Наследник пепла. Книга IV (СИ)
— Твою мать… — выругался Путилин себе под нос. — Но он — наполовину родович, на капище… У него есть шансы. Капище лечит своих! Оно даже Собакина в Коктау смогло подлатать, а у него кровь разбавленной была. Ну же… давай! Помогай своим, демонова батарейка!
Путилин продолжал реанимацию в полной тишине.
Вокруг толпились курсанты в абсолютно шоковом состоянии. Одно дело — умереть в бою, в схватке с демоном, и совсем другое — вот так, солнечным осенним утром на занятии по медитации. Эта смерть казалась даже страшнее, ведь к такому нельзя подготовиться. И от такого нельзя защититься.
Аграфена Петровна попыталась положить руку на плечо Аркадию Ивановичу, но тот лишь стряхнул её, не отвлекаясь на пререкания.
— Ну давай же! Ты не можешь вот так сдохнуть! Тохары умирают в бою!
Путилин в запале поднял кулак и стукнул из со всей силы по груди Виктора. Того буквально сложило вдвое от удара, а потом повалило набок. В оглушительной тишине раздался хрип, а после Виктора вырвало собственным завтраком.
* * *Совещание банды «Червонных Валетов» происходило в доме купца Дивова. И дело было не только в том, что сам купец тоже состоял в банде — хотя, разумеется, это играло свою роль. Основной причиной того, почему совещания проходили именно здесь, было месторасположение особняка.
Здание находилось в небольшом парке, на загородной территории. Поблизости не было соседей — ближайшие участки принадлежали самому Дивову. Весь дом был напичкан специальными артефактами, защищающими от прослушки. Кроме того, переговорный кабинет изнутри был обит пробковыми плитами, заглушающими звуки. В таком деле лишняя предосторожность никогда не была излишней. Более того, даже в самом парке были установлены артефакты, которые обнаруживали чужаков без специальных пропусков.
Обстановка внутри была богатой — купец Дивов входил в десятку самых состоятельных торговцев столицы. Он мог позволить себе роскошную мебель, яркие современные гобелены, персидские ковры, различные курительницы. Бар также ломился от дорогих и изысканных напитков.
Но бандой строго соблюдалось одно правило: до окончания собраний никаких возлияний. Все члены Червонных Валетов сидели за столом с простым соком или водой в кружках и делали доклад Фридриху Шпейеру — своему лидеру — об успехах или неудачах.
В данный момент докладывал полевой агент по кличке Шпингалет. Его группа по заданию главы банды «Червонных Валетов» следила за Константином Жердевым.
— Итак, — подвёл он итог, — неделя слежки за Константином Жердевым дала следующие результаты. Объект постоянно находится либо с отцом, либо с друзьями — никуда в одиночку не выходит. Единственное исключение — переходы между общежитием и домом. И то с момента начала слежки он пользуется услугами экипажей.
Докладчик сделал паузу и выпил глоток воды.
— Что касается привычек… — продолжил он, — можно сказать, что он идеален. Не пьёт, не играет в карты, вообще не склонен к азартным играм, по женщинам не ходит. В связи с этим не совсем понятно: на что его приманивать и как вообще разводить? — резюмировал Шпингалет. — Единственная зацепка, которую можно хоть как-то использовать, — это то, что в последние дни он стал носить ментальный амулет, который защищает его голову от вторжения менталистов и телепатов.
— Ну послушайте, — проговорил Фридрих Шпейер. — Не такой он уж идеальный, раз стал носить амулет. Это значит, что ему есть что скрывать.
Он сделал паузу и посмотрел на присутствующих:
— Ищите зацепки. Копайте глубже. Мы лучшие в своём деле и должны таковыми оставаться.
— Из возможных зацепок, — продолжил Шпингалет, — можно рассмотреть тот факт, что совсем недавно, во время приёма в честь героев Горного, Константина Жердева видели на дворцовой площади. С панцирями, которые добыл Виктор фон Аден.
— Тот самый Аден? — уточнил Фридрих Шпейер. — Что увёл посла от девочек в «Национале»?
— Он самый, — кивнул Шпингалет.
— К тому же, как оказалось, на посла охотились не только мы, но и Тайный сыск. Это привело к тому, что девочек, которых мы направили на дело, взяли и посадили в казематы.
