"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)

Мы посмеялись, только Алёна не преминула выговорить сменщице:
— Вечно у тебя чёрный юмор.
— Это жизнь! — не согласилась Анна и зашелестела страницами вчерашнего выпуска «Аргументов и Фактов». — Вот смотри, письмо в редакцию. Читатель интересуется, сколько стоит жизнь человека. Ему отвечают: расценки профессионала начинаются от ста тысяч рублей, но всё зависит от сложности. За устранение директора коммерческого банка придётся выложить полтора миллиона, а жизнь главы преступного сообщества обойдётся в несколько миллионов. Так-то!
Алёна поднялась с покрывала и предложила:
— Пойдёмте окунёмся. Жарко!
Я так и засмотрелся на фигуру блондинки, благо купальник в отличие от белого халата продавщицы этому нисколько не препятствовал, но всё же покачал головой.
— Вы идите, за вещами присмотрю, — сказал я, а когда девушки в сопровождении Андрея зашагали к озеру, взял газету и убедился, что хохотушка Анна нас не разыграла и озвученные ей расценки и в самом деле были приведены в рубрике «Вопросы читателей». Заодно там упоминалось, что за участие в «разборках» по востребованию долга обычно берётся плата в размере десяти-двадцати процентов от выбитой суммы, а выкуп за похищенного ребёнка в Москве начинается от пяти тысяч долларов. И это самый минимум, тут всё индивидуально и зависит исключительно от состоятельности родителей.
Изучая статью, я не забывал поглядывать поверх листа на компанию подвыпивших мужичков, расположившуюся у «восьмёрки», и потому не упустил момент, когда в мою сторону направился самый тощий и низкорослый из них. Не приходилось сомневаться, что задохлика отправили найти повод для драки, и тут уж юли — не юли, он «занозу» непременно отыщет.
С обречённым вздохом я отложил газету, потом достал из сумки и подбросил топорик. Тот крутанулся в воздухе, и рукоять мягко ударила по пальцам, а мужичок замедлил шаг. Новый бросок, два оборота, и вновь топорик возвращается в мою ладонь. Несложный трюк я проделал вслепую, не отрывая пристального взгляда от шкета, и этого оказалось достаточно. Задохлик развернулся и зашагал обратно к машине.
Внимания соседей пантомима не привлекла, так что я спокойно вернул топорик в сумку и поднял отложенную на покрывало газету. Полистал, пошелестел страницами, а там и мокрый Андрей подошёл. Я оглянулся и увидел, что девчонки после озера убежали греться в небольшой заливчик-лягушатник. Уж не знаю, нагревался впадавший в него ручей пока тёк через теплотрассу или же дело было в прохудившихся трубах горячего водоснабжения, но лёд там не появлялся даже в самые сильные морозы.
— «Восьмёрку» видишь? — спросил я у Андрея. — Приглядывай за той компанией, не нравятся они мне. Я быстро окунусь и вернусь.
На жаре меня начало понемногу развозить, и в холодную воду я плюхнулся с превеликим удовольствием, но надолго оставлять приятеля одного побоялся и почти сразу вернулся обратно. Андрей к этому времени уже успел разбавить колой очередную порцию рома и вручил коктейли девчонкам.
— Ань, ты где так плавать научилась? — спросил он после этого. — Не угнаться!
— Ну здрасте! — фыркнула продавщица. — Я вообще-то институт физкультуры закончила! А до того в секцию по плаванью несколько лет ходила.
— Чего в кафетерий тогда устроилась? — не подумав, ляпнул я.
Анна уселась на покрывале и провела ладонями по бокам от бёдер к груди.
— Сергей, вот скажи, как вести уроки физкультуры с такой фигурой? У девочек вечное расстройство, у мальчиков перманентная эрекция. И кому это надо? — Она достала из сумочки пачку «Салема», закурила, вздохнула. — Ну и на зарплату учителя сейчас не прожить.
Они с Алёной чокнулись баночками и выпили, после заговорили о более приятных вещах. Травили анекдоты в основном. Когда кончился ром и допили остатки колы, а солнце начало клониться к закату, девчонки стали собираться.
— У меня родители на даче, квартира свободна. Можно взять чего-нибудь и музыку послушать, — закинул удочку Андрей, но его предложение поддержки не нашло.
