"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)

Вне всякого сомнения, это была она, та несчастная служанка, замерзающая у меня под порогом, которую я пожалела и уложила в свою кровать. А вернее, отправила на смерть, сама того не ведая. Отправила вместо себя. В ночной темноте я не заметила нашего очевидного сходства: совпадающих пропорций тела, одинакового цвета волос. Очевидно, все это, а еще мой запах, передавшийся ей от постельного белья, и обманул змей, подосланных богиней Банрах. На шее несчастной Милы я обнаружила след змеиного укуса, а синюшный цвет лица и отек недвусмысленно намекали на то, что она умерла от яда. А еще в комнате присутствовала почти неуловимая, быстро исчезающая аура сонных чар, наложенных кем-то владеющим магией. И этим кем-то мог быть только один из нас, а точнее, только одна – Эвридика!
– Ты! – Я обличающе указала на принцессу пальцем. – Признайся, что помогла змеям богини, усыпив всех присутствующих в замке людей.
– Я так и знал, что она причастна к этому преступлению! – Арден рассерженно сжал челюсти, поигрывая желваками, и схватился за кинжал, привешенный к его поясу. – Мы прощали тебе слишком многое, но это уже чересчур…
– Вы с ума сошли? – картинно вздернула брови подлая эльфийка, разыгрывая оскорбленную невинность. – Я не понимаю, о чем вы говорите!
– Я подсознательно ощущала надвигающуюся опасность, – продолжала говорить я, подступая к сестрице. – Я и в ночном тумане чувствовала близость змееликой. Но клянусь, если бы я могла предугадать, что вместо меня погибнет невинная девушка, то вернулась бы и сразилась с приспешниками богини!
– Да ну? – криво усмехнулась Эвридика, благоразумно пятясь к выходу из флигеля. – Ты просто хвастунья и выпендрежница. И ты не посмеешь причинить мне вред… – Она сбежала вниз по ступенькам крыльца и очутилась в саду. Мы последовали за ней, ведомые справедливым гневом. Покинув помещение, принцесса почувствовала себя свободнее, а поэтому вызывающе уперла руки в бока и вульгарно заорала, будто торговка на рынке: – Вам нечего мне предъявить! Только свои домыслы!
– В моем городе мои домыслы тоже немало значат! – с угрозой в голосе произнес Арден, сходя по крылечку.
– Расскажи это суду! – голосила зарвавшаяся принцесса.
– Подождите. – Я встала между ними, удерживая обоих на безопасном расстоянии друг от друга. – Если дело дойдет до суда, то тебе, сестрица, потребуется алиби.
– Что? – не поняла эльфийка. – Что это такое – твое алиби?
– Не мое, а твое, – резонно поправила я. – Алиби – это доказательство невиновности. Вот скажи, тебя кто-нибудь видел в тот момент, когда ты сплетала сонные чары? Он может это подтвердить?
– А вот фиг тебе, сестрица! – злорадно отбрила Эвридика. – Никто меня в этот момент не видел! Ой… – Она запоздало прикусила язык, поняв, что выдала себя с головой.
Я удовлетворенно рассмеялась.
– Дура, ты все равно ничего не добьешься! – еще истошнее заорала уличенная в злодеянии преступница.
– Почему? – удивилась вместо меня Элали.
– Потому что меня движут по жизни высокие идеи, а Йону – кривые короткие ножки! – вовсю глумилась надо мной принцесса. – Я – родная дочь короля, а она – незаконнорожденный выродок, лишенный титула и семьи!
– У Наследницы есть семья, – заявила Элали. – Это все мы. И мы ее любим.
– Ой-ой-ой, нашли чем хвалиться! – презрительно расхохоталась Эвридика. – Чего стоит любовь быдла?
– Не обижай слабых, их слишком много! – вдруг с угрозой в голосе произнесла Пиолина, всегда скромная и незаметная.
– Нашла чем пугать! – заносчиво вздернула нос принцесса. – И вообще, не забывайте, что я – ваша будущая королева, и любить вам придется меня, а не ее.
– Я очень сильно сомневаюсь в возможности нашего брака, – холодно сказал Арден. – Я не женюсь на лживой пособнице Тьмы. Выметайся из моего города и отправляйся домой…
– Ты не посмеешь меня выгнать! – заверещала принцесса. – Тогда между людьми и эльфами начнется новая война и Блентайр погибнет!
