"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)
— Не, Игорь. В другой раз. Сегодня дел выше крыши.
— А то смотри — Лёха Румянцев с женой будет.
— Он где сейчас?
— Автокрановщиком работает. — Ваулин похлопал себя по карманам и спросил: — А есть на чём записать? Нам телефон провели. Созвонимся, встретимся.
Я достал записную книжку, мы обменялись номерами и разошлись. Дел у меня и в самом деле было просто невпроворот, и от остановки я двинул не домой, а к «Ручейку», в мебельный салон Гуревича. Застал там Андрея, Яну и Воробья, который как раз подошёл ей на смену.
— Пока, мальчики! — попрощалась с нами Яна, и мы проводили её пристальными взглядами.
— Да уж, — только и протянул Воробей, немало впечатлённый размером бюста бывшей одноклассницы.
— Так замути, чего ты? — с усмешкой сказал я.
— Не, уже познакомился с одной. Буфера не такие, конечно, зато ноги от ушей. И без прицепа.
— Ладно, Димон, торговля сегодня на тебе, мы на склад! — Андрей поднялся с диванчика и потянул меня на выход. — Пошли, Серый.
Мы вышли в проход между закутками отделов, и я уточнил:
— Никуда не едем сегодня, что ли?
Андрей зевнул и покачал головой.
— Не-а. С деньгами накладка случилась, Гуревич куда-то умотал, а Толстый в своём технаре застрял. Теперь уже только завтра. С утра текучкой займёмся, а тебя дождёмся и поедем.
— И чего ты здесь тогда сидел? — удивился я. — Через Янку бы передал, что всё отменяется.
Фролов лишь неопределённо пожал плечами.
— Моя после вчерашнего отсыпается, — невпопад ответил он и уточнил: — Ты домой заходить будешь?
— Да я бы дальше и не пошёл никуда.
— Серёга, хорош! Надо мебель собирать, и так на это дело болт забили. Да! — Андрей прищёлкнул пальцами. — Мы тот покоцанный диван на медицинский спирт обменяли! Двести литров вымутили, прикинь? Даром, считай! Пацаны поехали, сейчас привезут.
— Хорошо, но мало. За неделю точно разойдётся.
— Завтра с утра ещё «Роялем» закупимся. Я Тише ноги выдерну и спички вставлю, если он опять с деньгами прокинет. Уже два раза на него Гуревичу жаловался, а тот какие-то свои дела крутит, не до мебели в последнее время. Разве что реализацией сахара сам занимается.
— У него ещё что-то есть? — удивился я.
— Ты Гуревича не знаешь? — рассмеялся Фролов. — Есть, конечно! Спрашиваешь!
Дошли до меня, я отправился переодеваться, а Андрея послал на кухню.
— Глянь пока, что есть пожевать!
— Тут картошка варёная с тушёнкой в кастрюле на плите, ещё тёплая! — крикнул мне приятель.
— Накладывай! — разрешил я, снял трубку телефонного аппарата и покрутил диск, набирая номер квартиры Марченко.
Вскоре на том конце провода отозвалась Нина, немного покривлялась, но всё же позвала старшую сестру.
— Привет, Сергей! — послышалось в динамике после долгой паузы.
Голос Зинки прозвучал глухо, словно та говорила с заложенным носом, и точно — прогулка на холодном ветру обернулась для девчонки простудой. В школу она сегодня не ходила и даже вызвала врача, а пока отпаивалась чаем с малиновым вареньем.
— Может, мне зайти? — предложил я.
— Я полежу лучше, — вздохнула Зинка. — Голова болит. И нос из-за насморка опух. Как картошка стал. — Она на миг прервалась, а потом крикнула уже не мне: — Чего ржёшь, дура? У меня даже сейчас нос меньше твоего шнобеля!
Судя по донёсшемуся следом воплю, младшая сестра побежала жаловаться маме, и я нисколько не удивился, когда Зинка скомкала разговор и поспешила распрощаться.
Андрей при моём появлении на кухне отвлёкся от тарелки и поинтересовался:
— Ну и какие планы на день?
— До половины седьмого свободен, — сообщил я.
— Поможешь тогда с мебелью?
— Не вопрос.
Я наложил себе картошки с тушёнкой, отрезал успевшего зачерстветь хлеба и налил чая. Тем и пообедал. А когда со спортивной сумкой вышел в прихожую, Андрей спросил:
— Возьмёшь ствол на выезд?
— Не, отдал уже. — Я расстегнул молнию и показал топорик. — Сам вон чё ношу.
