последних сил. 
   - Несносная строптивица! – рассмеялся и замолчал, яростно лаская меня.
   - Саааагииир! – закричала я, забившись в непереносимом наслаждении. – Сааагииир!
Глава 17 "Суровый" 
   - Сагир… - прошептала, когда дыхание стало ровным. – Ты!.. – но вовремя прикусила язычок.
   На свое счастье – не уверен, что выдержал бы второй круг такого сладкого наказания, не сорвавшись. Она ведь даже не подозревает, мучительница моя, в каком состоянии я сейчас. Взвела по самые рога, лопнуть готов от желания. Особенно, когда она лежит подо мной вся такая разнеженная, удовлетворенная, благоухая с ума сводящим женским ароматом! 
   - Рекомендую в следующий раз не обзываться и говорить правду, какой бы она ни была, - шепнул на ушко и не удержался, прикусил кожу на шее. – Иначе возьму ремень, и будет далеко не так приятно. Поняла меня?
   - Ты сам себе противоречишь, - в голосе нахалки послышался смех.
   - В чем? – перевернул ее на спину и вгляделся в сияющие жемчужины.
   - Как, по-твоему, говорить правду и не обзываться? – усмехнулась. – Если правда состоит в том, что ты рогатый гад, - спохватилась и добавила, - чисто гипотетически, конечно. – Как мне тебе это сказать, не обзываясь?
   Как я должен соображать, если у меня кровь отхлынула от мозгов в тот орган, который сейчас упирается в ее живот? И как она-то сама думать может после пережитого наслаждения?!
   - Демон завис, - констатировала негодяйка. – Надо сносить систему и переустанавливать заново. 
   - Ты о чем вообще?
   - Это из моей прошлой жизни.
   - Забудь о ней.
   - Уже, рогатенький ты мой, - змеей извернулась и выползла из-под меня. – Все платье измял, коз… - стрельнула в меня глазками, - нехороший демон! – потом хмыкнула, оценив бугор в моих штанах, - и озабоченный!
   - Иди уже собирайся, - швырнул в нее подушкой.
   - Куда? – навострила ушки, тут же прекратив поправлять платье. – На экскурсию по гарему? С новобранцами знакомить будешь? Вернее, с новобранками.
   - Нет, к путешествию по Срединному морю.
 - Ого! – жемчужины засияли. – На чем поплывем?
   - Ну, не на плоту же, - усмехнулся. – На королевском фрегате с говорящим именем – «Суровый». 
   - Никогда не видела моря, - прошептала Лиара, невидящим мечтательным взглядом уставившись куда-то вдаль.
   - В твоем бывшем мире его нет?
   - Есть, даже несколько. Но я жила далеко от них всех.
   - Значит, и это тоже у тебя будет в первый раз со мной, - довольно улыбнулся, подойдя к ней и притянув к себе.
   - А на небе только и разговоров, что о море, - прошептала она. – Это тоже из той жизни и не рычи, все равно ее не забуду, ведь…
   - Как хочешь! – выдохнул и не удержался, начал целовать.
   Невозможно сдержаться, когда она рядом!
   Вопреки ожиданиям, девушка не оттолкнула, не попыталась выбраться из крепких объятий, а наоборот, прильнула, запустила руку в мою шевелюру и страстно ответила, постанывая и сводя меня этим звуком с ума.
   - Если сейчас же не сбежишь, Лиара, - прохрипел, оторвавшись от ее губ усилием воли, - то остановить меня уже не сможешь!
   - Ты не насильник, - прошептала, поглаживая меня по голове.
   - Когда по взаимному согласию – не насилие. А ты меня хочешь, да так сильно, что…
   - Да, хочу, - подтвердила, заглянув в мои глаза. – Но наложницей не стану, Сагир. И господином никого не признаю. Самоуважение мне дороже и страсти, и любви.
   - Любви?
   - Если ты позволишь мне быть равной тебе, то да, - твердо заявила Лиара. – Я буду любить тебя. – Лукаво улыбнулась и добавила, - с превеликим удовольствием! А теперь, - скинула мои руки с талии, - пойду собираться. 