— И? — нахмурившись, спросил Фридрих Шпейер, не отводя взгляда от Шпингалета.
— Пришлось устранить девочек во избежание слива информации.
— Это хорошо, — одобрительно кивнул Фридрих Шпейер, но голос его звучал сухо. Он даже ударил ладонью по столу, чтобы подчеркнуть свои слова. — Жаль, конечно, девчонок… Долго не попадались. Но они подписали контракт. Семьям выплатить отступные. И ищем новых на их места. Что по дополнительным источникам заработка?
Шпингалет поднял карту червонного валета, показывая, что ему есть что сказать.
— Слушаю.
— В результате слежки установили, что Виктор фон Аден для нас более приоритетная цель, чем Жердев. Тохар откуда-то приволок паучьи панцири и, судя по цене, объявленной за порошок из них, скоро станет очень богатым. Кроме того, у него есть явная слабость. И эту слабость зовут Ада фон Аден, младшая сестра. На последнем променаде с сестрой он потратил больше тысячи золотых только на одежду для неё. Думаю, на выкуп сестры он тоже не поскупится.
Кто-то присвистнул. Разово потратить такое количество золота исключительно на бабские шмотки — либо показатель богатства, либо идиотизма. Банду устраивали оба эти варианта.
Карту валета поднял Домовой, служащий не на самой низкой должности при дворце.
— Говори, — кивнул Шпейер.
— Упускаете из вида, что фон Адены не провинциальный аристократический род, а кровная родня Рароговых. Это может обернуться большими проблемами. Огненные горцы своих в обиду не дают. Старый Креслав с папашей Виктора чуть из Австро-Венгерского посла всё дерьмо не выбили, когда мальчишка исчез. И дипломатический скандал они в тот момент вертели на подаренных императрицей… саблях.
— Голосуешь против? — поставил вопрос ребром Шпейер, чтобы понимать настроения Домового.
— Призываю обдумать и проработать тщательней, чем с последним заданием алхимиков.
А вот это уже был камень в огород Шпейера. Этот провал ему не скоро забудут.
— Голосуем по фон Адену, — объявил Фридрих.
Большинство червонных валетов оказались подняты в знаке согласия.
— Большинство — за, берём в разработку фон Аденов.
Глава 7
Чрезвычайное заседание ректората Всероссийской Академии Магии имени Христофорова Емельяна Рюриковича
На заседании присутствовали ректор академии Владимир Ильич Романов, а также представители следующих факультетов: артефакторики, целительства, боевой магии, зельеварения и алхимии.
— Рад видеть собравшихся! — поприветствовал всех ректор академии Романов. — Сегодняшнее наше заседание посвящено чрезвычайному происшествию на факультете боевой магии. От него, как я вижу, присутствует декан Иван Васильевич Бутурлин, — кивнул он, — куратор первой группы Глеб Иванович Вяземский и Аркадий Иванович Путилин. В качестве свидетеля от целительского факультета приглашена Аграфена Петровна Бабичева.
Он сделал небольшую паузу и выпил воды из стакана.
— Всех приветствую! Давайте разбираться, что же у нас произошло… — продолжил ректор.
Поднялась декан факультета зельеварения Мария Анатольевна фон Браун:
— Добрый день, Владимир Ильич, — проговорила она. — Хотелось бы в общих чертах побольше узнать о том, что случилось.
— Давайте так, — сказал Романов. — Повторять все обстоятельства мы не будем. У вас есть краткая сводка в повестке дня. Посмотрите у себя на столе — проверьте, у каждого она должна быть. Значит, в двух словах объясню: сегодня во время первой пары, которую вёл Аркадий Иванович Путилин, проходило занятие по медитации и разделению магических потоков. Там и произошла фактическая смерть одного из курсантов.
Несколько человек из присутствующих шумно вздохнули, так как до них эта информация, видимо, ещё не дошла.
— К огромному нашему счастью, его удалось реанимировать, — успокоил их Романов. — Но хотелось бы услышать ваши соображения, господа. Просто поймите: это происшествие чрезвычайной важности. Среди бела дня, в одном из самых охраняемых мест империи, в самом сердце столицы ни с того ни с сего умирает курсант. Разовый это случай или имел место злой умысел, мы не знаем, но слухи о произошедшем могут иметь самые катастрофические последствия.