"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)

– Почему? – Ланс в очередной раз выказывал полную неспособность к логическим умозаключениям.
– Магия, – тихонько подсказала я.
– При чем тут магия? – Ланс упорно продолжал тупить.
– Эх, красивая твоя голова! – Орк ласково постучал согнутым пальцем по загорелому лбу полукровки. – Ведь Ульрика только что дала точный и полный ответ на твой вопрос. Каким-то не известным нам способом – драконы являются хранителями магии. Исчезнут они – и магия уйдет из нашего мира. Поэтому ни один маг – а кто еще, кроме мага, способен истребить драконов? – не совершит такого преступления.
– Значит, пока жив Эткин – живы и маги? – Заинтересованный барон присоединился к нашему разговору.
– Пожалуй, для этого маловато сил одного дракона. – Огвур тщательно взвешивал каждое слово. – Скорее всего – драконы живы.
– Тогда где же они? – Непоседа Ланс даже вскочил на ноги, словно пытаясь рассмотреть десятки крылатых гигантов, спрятавшихся в ночной темноте. – Мы обязательно должны их найти.
– Я так и знал, что вы мне поможете! – Эткин радостно махнул крылом и покачнулся, теряя равновесие. – Эх, а не спешите нас хоронить… – фальшиво затянул он пьяным голосом.
– Он же сейчас свалится со стены, – испуганно пискнула Анабель, хватаясь за драконий хвост, как будто ее маленькие ручки были способны удержать огромное тело от падения. – Зря Сугута наложил на кувшин, заменивший Эткину бокал, заклинание, многократно усиливающее крепость наливаемого туда вина.
– Но иначе ему бы потребовалось несколько бочек! – оправдывался старый маг.
– Пьяный дракон, вот это да! – звонко хохотал полуэльф.
Пока наши друзья веселились, я дернула орка за рукав, привлекая его внимание, и беззвучно показала пальцем вниз. Сын Белых Волков зорко вгляделся в темноту.
– Если дракон упадет со стены, то хоронить придется не его, а вот того человека, – мотнул головой орк, – который явно что-то злоумышляет у закрытых ворот.
Все присутствующие дружно опустили взоры к подножию стены.
– Кто это? – скорее заинтересованно, чем испуганно спросила Анабель.
Я уже некоторое время прислушивалась к своим ощущениям. Талисман, подаренный мне тетушкой Чумой и висевший на шее рядом с изумрудным кулоном, потихоньку нагревался, покалывая кожу. Согласно словам тетушки, так реагировать он мог только на определенных существ.
– Некромант, – уверенно ответила я. – Интересно, что ему здесь понадобилось?
  
Глава 8
 
Мои друзья, опережая друг друга, слаженным галопом рванулись к закрытым воротам. Возможно, это темное виноградное, хорошо выдержанное вино из подвалов барона Пампура так нас раззадорило. Впереди, как ни странно, сильно опережая всех, – мчался старик Сугута, громко хлопая запятниками разношенных, сваливающихся с ног шлепанцев. Стоявший рядом со мной Огвур, даже в такой интригующей ситуации остававшийся невозмутимо-спокойным, выразительно прищурил глаза, намекая на творившийся фарс. В ответ я лишь рассеянно пожала плечами:
– Если Ринецея имеет возможность наблюдать за действиями своего лазутчика, то сейчас она, наверно, губы кусает от злости. Вместо хорошо продуманной диверсии – опять сплошная комедия.
– Ты как-то умудряешься расстраивать все ее планы, вроде бы не прилагая для этого ни малейшего усилия, – улыбнулся орк. – Ты правда совсем ничего не боишься?
Боялась я слишком многого, но нипочем не призналась бы в этом даже мудрому тысячнику.
– Боюсь, конечно. – Я скривила лицо и выдвинула нижнюю челюсть, удачно пародируя морщинистого самоуверенного Сугуту. – Как бы наш маг не свернул свою жилистую шею из-за коварных шлепанцев.
– Вот еще, жди, – непритворно раздосадованно хмыкнул Огвур, недолюбливавший Сугуту после экскурсии на виселицу. – Думаешь, это не диверсия и нашим храбрецам ничто не угрожает?
Я посмотрела на храбрецов, в это самый момент снимавших огромный брус, запиравший ворота, и поспешила успокоить осторожного орка:
– Не похоже. Кем бы ни являлся этот человек – он подошел к замку абсолютно открыто, не прячась. А то, что ты принял за злой умысел, можно считать деликатным царапаньем в ворота. Да и мой талисман не обжигает кожу, а всего лишь покалывает – значит, угроза невелика.
 
