"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)

– Ну зачем же такие страшные жертвы? – милостиво ухмыльнулся Беонир. – Мне хватит и поцелуя.
– От Йоны? – Ребекка предприняла слабую попытку отмазаться от расплаты, конечно не увенчавшуюся успехом.
– От тебя! – лучезарно улыбнулся юноша. – Давай договоримся так: если я сумею привести вас к первому испытанию Йоны – ты меня поцелуешь, а если нет – то я тебя. Соглашайся, а иначе я с места не сдвинусь!
– Еще чего, – строптиво проворчала девушка, кривясь, словно ей предложили поцеловать болотную жабу. – Раскатал губищи, блохастый! Ничего тебе не обломится.
Беонир демонстративно отвернулся и начал тихонько напевать какую-то насмешливую песенку.
– Ребекка, – я жалобно потянула воительницу за рукав, – ну пожалуйста… – В моем голосе прорезались всхлипывания.
– Ладно, ладно, только не реви. – Лайил подняла вверх обе руки, объявляя безоговорочную капитуляцию. – Я совершенно не переношу девчоночьи слезы. Брр, с детства детей не люблю! Я согласна, но учти, – она намеренно выделила интонацией последнюю часть произносимой ею фразы, – я делаю это лишь ради Йоны.
– Заметано! – хитро подмигнул Беонир. – Мы пойдем одиннадцатым коридором.
– Это почему еще? – немедленно усомнилась Ребекка. – Чем он лучше других?
– По кочану! – почти рявкнул юноша, заставив меня не к месту вспомнить наш монастырский огород и все связанные с ним конфузы. – Потому что только там есть выходы на другие уровни – к Лазарету и Библиотеке. Ты собираешься устраивать подобные допросы перед каждой развилкой? Поверь, я отлично знаю эти коридоры, спокойно нахожу тайники с веревками и путеводные знаки.
– Да, собира… – начала несговорчивая лайил, но осеклась, ибо Беонир вдруг добавил:
– Так мы выйдем к подвалу дома Старого Сквалыги, а по известной мне легенде – именно поблизости от этого места и расположены эльфийские захоронки.
Ребекка с шумом захлопнула рот, так ничего больше и не сказав. Похоже, она сразу же поняла, о чем идет речь.
– А кто такой Старый Сквалыга? – недоуменно спросила я.
– Он – Старый Сквалыга, и этим все сказано! – с поразительным единодушием воскликнули Ребекка и Беонир. – Да его же весь город знает! Именно ему приписывают авторство известного изречения: «Деньги не пахнут, но чтобы их иметь – нужно иметь хороший нюх».
Я безразлично пожала плечами, показывая: вот такая я отсталая.
– Старый Сквалыга – глава гильдии Торговцев. Его так еще в молодости прозвали – за непомерную жадность. – Ребекка для пущей убедительности выразительно побренчала монетками у себя в кармане. – Рассказывают, будто он трех жен голодом уморил…
– И пять любовниц! – зловещим шепотом подсказал ниуэ.
– Да? А я и не знала, – заинтересованно откликнулась Ребекка, насупившаяся было из-за того, что ее перебили.
– Потому что ушлый старикан эти злодеяния еще до своей первой женитьбы сотворил. Тем не менее он – король торговых сделок. Ни к одному его договору невозможно придраться, Сквалыга не оставляет компаньонам ни единой лазейки. Продумано буквально все, до последней мелочи.
– Все равно он – Сквалыга! – упрямо мотнула головой воительница, не желая признавать за главой гильдии даже малейшего достоинства.
– Одно другому не мешает. – Юноша явно не желал начинать еще один диспут о чьих-то личных качествах. – В общем, Йона, он – самый богатый человек в городе. И вполне может позволить себе содержать свору крысокошек, хотя их разведение стоит кучу золотых риелей.
– А почему главу гильдии прозвали так неуважительно – Сквалыгой? – продолжала допытываться я. – Ведь подобное отвратительное имя способно подмочить любую репутацию.
– Вообще-то его зовут Петерс, но настоящее имя главы гильдии Торговцев давно уже никто не использует, – язвительно хохотнул Беонир. – Все называют его исключительно Сквалыгой!
Я непонимающе подняла бровь.
