"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)

К счастью, Ребекка его не услышала. Она вдруг напряглась всем телом, усиленно нюхая воздух. Изумленное выражение ее красивого лица постепенно изменилось на неуверенное, а затем – на откровенно радостное.
– Йона! – восхищенно ахнула она. – Секунду назад я учуяла нашу малышку-эльфийку!
– Да ну? – не поверил Беонир. – А ты, часом, не ошиблась ли? Наследница не смогла бы попасть сюда так быстро. Она сейчас находится далеко, тебя просто подвело твое бурное воображение.
– Это ты меня регулярно подводишь, лохматый! – насмешливо парировала лайил. – А я Йону ни с кем не спутаю, с того самого дня, когда впервые попробовала вкус ее крови.
– Бросила бы ты свои мерзкие привычки… – раздраженно посоветовал Беонир, но не успел закончить начатую фразу, потому что ближайшие кусты вдруг раздвинулись и перед его удивленно вытаращенными глазами предстала чрезвычайно странная процессия…
Опасаясь стать жертвами оптической иллюзии, Ребекка и Беонир даже приподнялись над пышной травой, напряженно вглядываясь в приближающееся к ним трио. Первой из вновь прибывших на опушку леса оказалась Йона, хмурая, какая-то потухшая, сама на себя не похожая. За ней важно вышагивала Эвридика, наоборот, так и пышущая самодовольством, необычайно оживленная и говорливая. Шествие замыкал красивый юноша – высокий, стройный, смуглокожий. Вскоре выяснилось, что именно он-то и оказался причиной повышенной нервозности эльфийской принцессы, державшейся излишне развязно. Эвридика то и дело завлекающе прикасалась к руке красавца, проделывая это настолько по-хозяйски, будто он являлся ее безраздельной собственностью.
Воительница сразу же заметила, что подобные вольности отнюдь не льстили молодому мужчине и не вызывали никакой ответной благосклонности. Напротив, он недовольно морщился и рефлекторно отшатывался от принцессы, стараясь избежать даже столь невинной близости. Глядя на них, Ребекка стразу же вспомнила одну поучительную сказку, слышанную в детстве. Вроде бы в той истории рассказывалось о прекрасном принце, вынужденном поцеловать безобразную жабу. Омерзительно, не так ли? Так вот, смуглый юноша вел себя так, будто Эвридика и была той самой бородавчатой жабой, а его настойчиво заставляли ее целовать. Правда, в сказке жаба после поцелуя превратилась в очаровательную принцессу, вознаградив таким образом своего спасителя за все причиненные ему неудобства. Но Эвридике подобная метаморфоза уж точно не грозила: по наблюдениям Ребекки, она относилась к числу необратимых стерв и стопроцентных жаб. А если отбросить лишние аллегории и выражаться проще, то смысл рассуждений лайил сведется к следующему: если бриллиант упадет в грязь, то он и тогда останется драгоценным камнем. Однако если пыль поднимется к небу, то она и в этом случае останется грязью. Вот то-то и оно!
От бдительного ока воительницы также не укрылась еще одна немаловажная деталь: по некой причине темнокудрый красавец то и дело виновато косился на Йону, старательно игнорирующую его взгляды. Утрированно старательно. При этом сама Наследница показалась лайил измученной и нездоровой – в общем, выглядела из рук вон плохо, краше в гроб кладут. Ребекка понимала, что этот юноша, представленный им как Арден, и есть тот самый четвертый участник знаменитого пророчества Лаллэдрина: именно его и не хватало в их скромной компании. Участник, несомненно, спасенный Йоной. А еще, и это волновало Ребекку больше всего, одновременно с этим он был и тем самым роковым возлюбленным, ради которого несчастная малышка буквально перевернула весь Лаганахар, спустилась в храм Песка, а также подвергла себя сотням других опасностей. Так с какого перепугу этот Арден теперь шагал рядом с неприятной ему Эвридикой и косился на Йону будто провинившийся пес, выгнанный ею из дома? Этого Ребекка не понимала… Она лишь осуждающе переглянулась с не менее замороченным Беониром и сокрушенно покачала головой. Воистину в мире творилось нечто несусветное!
