"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)
— Сергей.
— Кирилл, — сообщил в ответ барыга. — И ты всё верно насчёт долларов решил, надумаешь менять, приходи — не обижу. Лучшей цены никто не даст. Договорились?
— Замётано.
Напряжённость пропала, мы вернулись к прилавку, а там мне, как и было обговорено, разрешили выбрать спортивные штаны. Я взял тёмно-синие с двумя белыми полосками по бокам, но сразу надевать их не стал и попросил убрать в пластиковый пакет с изображением мертвеца с британским флагом наперевес и надписью «Iron Maiden».
— Будь на связи! — уже в спину мне крикнул Кирилл.
Я только ухмыльнулся. Вот больше делать нечего, кроме как дома сидеть и его звонка дожидаться!
Настроение стало приподнятым, будто выиграл в спортлото. Ох ты, ёлки! Да можно сказать, что и выиграл! Мне ведь теперь даже этот Кирилл мутный не нужен, любому скупщику доллары сдать могу. Блин, люди столько за месяц не зарабатывают, сколько я за одно утро поднял, не напрягаясь. Плохо разве? Совсем даже наоборот!
Придерживая ладонью карман с долларами, я протолкался через толпу, прошёлся по пешеходной дорожке, а дальше срезал к ближайшей остановке через дворы. И немедленно за это поплатился. Только вошёл в пропахшую мочой арку, с боков немедленно пристроились два невысоких паренька.
— Слышь, кореш, дай денег. Нам на ханку надо, а то ломает, — сказал тот, что шагал слева.
— Мимо проходите, — на ходу ответил я бледному и словно бы ссохшемуся наркоману. — Тут рядом церковь, там подают.
Парень юмора не оценил и ухватил меня за руку.
— Пошли в подъезд, поговорим.
Я крутнулся на левом носке и в развороте ткнул нарка кулаком под рёбра. Бил полусогнутой правой, но даже так удар в печень заставил парня сложиться в поясе. Подсечка и толчок бросили его в объятия замешкавшегося приятеля, тот едва удержал бедолагу на ногах.
Вот только уродов оказалось не двое, а трое. Последний из этой гоп-компании шагал сзади и держал в опущенной руке нож. Я наметил движение, будто готовился выбить оружие пинком, а сам резко скакнул назад, поскольку с голой пяткой против шашки лезут только дураки. Наркоман ринулся следом, но мне удалось пакетом со штанами сбить неловкий выпад и вновь отступить.
Со спины донёсся пронзительный женский визг, потом тётка завопила: «милиция!», и нарки ринулись со двора словно подорванные. Я от души поблагодарил случайную свидетельницу и поспешил в противоположном направлении.
Сердце колотилось словно сумасшедшее, в голове стучало, руки подрагивали. Так и оглядывался до самой остановки, успокоился, лишь когда заскочил в троллейбус и покатил прочь. Надо сказать, нелюбовь Санька к Зелёному базару теперь сполна передалась и мне…
17|06|1992
день-вечер
Когда вернулся с базара, разговорился во дворе с парочкой знакомых пацанов. Семён Зайцев и Юра Поликарпов — для своих Рыжий и Поляк — при двухлетней разнице в возрасте всегда были не разлей вода и даже условный срок схлопотали не только по одной статье, но и по одному эпизоду.
Постояли, обменялись новостями. Зашла речь и о Гере, но я отделался общими словами. Да и парней мой одноклассник интересовал лишь постольку-поскольку, спрашивали из чистого любопытства, у них и своих забот хватало. Оба входили в «Десятку» — группировку, получившую название по номеру местного профтехучилища, — но с приходом новых времён там начались разброд и шатания, компания распалась на несколько куда более организованных и уже насквозь преступных сообществ. Без передела сфер влияния, разборок и прочих радостей жизни этот процесс обойтись никак не мог, и ни Рыжего, ни Поляка такое положение дел никоим образом не воодушевляло.
Надолго разговор не затянулся, а уже у подъезда я наткнулся на Зинку Марченко. Та в компании кудрявой словно пудель подружки сидела у подъезда на лавочке и лузгала семечки.
— А, Серёжа, снова ничего не знает, — подмигнула мне с загадочным видом соседка.
— Что у нас опять случилось плохого? — полюбопытствовал я, не спеша проходить мимо.
