"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)
— Выкупленные за эту неделю ваучеры пока не сдали, правильно? Вот их и толкнём Головину!
— А на выручку закупим новую партию? — догадался я. — А если что-то сорвётся?
Фролов беспечно пожал плечами.
— Не проблема! Деньги у нас будут — в любом случае своими силами сколько-то чеков насобираем. — Он понял, что этот аргумент меня не убедил, и остановился. — Серый, ты пойми: если мы себя зарекомендуем и станем с Головиным работать напрямую, то совсем другие деньги заколачивать начнём! Такие перспективы откроются — закачаешься!
В первую очередь перспективы должны были появиться у Андрея, но и я обделённым в этой схеме не оставался, поэтому спросил:
— Знаешь, как с ним связаться?
— Надо в салон идти, там его домашний номер записан.
— Заранее вызнал, что ли? — усмехнулся я.
— Да не! Помнишь, в прошлом месяце я с пацанами ему квартиру мебелью обставлять ездил? Анька одна в салоне оставалась, вот тогда и взял. Ну чтобы она с нами связаться могла на случай наездов.
Я аж с шага сбился. Собирали мебель компаньону Гуревича в тот самый день, когда меня замели в ментовку по обвинению в разбое. Именно тогда Зинка не смогла найти Андрея и обратилась за помощью к Поляку!
— Получается, Аня вам в тот день позвонить могла? — уточнил я.
— Ну да, — подтвердил Фролов.
От бешенства потемнело в глазах. Эта корова запросто могла дать телефонный номер Зинке, когда та прибежала вся в слезах и соплях, но даже словом об этом не обмолвилась! Вот же сука! Убью тварь! Собственными руками задушу!
Но — промолчал. Не стал впустую воздух сотрясать. Ничего, земля круглая…
В салоне надолго не задержались. Андрей порылся там в записях и убежал звонить из кабинета администратора, а вскоре вернулся и позвал меня за собой.
— Серый, идём.
Я поспешил за ним и спросил:
— Ну что?
— Он готов взять по четыре семьсот пятьдесят, если сразу партию привезём. Надо ехать.
И мы поехали. Сначала вернулись в хозблок, где я отпер сейф и забрал всю пачку скупленных за неделю чеков, оттуда двинулись к троллейбусной остановке. Обосновался Головин на северо-западе; это был другой конец города, туда меня ещё не заносило, поэтому выбор маршрута оставил на усмотрение Андрея. Но когда мы вышли на «Центральном рынке» и зашагали через арку в жилом доме, у которой расстелил на тротуаре картонку кидала-наперсточник, я не выдержал и спросил:
— Нам куда вообще?
— На конечную двадцать первого, — пояснил Андрей. — Так быстрее всего получится.
Мы влились в поток шагавших в обоих направлениях горожан, миновали несколько проходных дворов и, оставив сбоку крупнейший в городе продуктовый рынок, наконец вывернули к остановке. Там пришлось проторчать минут пятнадцать, прежде чем подъехал длинный красный «икарус» с резиновой гармошкой посередине, а только-только покатили по узеньким улочкам исторической части города, и Андрей завертел головой по сторонам, высматривая какой-то одному ему известный ориентир.
Вскоре автобус вывернул к особняку красного кирпича с аркой и небольшой башенкой — не старинному, а возведённому лишь несколько лет назад, на следующем перекрёстке повернул снова, на этот раз направо, и остановился у главпочтамта.
— Ага, Кирова! — обрадовался Андрей и потянул меня наружу. — Идём!
— Ты чего, блин? — возмутился я, выскочив следом.
— Время полно, хоть посидим культурно, — объявил Фролов и зашагал в сторону площади Революции, но уже у соседнего дома свернул к ресторану «Арктика».
Я рассчитывал на пару кружек пива в одном из кафе и потому присвистнул от удивления.
— В ресторане посидим? Серьёзно?
— Угощаю! — сделал широкий жест Фролов, но покутить в ресторане за счёт приятеля не вышло: просто не пустили внутрь в спортивном.
Тогда мы немного покрутились по району и расположились в заведении попроще — кафе «Алёнка», где публика подобралась преимущественно под стать нам. Там углядели на витрине «Балтику», взяли по бутылке на пробу, заняли свободный стол.
