"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)

– Ну-ка, повернись ко мне лицом. – Ребекка неодобрительно поджала губы, рассматривая мою худобу, торчащие ребра, ключицы и едва наметившуюся грудь. – Ты совсем тощая, это никуда не годится. Ну да такое горе поправимо. – Ее голос дрогнул от неподдельного участия, и тут же, словно одергивая саму себя, она поспешно сменила тему: – Ты знаешь, они у тебя словно отлиты из серебра…
– Это только так кажется! – Я компактно сложила крылья и вернулась к чрезвычайно важному для меня вопросу: – Ребекка, а как обстоит дело с моим камзолом и штанами? Они, наверное, совсем испорчены?
– Вовсе нет! – Лайил довольно хлопнула себя по ляжкам. – Не знаю, как и где ты умудрилась раздобыть эльфийский наряд, но его ткань обладает чудесными свойствами. Стоило мне встряхнуть твою одежду, как грязь тут же осыпалась с нее, словно сухая труха, даже следа не осталось.
Охранница покопалась в ларе и подала мне мой наряд, выглядевший безупречно чистым.
Я тщательно оделась, приведя себя в приличный вид, и старательно причесалась гребнем, подаренным мне доброй Ребеккой.
– А это что за штука? – На ладони лайил лежал мой стилет. – Откуда у тебя такая роскошная вещь?
– Стилет.
Я потянулась за клинком, но Ребекка отвела руку, испытующе глядя на меня:
– Сама вижу, что это не бантик! – Она профессиональным жестом извлекла клинок из ножен и поднесла к свету камина, после чего подозрительно потрогала изукрашенное рунами лезвие. – Он откован эльфами и стоит уйму денег, даже невзирая на миниатюрные размеры и обманчивую безобидность. И только не ври, что такими клинками вооружены все безродные приютские воспитанники!
– Мне его подарили. – Почему-то очень не хотелось рассказывать кому-либо о встрече с сьерром Никто. – Один хороший знакомый.
– Знакомый, говоришь… – Голос у Ребекки изменился, она пристально смотрела мне в глаза. – Странные же у тебя знакомые. Что ты собираешься делать с этой красивой зубочисткой?
– Как – что? – удивилась я. – С собой носить на всякий случай. Вдруг пристанет кто…
Ребекка продолжала разглядывать меня с непонятной настороженностью, будто пытаясь поникнуть в мои мысли, а потом иронично хмыкнула:
– Лучше бы твой знакомый дал тебе денег на еду. От риелей было бы куда больше толку и пользы, ибо оружие – это детям не игрушка. Ты хоть обращаться-то с ним умеешь?
Я честно помотала головой – дескать, совсем не умею.
– Ну так не годится! – Лайил возмущенным жестом поправила воинский обруч, словно моя неосведомленность задевала ее честь. – На кой он тебе сдался, твой роскошный стилет, если ты не умеешь им пользоваться? – Лайил вернула мне клинок. – Ну да ничего, я тебя научу, но только не сейчас, а ближе к вечеру. – Ребекка неприязненно покосилась на оконные шторы, подсвеченные ярким дневным светом: – Не люблю Сол. Отдохни немного… – Она щедрым жестом снова предложила мне свою кровать.
– А ты? – Я без протестов откинула жесткое покрывало и, стянув сапоги со штанами, заворочалась, устраиваясь поудобнее на животе. После обильной трапезы я ощущала только лень и сытое оцепенение. Прежняя слабость и острая головная боль накатили на меня с новой силой. Хотелось одного – уткнуться носом в подушку и спать, спать, спать…
– А что я? – Лайил философски пожала плечами и подтащила поближе к кровати кресло-качалку диковинного вида. – Вот и дедушкино наследство пригодилось. Я тут покемарю вполглаза. Я редко крепко сплю, непривычно. Жизнь у нас, полукровок, такая, – она заговорщицки подмигнула, – опасная.
Я согласно улыбнулась.
– А ты спи, малышка, ничего не бойся.