— Теперь ещё и Антошка с шестого пропал, — поделилась последними новостями Зинка. — К нам мама его заходила, сказала, со вчерашнего дня дома не появлялся. И на работу не вышел.
Её подружка не удержалась и, стрельнув на меня подведёнными глазами, хихикнула.
— Как бы они с Лидкой не на базу умотали. Он ведь к ней подкатывал, подарочки дарил. Сама говорила!
Я только покачал головой, поскольку компанию Тохе сейчас составляла либо секция батареи где-нибудь на дне озера, либо и вовсе земляные черви в неглубокой могилке в посадках.
— А сигареткой не угостишь? — попросила тогда девчонка, которая из-за обесцвеченных и завитых волос, аляповатого макияжа, блузы с пышными рукавами и леопардовых лосин выглядела старше своих лет.
— Курить — здоровью вредить, — отбоярился я поговоркой, столь же верной, сколь и банальной.
— Кто не курит и не пьёт, тот здоровеньким умрёт! — ожидаемо прозвучало в ответ.
Зинка перехватила мой оценивающий взгляд на подружку и немедленно закинула ногу на ногу так, что лёгкая ткань сарафанчика обтянула стройные бёдра просто-таки вызывающе.
— Серёжа не курит. Серёжа спортсмен, — заявила она, насмешливо прищурив свои серые глазища.
— И какой у Сергея разряд по литроболу? — не полезла за словом в карман её языкастая подружка, развернула фантик с комочком жевательной резинки и закинула его в рот.
Я едва сдержался, чтобы не заржать в голос, ведь из всех спортивных занятий в мои сегодняшние планы входили исключительно поднятия и переносы тяжестей в виде трёх литров пива. Надо расслабиться. А вот завтра с утра поеду на вокзал и возьму плацкарт до Москвы. Там же и доллары скупщикам сдам. В задницу этого Кирилла, мутный он какой-то.
— Сергей, вы кабельное подключать собираетесь? — огорошила вдруг меня Зинка неожиданным вопросом. — А то у меня папа сомневается, не знаю даже, как его уговорить.
— Кабельное? — озадачился я.
Кудрявая егоза захихикала, а соседка явно сделал скидку на моё недавнее возвращение из армии и пояснила:
— Кабельное телевидение. Там какая-то абонентская плата будет, а по вечерам фильмы станут показывать, как в видеосалонах. Боевики и комедии всякие.
— И эротику после одиннадцати, — добавила кудрявая и надула жвачку пузырём.
Я покачал головой.
— Дядя ничего такого не говорил.
— Жаль, — вздохнула соседка. — А то бы я к вам телевизор смотреть ходила.
— Эротику? — толкнула её локтем в бок подружка.
— Эротику у тебя смотреть буду, — отшутилась Зинка. — После фильмов для взрослых, боюсь, Серёжа может и не сдержаться. Ещё начнёт приставать со всякими глупостями!
Девчонки заливисто рассмеялись, я бросил им на прощание:
— Мечтать не вредно, вредно не мечтать, — вошёл в подъезд и поднялся на свой этаж.
Ещё с площадки услышал дребезжание телефонного аппарата, но дядьки дома не было, и к тому времени, когда отпер дверь, звонок уже смолк.
Сердце кольнула игла дурного предчувствия. Как бы это не торгаш-Кирилл меня вызванивать начал. И зачем ему только номер оставил? Ну да задним умом мы все крепки…
Я вытащил из кармана доллары, встал у окна и внимательно изучил обе банкноты на просвет. Ничего в этом не понимал, но плотная бумага приятно шуршала под пальцами, а внутри неё отчётливо выделялись водяные знаки. Двадцатка оказалась изрядно потрёпанной, полтинник — новеньким и хрустящим.
Нет, всё же не зря к барыге съездил. Нормально так денег приподнял.
Семьдесят баксов! Официальный курс в пятьдесят шесть копеек в расчёт можно не принимать, скупщики где-то в районе сотни рублей за доллар дают. Конечно, есть риск, что стопкой резаной бумаги рассчитаться попытаются, но тут уж смотреть в оба нужно. И либо кого-то с собой для поддержки брать, либо менять только двадцатку, а остальное уже в Москве. Наверное, так и стоило поступить. В конце концов, на билет мне и двух штук за глаза хватит. Рубль обесценивается со страшной скоростью, за время поездки цены точно подрасти успеют; в магазинах ценники чуть ли не каждый день переписывают.