"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)
— Господин кардинал, надеюсь, я уже достаточно аргументировал свою просьбу выдать разрешение на арест инквизицией госпожи Златы Пшертневской, по чистому недоразумению носящей звание кардинала! — четко проговорил команданте.
Пухлые ручки кардинала Дэпле суетливо комкали лист бумаги, лежащий перед ним. Маленькие поросячьи глазки отчаянно бегали из стороны в сторону, избегая смотреть на главного инквизитора.
— Но… э-э-э… госпожа Пшертневская и ее отдел очень хорошо зарекомендовали себя… — невнятно промямлил он.
— Госпожа Пшертневская превысила свои полномочия и нарушила законы церкви, пригласив к сотрудничеству представителей богопротивного дома ди Таэ. Ладно вы еще закрыли глаза на то, что в ее отделе работает отец Рид — личность по сути своей демоническая, но не обращать внимания на двух чародеев… Нет, господин кардинал, это уже слишком! Я требую, чтобы мне предоставили полномочия для ареста госпожи Златы Пшертневской как еретички, совершившей ряд преступлений против церкви! — категорично отрубил сеньор Саграда, нависая над кардиналом Дэпле.
Кардинал беспомощно воззрился на него снизу вверх.
— Вы требуете невозможного! — пытался протестовать он.
— Что? — гневно рявкнул команданте. — Кардинал, вы забываетесь. Подумайте о документах, хранящихся в моем сейфе… — Сеньор Саграда злорадно усмехнулся. — Полагаю, синод будет рад узнать о неких хищениях церковного имущества, в коих вы принимали непосредственное участие. А счет в швейцарском банке, заведенный на имя вашей любовницы, госпожи…
— Замолчите! — взмолился господин Дэпле, распространяя едкий запах вспотевшего, загнанного в смертельную ловушку кабана. — Молчите, заклинаю вас!
— Так вы подпишете? — подначивающе ухмыльнулся главный инквизитор.
— Да-да… — неуверенно пролепетал продажный кардинал. — Такое, безусловно, не должно оставаться безнаказанным… — И он трясущейся рукой поставил подпись на изрядно помятом бланке.
Команданте довольно ощерился и сцапал бумагу, предоставляющую ему воистину неограниченные полномочия. Ну теперь посмотрим, чья возьмет! Он развернулся и, по-военному чеканя шаг, покинул кабинет кардинала.
Господин Дэпле облегченно вздохнул, когда удовлетворенный сеньор инквизитор наконец-то покинул помещение. На душе у его преосвященства было тошно и муторно… При всей своей мягкотелости, частенько переходящей в душевную несостоятельность, кардинал понимал, что подписанный им документ являлся не чем иным, как смертным приговором для госпожи Пшертневской и всего ее отдела.
Эрик появился в приемной госпожи Златы около полудня. За столом предбанника, как между собой называли это помещение сотрудники отдела, где обычно восседал чопорный старичок-секретарь, теперь вальяжно развалился Виктор, отлынивающий от обязанностей телохранителя. Закинув ноги на столешницу, байкер увлеченно читал уже знакомый князю том Кастанеды, изредка перелистывая страницы книги хорошо наслюнявленным пальцем.
Зрелище мощных берцев, эффектно расположившихся на стеклянной хайтековской поверхности, не могло не впечатлить, вызывая необузданное желание совершить что-нибудь разухабистое, эдакое хулиганское. Князь ди Таэ конечно же впечатлился, предвкушающе ухмыльнулся и тут же внес свою лепту в интерьер предбанника, при помощи магии выдернув из-под Виктора кресло. Раздался жуткий грохот, за которым последовал длинный нецензурный комментарий, смачно поминающий родню чародея в обе стороны до четвертого колена.
— Ну и сволочь же вы, князь! — прокряхтел байкер, поднимаясь с пола.
— И вас тем же самым по тому же месту с той же страстью, — усмехаясь, откликнулся Эрик. — Считайте это платой за свой не в меру длинный язык. Нечего было меня компрометировать перед госпожой Златой.
— Ладно, — покаянно буркнул Виктор, потирая ушибленную часть тела, расположенную ниже поясницы, но выше колен. — Урок понят и принят к сведению. Мы квиты. Хорошо, что вернулись: она у меня уже в печенках сидит! Хуже горькой редьки, честное слово!