– Это случилось много лет назад, – начал рассказывать ниуэ, – когда молодой ростовщик Петерс еще только начинал свою блистательную карьеру. Однажды, зимой, в дом ворвались одетые в черное незнакомцы, вытащили из кровати сонного Петерса и поволокли мздоимца за город, на скованную льдом Алларику…
 
– Наглецы перевернули ростовщика вниз головой, – азартно подхватила Ребекка, – и принялись окунать в прорубь. Вот представь себе: на дворе стоит непроглядная ночная темнота, холодина – аж кости ломит, а несколько злодеев изощренно измываются над одним парнем, подвергая его невыносимой пытке!
– Зачем? – не врубалась я.
Ребекка предвкушающе осклабилась.
– Потом они раз за разом извлекали Петерса из воды и настойчиво вопрошали: «Где золото, серебро и алмазы?» – драматичным шепотом произнес Беонир.
– Ох! – обомлела я. – Ужас-то какой несусветный! А что Петерс?
– Выплюнув очередную порцию речной воды и отдышавшись, жадный ростовщик вытаращил на своих мучителей предельно честные глаза и попросил: «Ребята, вы или лампу на лед поставьте, или пониже меня опускайте – там же ничего не видно!» – сгибаясь от хохота, закончила лайил.
– Петерса успели спасти, – отвечая на мой невысказанный вопрос, пояснил Беонир. – Но с тех пор его имя позабылось и сменилось хлестким метким прозвищем Сквалыга!
Я звонко и беззаботно смеялась, даже не подозревая, что именно сейчас истекают последние мгновения моей прежней спокойной жизни. Впереди меня поджидали испытания, трудности и беды, во много раз превышающие все те, которые выпали на долю высмеянного нами ростовщика…
Все мы рано или поздно сталкиваемся с финансовыми проблемами. Правильно утверждают умные люди: много денег не бывает – их либо мало, либо нет совсем. За деньги можно купить все, ну или почти все: власть, титул, удовольствия, даже вульгарную имитацию любви. Многие тратят на погоню за деньгами всю свою жизнь, не получая в итоге ничего, ведь тот, кто меняет свободу духа на хлеб, теряет и то и другое. Преврати деньги в цель своего земного существования – и тем самым ты сильно обеднишь душу, ибо станешь послушным рабом золотых риелей. А рабов, как известно, не волнуют ни честь, ни совесть, ни любовь. Им хочется только одного: иметь поменьше работы и получать побольше жратвы. Поэтому не стоит превращать деньги в цель своей жизни, пусть они остаются всего лишь удобным инструментом для достижения иных, более благородных целей: знаний, силы, милосердия. К тому же еще никому из умерших не удавалось унести деньги с собой на тот свет…
Так думала я, пока еще не догадываясь о том, что зло и деньги нередко сливаются в единое целое, образуя при этом некий ужасный симбиоз, способный доставлять массу бед и неудобств.
Одиннадцатый коридор, узкий и сырой, привел нас к большой, вырубленной в камне лестнице, правая половина которой полого тянулась вверх, а левая – резко уходила вниз. С нижнего яруса нас обдало волной такого жуткого смрада, что я мгновенно почувствовала, как мои легкие возмущенно восстают против затхлого, но очень холодного воздуха здешних подземелий. Мне тут же стали неописуемо противны заполонившие подвал слизни и мокрые, заплесневелые стены, а разливающаяся впереди тьма пугала до заикания.
К счастью, непоколебимая решимость прикрывающей тыл Ребекки и спокойствие идущего чуть впереди Беонира придавали мне свежих сил, не позволяя полностью погрузиться в панику и смятение.
– Куда пожелаете отправиться, о бесстрашные искательницы приключений на свои зад… э-э-э… головы? – Ниуэ с напускным безразличием кивнул в сторону лестницы. – Здешние верхние уровни заняты складами всяких не шибко оборотистых торговцев, а то и просто погребами, в том числе и винными.
– Это нам не подходит, – категорично отрезала лайил. – А что находится внизу?
– Все остальное. – Юноша откровенно забавлялся ее командирскими замашками. – Но я бы на вашем месте туда не совался.
– Позволь напомнить тебе, что мы пошли в подземелье не просто так, – быстро заговорила я, предупреждая очередной едкий выпад со стороны Ребекки, – а ради поиска какого-нибудь редкого и чрезвычайно ценного знания… Ну такого, которое не лежит у всех на виду.