"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)
— Эй, уважаемый! — Она неуверенно окликнула невесть зачем забредшего на пустырь путника. — Вы случайно ничего странного здесь не видели?
— А, здравствуйте, госпожа ведьма! — услужливо откликнулся мужчина. Похоже, он узнал девушку, поскольку снял с головы кепку и вежливо поклонился. — Значится, решили со зверушкой нам подсобить?
— Хороша зверушка — троих сожрала и не поперхнулась! — возмущенно фыркнула чародейка.
— Только опоздали вы. Тут прямо перед вами священник подвернулся, так он и подрядился помочь. Аккурат минут десять назад ушел на разборку с нечистью.
— Ага, вот как, — растерянно протянула Анна и, не попрощавшись с собеседником, повела коня к пустырю.
«Священник? На шушмаря? — Ошеломленная, она пыталась осмыслить услышанное. — Он что, святой водой его кропить собирается? Или благословение читать? Так крестом меж глаз приголубить — и то действенней будет!»
Продравшись сквозь пыльные кусты, девушка увидела своего конкурента. Тот сидел на корточках, расположившись к ней спиной, и что-то внимательно рассматривал на земле.
— Господин священник, — вполголоса позвала его Анна, — не мешали бы вы мне работу делать. Давайте отдадим Богу Божье, а чародею чародеево.
Незнакомец резко обернулся. Девушка удивленно хмыкнула: святой отец оказался вряд ли старше ее. Длинные золотисто-русые волосы стянуты в низкий хвост, неровно обрезанная челка спадала на глаза, броско контрастируя с темными бровями. Черты лица тонкие, можно даже сказать хищные. Широкие плечи обтягивает скромный плащ пилигрима, не скрывающий горделивую осанку и узкие бедра. В руках священник с деланой небрежностью держал хорошо отполированную тиковую палку.
«Симпатичный!» — мысленно отметила про себя чародейка, беззастенчиво разглядывая парня, а вслух произнесла:
— Шли бы вы отсюда куда подальше, святой отец. И вам безопаснее, и мне спокойнее.
Священник медленно выпрямился, впечатлив девушку своим внушительным ростом. Его серые глаза миндалевидной формы в упор глянули на нее. В глазах читалось неприкрытое осуждение.
— Используемая вами магия превышает уровень, допустимый постановлением святого синода, — холодно откликнулся священник. — Назовите себя и сдайте оружие. Вы арестованы.
Княжна быстро перебрала в памяти все заклинания, обычно ею используемые: ни одно из них не превышало нормы. Оружие… Точно, ее ниакрис — это оружие ипостаси. С виду обычный меч, но, когда Анна трансформируется, он обретает свою истинную форму.
— Сдайте оружие, — настойчиво повторил священник.
«Ну и как прикажете объяснять этому чуду в рясе, что ниакрис — не просто заклятое оружие, а составляет единое целое со своим хозяином, — мучительно размышляла Анна. — Ведь чужаку оно способно и руки отрубить…»
Не придумав ничего лучше, девушка со свистом извлекла клинок из ножен.
— Забери, если сможешь! — насмешливо предложила она.
В руке священника сверкнуло лезвие сикомидзуэ (самое подходящее оружие для странствующего пилигрима), до этого времени успешно маскировавшегося под дорожную палку.
Анна в очередной раз убедилась, что священник священнику рознь. Дрался парень отменно, чародейка же считала себя хорошо тренированным середнячком. Вдоволь побегав по пустырю, девушка все же сумела его зацепить и тут же получила в ответ жестокий удар кулаком по не вполне зажившим ребрам. Княжна упала, скорчившись от жуткой боли. Но нанести последний удар священник не успел. За его спиной внезапно выросла угловатая лохматая тень…
— Хвала роялю в кустах, — прошептала чародейка.
Корчась в приступе скручивающих тело судорог, девушка еще успела заметить прыгнувшего из кустов шушмаря, нацелившегося на плечи парня… Пытаясь подавить боль, Анна отключилась. Впрочем, довольно быстро пришла в себя. И хоть она пропустила схватку твари и священника, зато застала ее закономерный финал. Парень лежал на спине, нелепо раскинув руки, а тварь, наступив лапами ему на грудь, намеревалась перегрызть смельчаку горло.
