"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)

— Да и ты не скрипишь, старушка! — галантно откликнулся Виктор, подхватывая девушку под локоть. — А теперь скажи, — его голос стал серьезным и звенел металлом, — ты сделала это специально, чтобы позлить Хьюго? Парень скрипит зубами так, что слышно даже здесь. Детка, это не шутки, еще немного — и у него сорвет крышу!
— Мужская солидарность? — ехидно хмыкнула княжна, изо всех сил пытаясь удержаться на подгибающихся от усталости ногах. — Нет, Хьюго, — это так, побочный эффект.
— Так какого?.. — прошипел байкер, чувствуя, что княжна уже фактически висит на нем, вцепившись мертвой хваткой в его куртку.
— Успокойся, — голос чародейки отпугивал холодом, — я чувствую грань допустимого и никогда не перегну палку. Мне нужно было придумать подходящее прикрытие, чтобы поработать с восприятием окружающих. В зале находится шестеро соглядатаев. Причем отнюдь не все из них принадлежат к инквизиции. Я сделала так, что никто из посетителей и не вспомнит, как мы сюда входили, что мы здесь творили и как мы отсюда выйдем.
— А сразу нельзя было предупредить? — уже намного спокойнее пожурил Виктор.
— И лишить себя удовольствия понаблюдать за тем, как перекашивается мордашка Хьюго? — невинно хлопнула ресницами Анна.
— Ну ты и…
— Ведьма? — Анна позволила себе предугадать мысль байкера. — Знаю, Виктор, знаю.
— Ладно, малышка, не дуйся. Клянусь великим Элвисом, это самый классный танец в моей жизни!
Девушка молча кивнула. Ее колотило: давно уже не приходилось плести заклятие на такое количество людей за один раз. Княжна откровенно повисла на байкере, думая только о том, как бы ей не отключиться прямо здесь и сейчас. Ничего, если кому интересно — подумают, что девица перепила.
— Ладно, хватай нашего святошу — и сваливаем отсюда, — хрипло проговорила она.
Виктор все прекрасно понял.
— Эй, малой! — шепнул он, подходя к парню. — Давай подрывайся и греби к выходу! — И, поддерживая вцепившуюся в него Анну, неторопливо продефилировал к двери.
Хьюго де Крайто медленно поднялся со своего места и направился вслед за ними. Пытаясь осадить подкатившую к сердцу ярость, он изо всех сил сжал осколки несчастной кружки, и теперь израненную ладонь нещадно саднило.
«Боль, снова боль, — обреченно подумал он. — Господи, когда же все это кончится?! Я больше так не могу, не могу черпать силы из боли, она разъедает меня изнутри…»
С ногами забравшись в продавленное старое кресло, обтянутое обшарпанным чехлом, Анна увлеченно шуршала оберткой от уже третьей по счету шоколадки. После возвращения из бара они собрались в номере Виктора и Хьюго и занялись, по меткому определению байкера, тактическим убиванием времени, то есть составлением плана последующих действий.
Виктор развалился на одной из двух кроватей, стоящих в номере, и лениво наблюдал за чародейкой, которая самозабвенно уписывала сладкое. Хьюго мрачно подпирал стену, погрузившись в свои мысли.
— Эй, крошка, тебе плохо не станет? — насмешливо поинтересовался байкер. — Не лопнешь? Это уже третья…
— Лучше пусть мне будет плохо по причине полученного удовольствия, чем в результате его отсутствия, — назидательно откликнулась Анна, отправляя в рот очередной кусочек шоколада. — Тем более что первую плитку мы с тобой на двоих схарчили.
— И то верно, — подтвердил он. — Но если не прекратишь лопать столько сладкого, то скоро станешь толстая, как бочка. Эдакая мечта вурдалака, — грубовато хохотнул Виктор.
— Не стану, — беззлобно отмахнулась княжна. — Мне сейчас срочно требуется пополнить истощившийся энергетический резерв. А для этого нужно либо кушать что-то сладкое, либо пить что-то крепкое. Поскольку моя голова еще пригодится мне трезвой, то я предпочла первый вариант. — Чародейка отломила еще кусочек. Вообще-то имелся и третий способ восстановить ресурсы организма, самый действенный, но о нем Анна здраво предпочла умолчать. Хватит и того, что Хьюго считает ее ведьмой. Это все же лучше, нежели он будет считать ее вампиром.