Сан-Франциско — город в стиле диско! [37]Музыка играла не слишком громко, разговорам она не мешала и, поскольку я прекрасно понимал, что зашли мы выпить пива вовсе неспроста, то потребовал:
— Чего у тебя случилось? Колись, давай!
Андрей вздохнул, приложился к пузатой кружке и сказал:
— Отличное пиво.
Пиво и в самом деле было неплохим, но я сбить себя с толку не дал и подался вперёд.
— Дюша, не тяни кота за хвост!
Фролов взъерошил волосы, немного ещё помялся, а потом выдал:
— Я вчера Янку трахнул!
Показалось, будто ослышался, поэтому на всякий случай уточнил:
— Аньку?
— Янку!
Только и оставалось, что трижды хлопнуть в ладоши.
— Ма-ла-дец!
Андрей набычился.
— Да, блин, всё само собой получилось! Передвинул шкаф, остался с поклейкой обоев помочь. Окно закрыто, в комнате духота — упрели. Янка пошла переодеться, вернулась в футболке. А ты только представь её в футболке без лифчика! Там такие буфера! У меня сразу колом встал и, как ни повернись, всё равно через штаны выпирает. Ну и подумал — какого фига…
— Она сама, получается, инициативу проявила?
— Да какой! Просто жарко было, вот и переоделась без задней мысли. Поначалу — «Андрей, так нельзя», «Андрей, это неправильно», а когда я её так и эдак, правильно и неправильно, такой взрыв случился, ты просто не представляешь! Серый, я как-то говорил, что мы с Анькой зажигали, так это всё фигня — с ней даже поначалу ничего похожего и близко не было!
— Может, зажрался просто? — предположил я.
— Ни фига!
Я приложился к кружке и с вполне объяснимым злорадством уточнил:
— Ну и что теперь? Аню коленом под зад обратно в общагу?
— Гонишь, что ли? — поморщился Фролов. — На ней салон держится, да и некрасиво получится: специально же уволилась. И с Янкой непонятно, как дальше пойдёт, ещё и ребёнок…
— Но трахать её будешь?
— Буду! — как на духу признал Андрей.
— И Анька очень скоро обо всём узнает. Как секса меньше станет, так и догадается.
— Куда уж меньше? С утра до вечера как белка в колесе, домой прихожу, ужинаю и отрубаюсь. А на следующий день всё тоже самое.
Андрей допил пиво, сходил и взял нам ещё. Я задумался. Имея кое-какое представление о характере и образе мысли его нынешней официальной пассии, ничем хорошим закончиться интрижка на стороне не могла, но пытаться переубедить товарища не стал.
— За советскую власть и высокий моральный облик строителя коммунизма агитировать тебя не стану, — заявил я некоторое время спустя. — Но, если вдруг понадобится Аню в лес вывезти и там прикопать, можешь смело на меня рассчитывать.
Фролов счёл предложение шуткой и только фыркнул.
— Не вариант, Серый. Я без Аньки салон не потяну, а мебель сейчас только через него покупают, по знакомству уже мало кто берёт. Отношения у нас опять же.
Прозвучала последняя фраза с определённой долей неуверенности, но мне капать на мозги приятелю не хотелось, перевёл всё в шуточное русло, спросив:
— Ладно! Скажи лучше, у кого из них титьки больше?
Андрей ухмыльнулся.
— У Янки чуть меньше, но она ж сама по себе худенькая! Смотрится просто супер!
— А на ощупь они как?
— Ты даже не представляешь!
Посидели, потрепались, допили пиво. Всю нервозность Андрея как рукой сняло — то ли выговорился, то ли алкоголь расслабляюще подействовал. После вернулись на остановку, дождались автобуса двадцать первого маршрута и покатили в северо-западную часть города, в просторечии — на Северок.
Непосредственно в новостройки на противоположном конце города ехать не пришлось. Миновали частный сектор и панельные девятиэтажки, затем повернули и начали подниматься в горку по улице, вдоль которой с одной стороны тянулись общаги, а с другой окружённые деревьями хрущёвки, затем переехали трамвайные пути.