 
      Вот как мне с ней себя вести, боги?! Ошеломленно глядя вслед девушке, покачал головой. Настоящая даонка, не поспоришь! Настолько многогранную личность никогда прежде не встречал. То шипит, дуется и обижается, как малое дитя неразумное. То говорит слова настолько мудрые, что меня в дрожь бросает, будто устами ее глаголют высшие силы. Она и женщина зрелая, и ребенок, и взбалмошная девчонка. Как это все уживается в одном хрупком теле?!
   Но думать сейчас надо не о том. Собрал все силы, чтобы переключиться на насущные дела. Переговоры с военачальниками Лара вдруг неожиданно увенчались успехом. Они единогласно перешли под мое командование и принесли клятву верности. Даже адмирал морского флота. Как-то даже разочаровали. Может, наличие у меня Лиары сыграло свою роль, сделав их такими послушными и сговорчивыми? Кто знает. 
   Никогда не пасовал перед сложными задачами, был в этом какой-то азарт – может, немного нездоровый, добиться успеха там, где, вроде бы, любая стратегия приведет к проигрышу. Ничего не поделаешь, такой характер, я – рыба, которая быстрее всего плывет против течения.
   Впрочем, в сложных задачах недостатка не наблюдалось. Еще предстояло самое «интересное» - разобраться с повстанцами. При одном упоминании этих изменников лица моих командиров сводило судорогой. Они достали всех, пора найти и навсегда избавиться от этой заразы. Каким будет способ, мне лично все равно. Решить проблему – моя задача. А как победу преподнести народу – для этого у Кассара имелись специалисты-советники.
   В секретной депеше, написанной лично Повелителем, упоминалось лишь одно условие – главари, зачинщики бунта, должны быть доставлены в столицу живыми. Полагаю, для публичной казни во имя укрепления вертикали власти и прославления Кассара Сурового. Да и для упрочнения его личного авторитета, разумеется.
   Что ж, все эти дворцовые интриги далеки от меня. По крайней мере, пока что. 
   Срединное море оказалось таким же, как Лиара после «наказания» - смирным, даже счастливым, послушным и благодушно сияющим. Но мне ли было не знать, что они оба в любой момент могут взбрыкнуть и начать вытворять все, что душе заблагорассудится. 
   Не зря эти воды прозвали Женским морем – и не только из-за сезонов миграции красных водорослей, когда воды его приобретают кровавый оттенок. Оно славилось скверным характером, могло огрызнуться бурей – ни с того, ни с сего, совсем как девушка, которая только что целовала, а секунду спустя закатила скандал – по пустяшному поводу или вовсе без оного.
   Ночь в каюте я почти не спал – с непривычки из-за покачивания на волнах и благодаря спящей под боком Лиаре. Это подхрапывающее существо до утра тесно прижималось ко мне, моментально прогоняя сон и рождая такое цунами желания, что уже готов был разбудить мою строптивицу и «сдать крепость» на любых ее условиях, лишь бы приголубила.
   А поздним утром, проспавший и злой, открыл глаза и не обнаружил юную искусительницу рядом. Наплевала на все запреты и ускакала на палубу, ясное дело. Да и кто бы сдержался, если никогда раньше не видел моря? Ведь выплывали мы вечером, и кроме черноты вокруг Лиара ничего не увидела и была до слез разочарована.
   Быстро плеснув в лицо холодной воды и одевшись, поспешил на палубу. Солнце ужалило в глаза, привыкшие к полутьме каюты, заставив зашипеть. Даоны не любят яркий свет, мы родом из другого мира, где царит тьма. Хотя, конечно, новые поколения уже не так категоричны. В природе все приспосабливается, и мы не исключение.
   Во все стороны вокруг простиралась безбрежная водная гладь. Поскрипывали снасти, кричали матросы, волны бились о борта. Воздух пах свежестью и оставлял во рту ощутимый горьковатый привкус соли. Сразу захотелось пить. Проходя мимо бочки, я взял ковшик и зачерпнул воды. Теплая, гадость.