— Итак, давайте прикинем, что мы имеем, — лениво предложил Виктор. — Где находится книга, мы выяснили. Старое книгохранилище главной мадридской библиотеки — отнюдь не самое охраняемое здание в городе. К тому же из парка, примыкающего к библиотеке, в хранилище проложен «черный ход». Забрать оттуда рукопись, я думаю, особого труда не составит.
 
— Но как рукопись туда попала? — подал голос окончательно заинтригованный Хьюго. — Ты же упоминал о том, что она вылетела в окно.
— Хороший вопрос, парень! — одобрительно улыбнулся байкер. — Мой осведомитель предполагает, что за манускриптом охотится один очень известный черный синдикат, занимающийся перепродажей редкостей. У них вполне хватит денег, чтобы оплатить услуги одного из вольных магов, не имеющих отношения к Высоким домам. Скорее всего именно такой чародей-преступник и выкрал рукопись с церемонии передачи, поместив ее туда, где она спокойно пролежит до момента торгов, не вызывая никаких подозрений. Наша задача — завладеть манускриптом до открытия аукциона…
— Да, на первый взгляд перед нами стоит не слишком сложная задача, — задумчиво кивнула Анна. — Конечно, если не учитывать тот факт, что мы открыто лезем в умело расставленную ловушку, прекрасно об этом зная.
— Ничего, прорвемся, — беззаботно парировал байкер. — К тому же я не думаю, что это ловушка.
— Прорвемся, — согласилась княжна, — если договоримся действовать не порознь, а как единая команда. И не нужно так плотоядно на меня смотреть! — возмутилась она, перехватив сердитый взгляд Хьюго. — В общем, заканчиваем болтологию! — Анна скомкала пустую обертку, и та, пыхнув огнем, превратилась в горстку пепла у нее в руке. — Сейчас я закончу последние приготовления, и отправляемся. И так черт знает сколько времени потеряли! На улице уже темно.
— Тебе что-нибудь нужно прихватить с собой, крошка? — спросил Виктор, садясь на кровати.
— Да, — кивнула чародейка, зашнуровывая сапоги. — Кусок ткани метр на метр. Желательно темной и однотонной, лучше всего черной, не синтетической; примерно такой, из какой пошиты ваши сутаны.
Хьюго вжался в стену и поморщился, всем своим видом давая понять, что скорее удавится, чем отдаст свою форму на поругание какой-то ведьме.
— Да вас никто и не просит, жмот вы эдакий, — язвительно фыркнула княжна и посмотрела на оружейника: — Виктор?
— Без проблем. Эта ряса у меня уже в печенках сидит, неудобная, зараза! — Байкер скинул сутану и услужливо обрезал ее подол одним из четырех метательных ножей, висевших у него на поясе. — Вот, держи, крошка.
Анна ловко поймала переброшенный ей лоскут. Одеяние Виктора укоротилось до середины бедер, но оружейник ничуть не переживал по этому поводу. Когда он одевался, княжна заметила, что на внутренней стороне сутаны крепились дополнительные метательные лезвия, и восхищенно поцокала языком. Байкер только благодарно хмыкнул в ответ.
Тем временем чародейка споро расстелила ткань на полу и принялась бормотать какие-то заклинания. Серебристо мерцающие руны, соскальзывавшие с ее пальцев, легко впитывались в материю, наполняя лоскут так, как вода наполняет чашу. Заговоренная таким образом ткань должна была блокировать разрушительную энергию рукописи, и тогда манускрипт можно не только попробовать взять в руки, но и без риска для жизни вынести из хранилища.
— Все, я закончила, — наконец удовлетворенно проговорила Анна, сворачивая ткань и запихивая ее в сумку. — Отправляемся…
Команданте Христобаль Саграда, глава инквизиции Единой всеблагой матери-церкви Нейтральной зоны, раз за разом перечитывал два последних отчета своих подчиненных и задумчиво вертел в тонких смуглых пальцах изящную черную ручку-перо. Сеньор Саграда пребывал в крайне отвратительном настроении. Из представленных отчетов он узнал, что оба задания, порученные агентам, провалены. Как всегда, не обошлось без участия ненавистного специального отдела Дипломатического корпуса. Придя к осознанию этого прискорбного факта, верховный инквизитор мрачно воззрился на серебристое пятно, все еще просматривающееся на полу кабинета: след от флуоресцентной краски, некоторое время назад пролитой здесь князем Высокого дома Эриком ди Таэ. Злополучное пятно не смогли вывести ни железные скребки, ни хлорка, и теперь оно вызывающе уродовало интерьер, непрерывно напоминая об оскорблении, нанесенном чести команданте. Инквизитор непроизвольно стиснул кулаки, комкая верхний лист отчета.