— Как-нибудь в другой раз, — нейтрально ответила Анна, Алёна и вовсе промолчала.
 
Переодеться на пляже можно было только в общественном туалете на краю тополиной рощицы, туда мы и двинулись. Когда проходили мимо компании у белой «восьмёрки», я немного напрягся, но никакой реакции с их стороны не последовало. Связываться с дураком, таскающим с собой топор, желающих не нашлось.
Стоило продавщицам закрыться в туалете, и Фролов принялся вышагивать из стороны в сторону, будто загнанный зверь.
— Блин! Ну чего стоило две бутылки рома взять? — вздохнул он с несчастным видом.
— Там в стене дырки, иди хоть позыришь. Затвор передёрнешь заодно, — негромко посоветовал я, сопроводив слова похабным жестом сжатой в кулак руки.
Андрей в ответ только невнятно ругнулся. Вскоре скрипнула дверь, и на улицу вышла Алёна в голубом платье на бретельках, а немного погодя появилась и её сменщица в белой майке и юбке до колен. Анна поглядела на нас с непонятным интересом и вдруг спросила:
— Мальчики, а у вас нет ничего… покурить?
Последнее слово было выделено столь явно, что не оставляло никакой возможности двоякого толкования, и Алёна охнула.
— Аня!
— А что такого? — захлопала длинными ресницами Анна. — Будто никогда травку не курила!
— Не курила!
«И не надо», — стоило бы сказать мне, но отпускать новых знакомых не хотелось, да ещё Андрей напрямую спросил:
— Серёг, сможем взять?
Я достал из кармана мятую пачку с двумя набитыми травой сигаретами и позвал всех за собой.
— Давайте только за деревья отойдём.
— Ну вы вообще! — только и всплеснула руками Алёна и всё же останавливать подругу не стала, да и сама последовала за мной с несомненным интересом. И пущенную по кругу сигаретку тоже мимо себя не пропустила, хоть после затяжки с непривычки и закашлялась.
Вроде ерунда — постояли, посмеялись. Но лёгкие наркотики — один чёрт наркотики, да и с учётом опьянения травка подействовала куда сильнее обычного. Анна вдруг расхотела уходить и принялась уговаривать задержаться подружку.
— Ну, Алён! Мне надо расслабиться, а без тебя я не останусь! — прямо заявила она, и после недолгих споров всё же сумела убедить сменщицу составить ей компанию.
— Тогда придётся домой позвонить, что буду поздно, — лишь предупредила блондинка. — Мама волноваться будет.
«Обручального кольца нет, живёт с родителями», — у меня в голове будто костяшки с одной стороны счётов на другую перекинули. А ещё стало немного совестно, что угостил Алёну травкой. Немного, самую малость и очень ненадолго. В конце концов, она девочка взрослая, должна понимать, что не следует за другими бездумно повторять и всякую гадость в рот совать. Насильно не заставлял и даже не предлагал, сама за сигаретой потянулась.
— У нас на углу телефонная будка, — сказал Андрей, порылся в карманах и достал двухкопеечную монету. — Вот держи, оттуда позвонишь. — После повернулся ко мне. — Серёг, надо в магазин сгонять. Возьми ликёр какой-нибудь или «рябину на коньяке». У тебя как с деньгами?
Я неопределённо повертел в воздухе ладонью, и Фролов сунул мне две сотни.
— Давай, беги!
И я побежал, но никаких ликёров не нашёл. Взял в результате пару бутылок советского шампанского и бутылку водки, а из еды консервированную датскую ветчину. Ну и упаковку презервативов, держа в уме анекдот про «всякий случай», тоже в киоске купить не забыл.
Остатки денег потратил на «Сникерс». И вот этот порезанный на дольки батончик с «толстым-толстым слоем шоколада» наилучшим образом оттенил кислинку креплёного водкой шампанского. С выбором напитков не прогадал — после рома с колой «Северное сияние» пошло у девчонок на ура, ну а мы с Андреем без лишних затей накатили беленькой. Не обошлось и без музыки. Сначала гоняли что-то быстрое и зарубежное, перемежая эти композиции «Младшим лейтенантом» и «Фотографией 9 на 12», «Ксюшей» и «Бухгалтером», а с уменьшением спиртного в бутылках перешли к поцелуям и медленным танцам, если так можно было назвать обнимания и неторопливые покачивания впритирку друг с другом.