— Виктор! — Дверь кабинета приоткрылась, и в приемную выглянула не вовремя упомянутая госпожа Пшертневская. — Между прочим, я все слышу…
— А что Виктор, что Виктор?! — мгновенно вспылил тот. — Что, не правда, что ли?!
— Просто вы своими выходками достали меня еще больше! — раздраженно откликнулась госпожа кардинал. — Князь, зайдите ко мне!
Байкер витиевато выругался сквозь зубы. Эрик осуждающе покачал головой и направился за госпожой Пшертневской.
— Рада, что вы вернулись, князь, — устало сказала глава спецотдела, занимая свое привычное место за столом. — С такими людьми, как Виктор, сложно работать…
— Разные уровни восприятия? — желчно поинтересовался маг.
— Это вы сказали, а не я! — обиженно вспыхнула госпожа Пшертневская.
— Может, иногда стоит их уравнивать?
Госпожа Злата молча отвернулась к окну. Воцарившаяся в кабинете тишина показалась князю многотонной бетонной плитой, навечно отгородившей их друг от друга. Интересно, почему он всегда говорит ей не то, что хотел сказать?
— Впрочем, я пришел сюда вовсе не для того, чтобы читать вам мораль, — сменил тему князь ди Таэ. — Хьюго де Крайто, если я не ошибаюсь, наш сотрудник?
— Да. — Госпожа кардинал вновь повернулась к князю лицом. — Предполагалось, что он вернется вчера вечером, но…
— …но господин де Крайто что-то не поделил с разъяренным шушмарем и попал в особняк ди Таэ, — подхватил Эрик. — В качестве пациента, кстати. Ему повезло, что Анна по чистой случайности оказалась рядом.
Госпожа кардинал, ошеломленная такой воистину сногсшибательной новостью, шокированно вскочила и вцепилась пальцами в ткань своего форменного платья.
— Как он? — только и смогла выдавить она.
— Не так хорошо, как хотелось бы, но могло быть и хуже, — спокойно откликнулся князь. — Шушмарь, знаете ли, весьма плотоядное существо, и он успел откусить от вашего подчиненного довольно внушительный кусок.
— Вы сможете поставить Хьюго на ноги? — Госпожа кардинал продолжала нервно терзать подол в ожидании ответа.
— Думаю, да, — успокаивающе улыбнулся целитель. — Желчный господин де Крайто довольно успешно борется за свою жизнь.
— Спасибо. — Госпожа Пшертневская медленно опустилась в кресло. На ее лице нарисовалась целая гамма чувств: облегчение, смущение, удивление…
Эрик, будто прочитав ее мысли, ответил:
— Я целитель, госпожа кардинал, и если требуется моя помощь, я не смотрю, кто передо мной и как он ко мне относится.
— Даже если это ваш кровный враг? — неуверенно предположила госпожа Злата.
— Даже если это мой кровный враг, — утвердительно кивнул князь.
В комнате снова повисло напряженное молчание. Похоже, оба собеседника просто не находили нужных слов. Госпожа Злата шуршала бумагами на столе, что-то разыскивая; князь ди Таэ отрешенно смотрел куда-то в пустоту.
— Думаю, мне пора возвращаться, — наконец проговорил он, направляя кресло к двери.
— Эрик, подождите! — окликнула госпожа Пшертневская. Голос прозвучал чуть хрипловато, выдавая владеющее ею напряжение. Князь ди Таэ притормозил. — Я должна попросить у вас прощения за свою бестактность.
— Мне кажется, — усмехнулся князь, — уровни нашего восприятия начинают выравниваться…
За истекшее время в приемной ничего не изменилось. Виктор с мрачным лицом сидел на столе и швырял боевые стальные звезды в перекидной календарь с ликами святых угодников, висящий на противоположной стене. Несчастные угодники, уже лишенные носов, ушей, зубов и авторитета, терпеливо сносили творимое над ними насилие, еще раз подтверждая свою святость, заработанную тяжелым трудом. Князь заинтересованно вгляделся в лик святого Августина, окривевшего на правый глаз, и сочувственно присвистнул:
— Виктор!
Ноль реакции.
— Виктор!!
Тоже самое.
— Виктор!!! — Князь ди Таэ перехватил очередную звездочку в полете и отправил ее назад. Та, срезав прядь волос у байкера на виске, вонзилась в стену за ним. — Чем тебе не угодили портреты святых старцев?