— Жаль, — огорчился Фролов. — Он хоть и газовый, а смотрится солидно. Дорогой, не знаешь?
— Полтинник.
Андрей задумался на миг, потом уточнил:
— Если денег наберём, сможешь купить?
— Спрошу, по идее — реально.
— Ладно, погнали!
Пока добирались до хозблока продрогли, но вот там — согрелись моментально. Нет, жарко в мастерской вовсе не было, просто как раз подъехала «буханка» с выменянным на диван спиртом и пришлось помогать пацанам таскать в дальнюю мастерскую тяжеленные коробки.
— А там что? — спросил Андрей, указав на лестницу, которой заканчивался поворот коридора налево. — Направо — это переход в основной корпус, а спуск куда?
— В подвал, — подсказал я. — Но там ничего нет, даже пол земляной.
Закончив с погрузкой, мы расположились перевести дух в мастерской, и Рома немедленно спросил:
— Дюша, а что с деньгами?
— Ты всё пропил уже? — удивился Андрей Фролов.
— Почему пропил? — оскорбился здоровяк. — Сигарет нормальных ещё купил. С нами когда рассчитаются вообще?
— Толстый обещал сегодня деньги занести, но пока не появлялся ещё.
Романов достал пачку «Бонда» и закурил, потом предложил:
— Может, из общака на пиво возьмём?
Одним только пивом дело ограничиться не могло, и понимавший это не хуже моего Андрей покачал головой.
— Завязывай, Рома. Тебе с утра сахар развозить. И ещё диван покупателю надо закинуть, а потом за «Роялем» на оптовую базу заскочим. После обеда ваучеры скупать едем.
Столь обширные планы на завтрашний день нашего водителя нисколько не впечатлили.
— Доставку мебели можно на среду перенести, — сказал он, даже не пытаясь скрыть раздражения.
— В среду у нас сборка кухни! — напомнил ему Андрей. — За сборку с нами по факту рассчитаются.
— Ништяк! Сразу и спрыснем это дело! Евген, ты как?
Зинчук оторвался от фасовки сахара и широко улыбнулся.
— Всегда!
Андрей тяжко вздохнул.
— Блин, пацаны! У нас реальная возможность появилась нормально заработать, неужели так сложно с бухлом притормозить? Такая лафа долго не продлится! Можете без загулов хотя бы этот месяц отработать?
— Можем, — подтвердил Зинчук. — Но, Дюша, ты не забывай — от работы кони дохнут!
— Вот-вот! А одна капля никотина убивает лошадь! — поддакнул Костя Чижов и сказал: — Рома, покурим.
Саша Романов глубоко затянулся и протянул окурок приятелю.
— В сахар только пепел не стряхивай! — потребовал Андрей и продолжил свои увещевания: — Вы поймите, это всё ненадолго! Гуревич по долгам рассчитываться начнёт в ноябре, он скупку ваучеров к концу месяца точно свернёт. Надо пользоваться моментом!
— Да ладно! — отмахнулся Зинчук. — Всех денег не заработаешь!
— Но хотелось бы! — усмехнулся Костя. — Дюша, я с тобой! Мне на кожанку ещё двадцать пять штук набрать надо. Воробей, обещал скидку сделать.
— На фига тебе кожанка, Чиж? — фыркнул Рома. — Зимой в ней всё равно ходить нельзя, только деньги на ветер выкинешь.
— А деньги мне куда? Солить их, что ли? Видел, как цены растут?
— Да я не об этом, — досадливо махнул рукой Саша Романов. — Возьми пуховик! В три раза дешевле обойдётся!
— Не, я кожаную куртку хочу. Кожанка — крутая, — покачал головой Костя, подошёл к столу и выщелкнул из магнитофона кассету, но ничего взамен не поставил, принялся изучать подкассетники.
— Воткни «Сектор газа», — попросил Рома, — а то Лёня придёт, опять муть электронную врубит, меломан херов!
Чиж так и поступил, после забычковал окурок и вернулся к фасовке сахара, а мы с Андреем сначала занялись распаковкой составных частей дивана, потом приступили к сборке мебели. Время от времени я посматривал на часы и в половине седьмого отложил киянку, надел ветровку и подхватил сумку.
— Дюша, закрой за мной, — попросил Фролова, и на пару с ним вышел во двор.
Навстречу в коридоре попались Лёня и Тихон.
— Привет, пацаны! — поздоровался я и спросил: — Вас кто пустил?