Княжна ди Таэ не стала медлить и ударила шушмаря своим излюбленным «пыльным мешком». Тварь подбросило в воздух и смачно прокатило по земле. Подскочив на ноги, чародейка в прыжке спустила заклинание ловчей сети и единым махом снесла шушмарю голову. Та, подлетев на полметра вверх, эффектно шлепнулась в грязь. Анна, тяжело дыша, болезненно распрямилась и, вытерев клинок о шерсть зверя, сунула в ножны.
— Вот так, — она менторским жестом ткнула пальцем в мертвого шушмаря, — работают настоящие профессионалы. А так, — девушка повернулась к распростертому на земле священнику, — профаны, самонадеянно мнящие себя профессионалами. — Чародейка приблизилась к спасенному ею парню и легонько пнула сапогом в плечо. Священник хрипло застонал, изо рта вытекла струйка крови.
— Живой, — довольно хмыкнула княжна, присаживаясь на корточки. Она скептически осмотрела жутко развороченную грудную клетку парня. — М-да… Гуманней будет тебя добить, чем лечить… Но, увы, я не отличаюсь гуманностью по отношению к служителям церкви. — И, притянув священника к себе, девушка активировала амулет экстренной телепортации.
— Эрик! — заорала она на весь дом, материализовавшись в прихожей особняка ди Таэ. — У нас гость…
Выходя из зала заседаний святого синода Нейтральной зоны, где Дипломатический корпус делал отчет о расследовании гибели посольства гипербореев, госпожа Злата Пшертневская нос к носу столкнулась с сеньором Христобалем Саградой. Погода на дворе стояла просто чудесная, ласково светило солнце, и весело щебетали птицы. Впору шорты надевать. Главный инквизитор, наоборот, кутался в плащ с капюшоном, но от женщины не укрылась изможденная худоба команданте и темные тени, залегшие под глубоко ввалившимися глазами. Сеньор Саграда выглядел больным и чем-то обеспокоенным. Согласно отчетам, представленным ее подчиненными, госпожа Злата подняла вопрос о причастности инквизиции к странным событиям, произошедшим в Петербурге и Брюсселе, а также открыто заявила о том, что обстоятельства гибели гиперборейской делегации требуют более детального расследования. Но, к ее безмерному удивлению, начальник дипкорпуса быстренько закрыл поднятую тему, объявив всю связанную с ней информацию засекреченной. Госпожа Пшертневская осталась ни с чем…
И вот теперь, невзирая на недавние и весьма острые дебаты, имевшие место в зале заседаний, главный инквизитор непринужденно подошел к госпоже кардиналу и издевательски поклонился.
— Как ваше здоровье, госпожа кардинал? — с долей ехидства осведомился он.
— Вашими молитвами, господин инквизитор, — не менее язвительно усмехнулась госпожа Злата. — Уж не они ли стали причиной вашего утомленного вида?
— А вот грубить не нужно! — злобно огрызнулся инквизитор, запоздало спохватываясь и поглубже надвигая капюшон.
— Что вы, ни в коем разе, — скромно опустила глаза госпожа Злата. — А как здоровье того несчастного, которого князь ди Таэ недавно приложил канделябром? — Ее голос так и сочился тонким, безупречно дипломатическим сарказмом.
Сеньор Саграда мигом растерял всю видимую благожелательность.
— Я надеюсь, князь вскоре испытает на себе гнев Божий и перестанет своей смазливой рожей ввергать в искус греховности тех, кто слаб духовно! — зловеще прошипел сеньор Христобаль.
Госпожа Пшертневская смерила его желчным взглядом.
— Эй, госпожа кардинал, чего хочет от вас эта таранка в рясе? — хрипловато поинтересовался Виктор, возникая за спиной у начальницы.
— Уже ничего.
— А-а-а… — понимающе протянул байкер. — А то, если что, я не князь, дуэльным кодексам не обучен. — Он многозначительно подбросил на ладони тяжелый метательный нож.
Команданте угрожающе набычился… В воздухе ощутимо запахло некстати назревающей склокой.
Госпожа Злата, дабы избежать скандала, цапнула своего вынужденного телохранителя за рукав и повлекла прочь.
— Виктор, когда вы наконец перестанете паясничать? — возмущенно прошипела госпожа кардинал, оглядываясь.