"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)

Я только хотела спросить – ну, и где же он, этот пресловутый Хранитель? – как коридор резко оборвался, закончившись уютной округлой пещеркой. В центре странного помещения стояли два простых деревянных стула, разделенные дощатым столиком. На столе не было ничего, кроме подсвечника с горящими свечами и маленького бронзового колокольчика. Повинуясь указаниям грифона, я села на один из стульев, взяла колокольчик и потрясла им в воздухе. Раздался тонкий, мелодичный звон. Граникус облегченно вздохнул, свернулся в клубок прямо на каменном полу и прикрыл глаза широкой лапой.
«Да он, никак, спать собрался? – мысленно изумилась я. – Мы что, надолго здесь застрянем?»
Но в следующий миг от противоположной стены неожиданно отделилась темная фигура и, не касаясь пола, медленно поплыла через всю пещеру по направлению к хлипкому столику. Я испуганно вцепилась в деревянную столешницу. Конечно, грифон предупреждал меня о призрачной природе Хранителя, но я совсем не ожидала увидеть нечто подобное. Темная фигура, облаченная в широкую мантию с капюшоном, не имела ничего, хоть отдаленно напоминавшего физическое тело. Полы одеяния шевелились и раздвигались, но под ними обнаружилась прозрачная пустота, каким-то непостижимым образом придававшая очертания человеческой плоти широким одеждам, одетым на пустоту. Под низко опущенным капюшоном поблескивала пара кроваво-красных глаз и кривой рот, обнажавший щедрый набор острых, желтых зубов. В целом облик Хранителя производил неизгладимое впечатление – хотелось вскочить с места и бежать прочь со всей возможной скоростью. Я попыталась вытащить ноги из-под стола, но неловко зацепилась каблуком за какую-то деталь мебели и шлепнулась обратно на стул. Хранитель, с удовольствием наблюдавший за попыткой неудавшегося бегства, глухо захохотал:
– Еще никто никогда не уходил из этого места безнаказанно! Здесь дремлют всемогущие древние силы, которые очень не любят дураков, отваживающихся беспокоить их по пустякам!
– Не знаю – кто ты и кому служишь, – отважно возразила я, – но дело, приведшее меня к тебе, не терпит отлагательств!
– Вот даже как! – Хранитель хмыкнул и, усевшись на второй стул, передвинув подсвечник так, чтобы мое лицо попало в полосу света. – Дерзко сказано. Все мы лишь песчинки перед лицом вечности! Чего же хочешь ты, настырная песчинка?
– Брата! – решительно объявила я, хлопнув по столу ладонью. – Он спрятан где-то здесь, и уходить без него я не собираюсь!
– Припоминаю, – осклабился призрак. – Высокий мальчик с длинными рыжими волосами, такими же, как у тебя. А с ним – эльфийский маг, бессильный, несмотря на всю свою мудрость, перед властью этого места.
Сдерживая обуревавшие меня эмоции, я сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Мой несчастный брат находился близко, совсем близко.
– Кто заточил его в этих подземельях?
– Зачем ты спрашиваешь о том, что отлично знаешь сама? – упрекнул меня Хранитель. – Его привел Изначальный и подарил Великим, принеся в жертву силе.
– Изначальный?
– Все демоны – изначальная раса, – пояснил Хранитель.
– А меня не устраивает такой расклад! – нагло заявила я. – Я не позволю делать жертву из своего брата! Я хочу забрать его и вывести на поверхность.
Очевидно, моя самоуверенность сильно развеселила призрака, потому что он всплеснул пустыми рукавами и снова громко расхохотался:
– Первый раз вижу такую забавную песчинку! Ты хочешь противостоять Великим? Жертву нельзя забрать, но ее можно выкупить!
– Согласна! – быстро, пока Хранитель не передумал, согласилась я. – Назови цену!
– Я не торгуюсь! – величественно провозгласил призрак. – Докажи, что ты достойна милости Великих, и можешь брать все, что захочешь.
– Согласна и на это условие! Что нужно делать?
Хранитель прищурился:
– Конечно, следовало бы послать тебя на Радужный уровень, за живой и мертвой водой, в отместку за твое нахальство, но я не мелочен. Ответишь на три вопроса – и брат уйдет с тобой.
«Опять вопросы!» – Внутренне я готова была застонать, но внешне – лишь дружелюбно улыбнулась.
 
