Не могу без тебя и точка (СИ)

— Если ты не соглашаешься, я и пальцем не пошевелю. Отчим твой обещал снова вернуться...
Замираю от страха, когда представляю, что будет, если он вернется и что будет с моим братом.
— Я согласна... — выдыхаю я.
Чувствую его напряжение и еще что-то, необъяснимое чувство, но оно меня очень пугает. Его запах заполняет мое пространство, его энергетика меня приводит в ужас. Дрожь проходит по моему телу, он это замечает и хмурится. Шрам на лице становится еще заметнее. Зеленые холодные глаза словно острие кинжала готовы меня покалечить в случае моего несогласия.
Но если отчим просто пьяница и дебошир, то этот мужчина очень опасен.
Его лицо наклоняется ко мне и снова замираю, когда ощущаю его прикосновение к моей щеке. Он делает глубокий вдох, словно обнюхивая меня и меня пронзает какое-то необъяснимое чувство. Он поднимает лицо, глаза стали почти черные от света или мне уже так кажется, его взгляд падает на мои губы. Он опаляет, пугает и в тоже время будоражит.Задерживаю дыхание, забывая обо всем.
Есть только он и я. Стоим так какое-то время, потом он отпускает меня, унося с собой все тепло и магию, которая была несколько секунд назад.
Усиленно моргаю, пытаясь прийти в себя. Мужчина уже поднимается по лестнице.
— Иди за мной, — слышу его холодный приказ.
Дрожащими ногами от волнения стараюсь успевать за ним. На втором этаже он показывает мне одну из комнат, где я буду оставаться столько времени, сколько он захочет.
Просторная комната с большой кроватью, душевой и окном, смотрящим на двор. Эта комната даже больше той, где мы жили с братом и отчимом. Все сделано со вкусом и дорого.
— Вот, — передает мне карту. — Код 2023.Запомнишь??Завтра купишь все, что тебе здесь необходимо. Шампуни, лосьоны, духи, косметика и прочее.
Снова замираю, как статуя, смотря на его руку с картой.
— Бери, я сказал, — снова приказной тон, которого не могу ослушаться.
Забираю карту себе. Он идет к выходу.
— Сергей Артемьевич...
Он останавливается, медленно поворачиваясь ко мне.
— Я сегодня не смогу работать, но в следующую смену я выйду.
— Ты больше у меня не работаешь. Ты уволена.
— Но...
— Я уже сказал, никаких но. Моя женщина не должна работать, тем более официанткой.
В шоке застываю.
— Выспись. Завтра придет экономка, Татьяна Ивановна. Она приходит каждый день. купишь себе, что нужно у ближайшего супермаркета. Брата завтра я привезу.
— Сергей Артемьевич..
— И еще, никаких Сергей Артемьевич. Меня зовут Сергей, — приказной тон, от которого мурашки по телу.
— Спасибо... — шепчу я.
Ухмылка, скорее немного горькая. Он резко подходит ко мне, смотря внимательно в мои глаза.
— Даю тебе последний шанс отказаться.
В первый раз смотрю в его глаза, которые буравят меня холодностью и с какой-то жестокостью.
— Нет..
В следующее мгновение мои губы накрывают его. Требовательный, жесткий, не щадящий поцелуй, от которого у меня кружится голова. Его язык толкается мне в рот, в шоке открываюсь и он становится полновластным хозяином, заставляя мой язык схлестнуться с ним в бешеном танце, где победитель только один-и это он. Он засасывает, тянет мою нижнюю губу, словно вкусную конфету, до боли, а потом снова толкается в мой рот, чтобы заставить ему подчиниться. Это мой первый поцелуй. Я всегда представляла нежный, полный любви, никогда не думала, что поцелуй может быть таким... Слишком властным, слишком взрослым, слишком волнующим.
Его сила давит на меня, заставляя сдаться и подчиниться. Даже не верится, что Сергей Артемьевич целует меня. Мне всегда казалось, что я ему просто противна. Он такой взрослый и все его женщины были такие красивые, опытные, а я, по сравнению, с ними невзрачная тихоня..
Его язык делает такое, что мое тело слабеет, вынужденно опираюсь на него. Под руками чувствую его тепло, бешеный ритм сердца и учащенное дыхание.. Неужели мне это не сниться? Его рука массирует мою голову, играя с моими волосами.
Короткий контакт взглядами и меня словно бьет молниями. Так еще никто на меня не смотрел...
 