Принято считать, будто дорога домой вдвое короче дороги из дому. Возможно, так оно и есть, вот только эта фраза не отражает того, насколько обратная дорога мучительнее и безысходнее. Я старалась ничем не выдать владеющей мною скорби, но сердце горело огнем, хотя в глазах стыл хладный пепел потери. Подумать только, я добровольно отказалась от моего Ардена! Я собственноручно отдала его другой девушке! О, как же мне теперь больно! Никто на земле не заслуживает подобной пытки, потому что это страшно, неисправимо и несправедливо. Неназываемые, как же допустили вы такое злодеяние? Я желаю быть вместе с Арденом. Я задыхаюсь без него…
 
Мне ужасно хотелось кричать от боли и разочарования, но приходилось молчать, отчаянным усилием воли запрещая себе исторгать даже малейший звук жалобы. Впившись ногтями в ладони, я принужденно улыбалась, боясь спровоцировать хотя бы смутное подозрение в сердце любящей бдительной Ребекки или хандру в душе безгранично преданного мне Беонира. Как же это гадко и трудно – обманывать своих друзей! Но я постараюсь, мне придется постараться!..
К счастью, мы все немного отвлеклись, очарованные моментом встречи, столь долгожданной после длительной разлуки. Я коротко представила Ардена нашей сладкой парочке, намеренно опустив некоторые подробности спасения юноши, а его познакомила со своими закадычными друзьями. Несколько минут ушло на милую церемонию, включающую в себя взаимные поцелуи, объятия и похлопывания по плечу, пролившие немного исцеляющего бальзама на мою измученную душу. Вот удивительно, слова ободрения и приветствия могут быть короткими, но у них бесконечное эхо. Кстати, весьма приятное.
– Ты же вроде бы отправилась домой? – с подозрением осведомилась Ребекка, одаривая Эвридику неприязненной ухмылкой. – Признайся, струсила и повернула обратно?
– Ты же дала нам слово, что вернешься в Дархэм! – неуверенно подвякнул Беонир. – Выходит, ты его не сдержала?
– Хочешь, я дам тебе другое слово? – Принцесса нагло рассмеялась прямо в лицо обескураженному ниуэ. – Обещаю выйти замуж за Ардена и стать королевой Блентайра! Устроит тебя такой обет?
У Беонира нижняя челюсть отвисла, настолько ошеломило его сногсшибательное заявление моей сестрицы.
– Ничего себе номер! – негодующе ахнула Ребекка. – Значит, ты наплевала на свое благородное происхождение, начхала на гордость и опустилась до совсем мерзких поступков?
– А кто здесь гордый? – картинно приподняла брови Эвридика. – Я гордая? Да нет, мы, королевы, бабы простые!..
– Йона, а ты почему молчишь? – требовательно возопила Ребекка, как всегда доведенная до белого каления непробиваемой наглостью Эвридики. – Немедленно осади эту нахалку!
Арден молчал, сосредоточенно покусывая ни в чем не повинную травинку. Похоже, он решил пустить все на самотек и посмотреть, что получится из всего этого бардака.
Я вполне успешно сохраняла спокойствие, до последнего момента оставаясь невозмутимой и сдержанной, но сейчас неожиданно ощутила, как внутри меня закипает неконтролируемый гнев. Кажется, еще секунда – и мы все окончательно перессоримся. Нет, я не имею права допускать раздоры, мне ведь еще два испытания нужно пройти. А значит, придется смирить свою гордость и как-то разрядить до предела накалившуюся обстановку.
– Ребекка, прошу тебя, не нужно впадать в трагедию, – холодно произнесла я. – У меня все под контролем.
– Все? – пуще прежнего взвилась лайил. – Йона, да ты в своем ли уме?!
– В своем, – ответила я, – ведь иного у меня нет. Но учти, Эвридика – взрослый человек и имеет право поступать так, как посчитает нужным. А если и осудит ее кто-то или накажет, то это буду не я. Я дала клятву не отвечать злом на зло…
– Сплошные клятвы кругом, плюнуть некуда! – обиженно бурчала воительница, немного утихомирившись. – Хм, а может, и мне в чем-нибудь эдаком поклясться?.. О, придумала! Клянусь никогда не давать тебя в обиду.
– Хорошо, – согласно улыбнулась я. – Ничего не имею против. Тем более что, возможно, вскоре тебе придется сдержать данное мне обещание. Сюда идут два охотника…