– Хорошо, можешь задавать любые вопросы.
Хранитель поганенько усмехнулся:
 
 
Течет сквозь пальцы как вода,
 
Скрипит в суставах как песок,
 
Как алчный хищник жрет года,
 
Из всех живущих цедит сок.
 
 
– Ну, отвечай немедленно, что это такое? – нетерпеливо рявкнул призрак.
– Жизнь! – не думая, интуитивно выпалила я, впиваясь глазами в красные зрачки призрака.
Рот Хранителя недовольно перекосился:
– Правильно! – сердито признал он. – А ты, оказывается, не только храбрая, но и умная девочка. Вот тебе тогда второй вопрос:
 
 
Слаще меда и любви,
 
Справедливее богов,
 
Крепче клятвы на крови,
 
Тяжелей любых оков.
 
 
«Ерундовая загадка! – про себя хмыкнула я. – Знаем мы теперь, кто справедливее богов».
– Это Смерть!
Хранитель даже зашипел от злости:
– Очень умная девочка! Теперь я понимаю, почему ты не боишься Великих! Но на третий вопрос тебе все равно не ответить!
 
 
В том тайна и заклятие,
 
И слабость и величие,
 
Несет в себе проклятие,
 
Бессмертье, безразличие.
 
 
Я откуда-то знала правильный ответ и на этот вопрос. Но после ссоры с Генрихом мне почему-то совсем не хотелось произносить вслух волшебное слово – Любовь. А во-вторых, я абсолютно не верила, что ушлый Хранитель добровольно отдаст мне Ульриха.
– Это мой меч, – я выхватила волшебный клинок и одним ударом перерубила стол переговоров. – Нурилон – вот третий ответ!
– Старшая кровь! – испуганно вскрикнул призрак, отскакивая от меня. – Дитя старшей крови!
  
Глава 8
 
– Кого ты привел ко мне, Страж? – истерично визжал Хранитель, предусмотрительно отлетев на порядочное расстояние от кончика моего Нурилона, пылающего ярким белым светом. – У нее меч Великих, оружие, созданное для Повелителя!
– Она дитя старшей крови! – подал голос Граникус, до этого мирно дремавший в уголке пещеры. – Мой долг оберегать ее!
– А мне-то что прикажешь делать? – еще на октаву выше заголосил призрак. – Она неправильно ответила на последний вопрос!
– А если бы ответила? – усмехнулся грифон.
– Все равно не отдам мальчишку! – упирался Хранитель. – Не поступало такой директивы от Великих!
– Ты когда их в последний-то раз видел, наших Великих? – раздраженно поинтересовался грифон. – А Повелительница – вот она, рядом с нами! Исполни же свое предназначение, помоги ей!
Хранитель растерянно молчал.
– Значит, так. – Я вынула из ножен дагу «Рануэль Алатора» и с оружием в обеих руках медленно начала приближаться к упрямому призраку. – Слушай сюда, тряпка с глазами. Сейчас мы с тобой, – я произнесла последние слова очень четко и по слогам, – пойдем в камеру моего брата и освободим его. Иначе… – Я ткнула дагу под нос Хранителю.
– А-а-а-а-а-а, – пронзительно заорал призрак. – Это же дезинтегратор самой Оружейницы! Он высасывает энергию, а я не хочу развоплощения!
В углу, прикрывшись мягкой лапой, довольно хихикал грифон.
Я продолжала наступать на призрака, который, совершая чудеса ловкости, вспугнутой птицей метался по всей пещерке, уворачиваясь от острого жала «Рануэль Алаторы». Я, если быть предельно откровенной, не совсем понимала его скомканные откровения, но пользовалась подвернувшейся возможностью выгадать как можно больше пользы из сложившейся ситуации. В какой-то решающий момент кончик даги все-таки коснулся края черного балахона. Из места соприкосновения брызнул сноп разноцветных искр, запахло паленым, призрак мигнул всем контуром и на миг исчез из поля зрения. Потом он почти сразу появился вновь, но выглядел бледным и вялым. От его первоначальной заносчивости не осталось и следа.