Сумасшествие, страсть, ненасытность и вожделение...
Со стоном Сергей отрывается от меня. Кажется, что это причиняет ему большую боль.
Не успеваю опомниться, как остаюсь одна, за закрытой наспех дверью. Сажусь на кровать и молча смотрю на дверь...Что это было??Наваждение? Сон?
Этот человек будто высечен из камня, всегда холоден и строг. Его презрение стало для меня обыкновенным сопровождением дня..
Такого человека нельзя полюбить и он тоже не может...никто не пойдет на такое самоубийство...
  
5. Ты помнишь про договор?
 
Засыпаю почти сразу после того, как ложусь на большую двуспальную кровать. У меня никогда не было такой большой кровати. Мы в детстве спали вместе с братом, а потом у каждого была кровать или раскладное кресло, где умещался только один человек.
Утро встречает меня ярким солнцем и часами, на которых высвечивается около одиннадцати. Резко встаю с кровати, даже голова начинает кружится. Вчера заснула в своей одежде официантки. Свои вещи остались в клубе. Нужно будет их забрать. Открываю дверь и под ноги попадает большой бумажный пакет с известным брендом. Никогда не была любопытной, но раз стоит у моих дверей, значит он мой. Заглядываю в него и вижу, синие приталенные джинсы и маечку белого цвета с простым рисунком на груди. Вещи новые, с виду простые, но чувствуется качество. Переодеваюсь, это намного лучше, чем рабочая форма клуба. Ее складываю в пакет, думаю сдать при случае Сергею Артемьевичу. Если я не буду работать там, значит мне найдет замену, а она пригодится.
Спускаюсь по лестницам и в нос ударяет аромат свежесваренного кофе и яичницы. Желудок скручивает от голода. Тихо ступая направляюсь в сторону кухни. Там колдует добротная женщина средних лет. Ее движение энергичны и просты. Татьяна Ивановна. Вспоминаю я.
— Здравствуйте, — тихо извещаю о моем присутствии.
Поворачивается ко мне, круглолицая с добрыми карими глазами женщина. И отвечает:
— Ой, ты уже проснулась. Привет, доченька, — неожиданно тепло встречают меня.
Сердце от слова "доченька" начинает щемить от воспоминаний. Так говорила часто мама. После нее никто так больше меня не называл.
Видимо по моему лицу она что-то понимает и очень быстро и расторопно усаживает меня за стол.
— Садись, садись. Я как раз кофе приготовила и яичницу...Ты вон какая худая. Я так рада, что Сереженька, наконец, привез к себе свою девушку..., — женщина еще что-то говорит, а я зацикливаюсь на слове "девушка".
Передо мной уже дымится чашка кофе и яичница с беконом и сыром, аппетитные булочки и сок.
— Спасибо, — шепчу я.
— Ну давай, давай, ешь уже. А то остынет. Меня кстати Татьяна Ивановна зовут. А тебя Кристина, да??
— Да...А вы?? — не успеваю задать вопрос.
— Мне утром Сереженька позвонил.. Сказал купить тебе вещи. Молодец. С размером не ошибся..
Всегда радуюсь, что умею молчать. Сама бы я не смогла найти объяснение своего нахождения здесь.
— Я так рада, что в этом доме наконец будет кого кормить. Мне он сказал, что и твой братишка приедет. Ему сколько лет??
— Тринадцать.
— Ой, как замечательно. Столько лет моему внуку.
В этот момент чувствую себя эгоисткой. Я за утро ни разу не вспомнила про брата. Как он там??
Звонок на городской меня словно выводит из раздумий.
Татьяна Ивановна берет трубку, что-то отвечает и потом поворачивается ко мне.
— Кристиночка, тебя Сереженька спрашивает.
На мгновение замираю, когда представляю властного холодного мужчину, в объятиях которого я вчера была и его поцелуй. Наверное, даже краснею, потому что щеки и лицо начинает гореть.
Экономка понимающе улыбается и говорит:
— Я пока уберусь в гостиной, а вы поговорите.
Киваю в ответ и подхожу к трубке. Какое-то мгновение смотрю на нее, боясь взять, словно обожгусь.