– Она права, – печально констатировала я. – Мы бессильны хоть как-то ее покарать или наказать. Принцесса неприкосновенна, ее защищают титул и статус. Тебе все-таки придется на ней жениться… – Я с сочувствием положила руку на плечо своего любимого. – Мужайся, дорогой! Ты жертвуешь собой ради своего народа.
 
– Да, я это понимаю! – застонал молодой король, обхватывая ладонями голову и тряся ею так сильно, словно хотел оторвать. – Но как же это тяжело!..
Мне очень хотелось его утешить. Хотелось прижать к своей груди и нежно баюкать, рассказывая о том, что все у нас будет хорошо и мы проживем долгую счастливую жизнь, любя и оберегая друг друга. Но я не имела права даже пальцем дотронуться до своего любимого, ведь он принадлежал не мне. А врать ему я не могла…
Эвридика правильно поняла нашу бессильную растерянность. Она победно улыбнулась и властно вытянула руку, указывая на меня.
– Приказываю, – повелительно отчеканила она, – выслать Наследницу из Блентайра!
– Я уйду сама, – поспешно согласилась я, заметив, что Ардена буквально затрясло от бешенства. – У меня много неотложных дел.
– Порхающую запереть в ее квартале и запретить появляться на прочих улицах города! – вовсю разошлась будущая правительница Блентайра.
– Нет, вы полюбуйтесь, она так мне хамит, как будто у нее в кармане запасная челюсть лежит, – вполголоса пробормотала куртизанка, но при этом вяло кивнула, подчиняясь будущей госпоже. – Тьма с тобой, дура, я пойду под домашний арест.
– А ты, мой дорогой, – Эвридика сложила губы бантиком и адресовала жениху насмешливый воздушный поцелуй, – готовься к свадьбе. Она состоится через неделю.
– О Неназываемые, дайте мне силы терпеть эту женщину! – взмолился король, пытаясь не вспылить. – И что же я за малодушный человек? Отпускаю любимую девушку, женюсь на нелюбимой… И все ради чего?
– Ради Лаганахара! – непоколебимо подсказала я.
– Йона, это несправедливо! – вдруг вскричала Элали, позабыв свою всегдашнюю уравновешенность. – Ну сделай же что-нибудь!
– Что? – печально улыбнулась я. – Я не имею права наказывать Эвридику, пусть ее накажут сами небеса!
– И ты позволишь ей отнять у тебя Блентайр и Ардена? – не отставала от меня куртизанка. – Твоя доброта переходит все разумные и неразумные пределы, ведь даже боги не гнушаются мести!
– Зато совесть моя останется чиста, – подытожила я и повернулась, намереваясь вернуться во флигель. – Сейчас я соберу вещи и уйду из города. А Эвридика пусть подавится своей черной победой. Будь счастлива, сестрица! – Я, не оглядываясь, махнула рукой за спину, не желая еще раз видеть свою более удачливую соперницу. – Чтоб тебя мантикора три раза переварила…
Неожиданно позади раздались громкие крики и визги, а меня обдало сильным порывом ветра, едва не сбив с ног. Над парком мелькнуло что-то огромное, белое, похожее на тень от тучи, и стремительно упало на землю… Я обернулась…
Среди примятых кустов сидела довольная Мифрил и судорожно дергала кадыком. Из клюва мантикоры свисал длинный золотистый локон, а возле ее когтистых лап валялся кокетливый женский башмачок на высоком каблуке… Чуть поодаль из жухлой травы поднималась ехидно посмеивающаяся Элали, придерживая испачканный грязью подол длинного платья. Арден шепотом ругался, прикладывая к вскочившей на лбу шишке холодное лезвие кинжала. Пиолина успокаивала испуганную Пилю. Не хватало только Эвридики, запропастившейся невесть куда…
– Мифрил, ты в следующий раз изволь летать потише, – попросила я свою питомицу. – Вон какой переполох устроила…
Мантикора послушно кивнула и сделала глотательное движение. Локон, свисающий из клюва, втянулся в горло летуньи и исчез из виду.
– А где принцесса? – спросила я, еще не осмыслив увиденное.
– Там, куда ты ее и отправила! – назидательным тоном пояснила Элали и, не сдержавшись, начала истерично хохотать, схватившись за живот.
– Кажется, я овдовел. Еще до свадьбы! – наигранно плачущим голосом выдал Арден. – О, какое горе! – Его жалоба прозвучала совершенно ненатурально.