Ребекка укутала мои плечи одеялом, а сама с ногами забралась в кресло, похоже намереваясь поразмыслить над тем, какой же странный подарок в моем лице подкинула ей фортуна и как сложится наша дальнейшая судьба. Последнее, что я увидела, перед тем как погрузиться в сон, был ее чеканный профиль, красиво вырисовывающийся на фоне затемненного окна. Я с удовольствием смежила веки и беззвучно возблагодарила бога Шарро за эту загадочную девушку, без сомнения ниспосланную мне именно им, а затем беззаботно заснула, не опасаясь больше ничего и никого на свете…
 
Я проснулась от холода и боли в затекших локтях. Поленья в камине прогорели полностью, огонь погас, а комната остыла. Судя по сгустившемуся за занавесками полумраку, время приближалось к ночи. Я задумчиво потерла подбородок, потыкала кулаком слежавшуюся подушку и попыталась вспомнить обрывки своего запутанного сна.
Да, без сомнения, мне снился Арден. Он находился в каком-то запертом темном помещении. Возможно, мои ощущения были спровоцированы неприятным покалыванием, волной растекающимся по моим неловко подвернутым рукам, но мне показалось, что Арден тоже испытывает боль от толстой веревки, опутывающей его заломленные за спину запястья. Его мысли блуждали в полусне, постоянно возвращаясь ко мне. Он просил о помощи, в этом я не сомневалась, как не сомневалась и в жгучем безысходном отчаянии, переполняющем сердце юноши. Ближайшее будущее внушало моему любимому лишь страх и отчаяние, правда, он не совсем понимал природу надвигающейся на него опасности…
Внезапно в комнате раздался осторожный, едва слышный шорох… Я подняла голову, поначалу заподозрив, что приглушенные звуки производит моя спасительница, но тут же обнаружила, что Ребекка крепко спит в кресле, положив поперек коленей свои обнаженные клинки. Пользуясь ее состоянием, я могла теперь без помех рассмотреть всю комнату, не опасаясь обидеть хозяйку косыми взглядами или иной неодобрительной мимикой. Выяснилось, что одну из стен этой совмещенной со столовой спальни занимает кособокое сооружение из неуклюже сколоченных полок. Причем на нижних хранилась одежда, а на верхних бессистемно громоздились мешки с какими-то съестными припасами. Кадка с водой у двери, задвинутый обратно в угол стол, пара табуретов – вот и все нехитрое убранство.
«Но ведь гильдия Воинов – вторая по значимости в городе, – оценивающе размышляла я, дивясь вопиющей захудалости скромного обиталища лайил. – К тому же Ребекка доводится внучкой чрезвычайно известному в Лаганахаре бойцу. Почему же она живет настолько просто?..»
Мои рассуждения оборвал повторный шорох, идущий от двери и точно не имеющий никакого отношения к отдыхающей в кресле девушке. Я насторожилась.
Порыв неожиданно теплого ветерка вдруг взвихрился вокруг кровати, задев мои плечи и взъерошив волосы.
– Поторопись! – тихонько шепнул он мне на ухо. – Поспеши, Наследница, ибо ход времени неумолим и ты можешь опоздать. Арден умрет, а Колокол Судьбы забудет мелодию ваших сердец, и тогда ты уже никогда не сумеешь воссоединиться с любимым…
– Умрет! – забывшись, в голос вскричала я, подпрыгивая на кровати. – Где он и что ему угрожает?
Но мой невидимый собеседник не расщедрился на подсказку, а лишь разразился невыразительным смехом, похожим на скрежет пересыпающегося песка:
– Помнишь слова, произнесенные тобой в Куполе? Ты говорила о непоправимости упущенных возможностей и ценности любви. Разве ты уже успела забыть свои цели и принципы?
– Я все помню! – еще громче подтвердила я, вздрагивая всем телом, ибо ощутила приближение чего-то страшного, жестокого и неотвратимого. – Но, к сожалению, я пока еще не научилась применять свои знания на практике. Что же мне делать?
– Так научись, и побыстрее! – Песок не просил, а приказывал. – Остерегайся предательства! – В голосе промелькнуло сочувствие. – Бойся предателей!
– Кто ты? – рассердилась я, возмущенная этими повторяющимися намеками.
Помнится, совсем недавно сьерр Никто тоже говорил нечто подобное… А теперь я получила второе аналогичное предупреждение. Не этих ли знаков судьбы я ждала? От чего они меня предостерегают?
– Кто ты? – с нажимом повторила я. – Покажись!
Но ответом стала равнодушная тишина, а теплый ветерок исчез так же неожиданно, как и появился.
– Кто здесь? – всполошенно закричала проснувшаяся Ребекка, хватаясь за свои клинки. – Убью!