– Ну-у-у… – Недоверчивый Огвур скрестив руки на груди, задумчиво пощипывал себя за гладкий подбородок. – Ты же сама назвала его некромантом, а все некроманты служат демонице. Может – он парламентер?
– Иногда ты бываешь любопытнее Ланса. – Я неторопливо спускалась со стены. – Сейчас мы все узнаем.
Сборной бригаде из наших друзей и караульных наконец-то удалось снять тяжелый брус и распахнуть ворота. Высокие створки раскрывались медленно, движение сопровождалось душераздирающим скрипом. Я поморщилась:
– Господин Пампур, вы бы приказали охране чем-нибудь смазать ржавые петли.
Барон повернул ко мне удивленное лицо:
– Ваше высочество, неужели в такой момент вы можете думать о подобных мелочах?
Огвур сделал шаг вперед и встал рядом, положив руку на рукоять секиры, в классической позе профессионального телохранителя. Его острый взгляд на краткий миг скользнул по лицу де Кардиньяка, но под этими черными проницательными глазами барон неуютно поежился. От равнодушного голоса орка веяло холодом:
– Господин Пампур, вы так долго жили при дворе, а не усвоили, что, чем меньше озабоченности выражает лицо монарха, тем больше уважения он внушает своим врагам.
– Но госпожа и так носит маску, – еле слышно осмелился парировать барон.
– Ш-ш-ш-ш, – приложила я палец к губам, – дорогой барон, я предлагаю сейчас всем нам надеть маски на свои мысли и эмоции.
– Ваше высочество, я, кажется, понял, – просиял де Кардиньяк.
После этого он заложил руки за спину, широко расставил короткие ножки и постарался придать своей красной физиономии самое безмятежное выражение. Я улыбнулась и подмигнула орку, указывая на успехи барона, но Огвур продолжал внимательно наблюдать за человеком, показавшимся между распахнутых створок ворот.
Во двор замка шагнула высокая мужская фигура, облаченная в черную мантию. В руках пришелец сжимал резной посох, увенчанный шаром из редкого сорта обсидиана – угольно-черного, с золотыми крапинками.
– Некромант, – опознал Сугута.
Я увидела, как побелели костяшки пальцев Огвура, судорожно стискивающие рукоять Симхеллы.
Непонятно откуда налетевший порыв ветра закрутил небольшой песчаный вихрь у ног некроманта. Широкий плащ за его плечами высоко взметнулся, став похожим на мрачные крылья. Под низко надвинутым капюшоном глаза пришельца светились ярко красным, демоническим светом. Надо отдать должное мастерству мага, ему удалось весьма эффектно обставить свое нежданное появление, сильно напугав некоторых из присутствующих. Меня же начинало порядком раздражать это пышное представление, рассчитанное на слабые нервы. Резким движением я сдернула талисман Чумы с шеи и, протягивая его на раскрытой ладони, шагнула к некроманту.
Из бывшего пальца моей тетушки вырвался узкий белый лучик света, подобно змее, по спирали обвившийся вокруг торса темного волшебника. Некромант сдавленно захрипел и чуть не упал, вцепившись в посох. Как по приказанию, мгновенно стих ветер, раздувавший его одежды, и песок тихо осыпался на землю у наших ног. Капюшон, до этого скрывавший лицо зловещего мага, упал на плечи.
– Да он же еще мальчишка, – изумленно вскрикнул Огвур.
– Уберите, уберите эту страшную вещь, – ломающимся фальцетом жалобно попросил некромант, бледной ладонью испуганно прикрывая веки. – Ее свет жжет мне глаза.
И столько растерянности, столько страдания послышалось в тонком, стонущем мальчишеском голосе, что я поспешила убрать спасительный талисман глубоко под ворот рубашки. Маг всхлипнул и осел на землю. Отзывчивая Анабель торопливо подбежала к юноше и протянула ему фляжку с водой, отцепленную с собственного пояса. Незнакомец благодарно принял сосуд и сделал несколько жадных глотков, а затем отвел в сторону длинные черные волосы, скрывавшие его черты, и поднял на меня еще затуманенные страданием глаза.