"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)

— Точно кто-то из братвы Кислого! — заявил в итоге Фролов. — Суки!
Я только рукой махнул и поплёлся домой. Налил в ванну холодной воды, замочил в ней перепачканную кровью ветровку, умылся сам. Потом завалился спать.
И всё бы ничего — не убили и не покалечили даже, но расквашенный нос до предела осложнил общение с Зинкой. Если разобраться, помириться с подругой не вышло именно из-за него. Вроде ерунда, но после драки в кафе показываться на глаза девчонке с разбитым лицом не хотелось, и я ограничивался звонками по телефону, а всерьёз разобидевшаяся на меня Зинка разговаривать упорно не желала. Ну а к тому времени, когда спал отёк, на меня навалилось столько неотложных дел, что стало просто не до налаживания личной жизни.
Вот перебесится, тогда и поговорим.
В остальном же конец сентября напоминал бег внутри беличьего колеса. После учёбы ехал собирать мебель или таскать мешки с сахаром из новых партий товара, дальше шёл либо в качалку, либо в боксёрский зал, ну а остаток дня занимался всякой ерундой: читал книги, смотрел кабельное, разбирался с высшей математикой, будь она неладна. Выходные тоже ничем не порадовали, из замкнутого круга рутины вырвался уже только в октябре.
Ну ещё бы! Первое число! Ваучеры выдавать начали!
Именно по этой причине я прихватил с собой в институт паспорт, а после учёбы вышел на две остановки раньше, намереваясь заглянуть в сберкассу и получить причитающийся мне от государства приватизационный чек. Вот только покинул я троллейбус на «Диете» совершенно напрасно — к входу в банк вытянулась длинная очередь граждан, желавших урвать свой кусочек народного хозяйства в числе первых, и торчать тут час или даже два не было никакого желания. Плюнул и отправился домой пешком, благо сегодня заметно потеплело; Ишукова с утра по радио обещала, что воздух прогреется до пятнадцати градусов, и с прогнозом не обманула.
 
 
Что такое осень?
 
 
Под песню ДДТ, которая уже месяц звучала буквально из каждого утюга, я двинулся к блошиному рынку, и почти сразу кто-то ухватил со спины за рукав олимпийки. Едва удержался, чтобы не пробить в развороте, но как-то совладал с рефлексами, отмахиваться не стал и лишь быстро отступил в сторону.
— Чё такое?! — рыкнул на невысокого мужичка в потёртом пиджаке.
Тот продемонстрировал пустые ладони.
— Э, успокойся!
— Чё надо?
— Ты же с Демидом, да?
Я присмотрелся к мужичку, узнал в нём одного из скупщиков золота, которых осадил, не дав вмешаться в разборки Демидова с Кислым, и кивнул.
— Ну и?
— Вы же нас защищать подрядились и левых отсюда гонять, так?
Меня в договорённости никто не посвящал, но, если в том разговоре и прозвучало слово «подрядились», так это барыги подряжались платить за крышу. С другой стороны, защиту им наверняка пообещали, и я спросил:
— Наехал кто?
Мужичок покачал головой.
— Нет, какие-то левые пацаны ваучеры скупают, а до вас не дозвонишься! Бардак!
Я пропустил претензию мимо ушей и пожал плечами.
— Ну скупают — и что с того? Вы же по золоту работаете!
— Мы всё берём!
Скупщик указал на пыльный «запорожец», и точно — к уже фигурировавшим на картонке значкам доллара и дойчмарки чуть ниже слов «золото и награды» чёрным маркером дописали «ваучеры».
«Купим ваучеры», ага…
Я затевать разборки с непонятными «пацанами» не собирался и пообещал вызвонить Демида, но мужичок лишь досадливо поморщился.
— Да звонил я ему уже! Не застал! — и он указал на крыльцо сберкассы. — Вон один из них! Самый здоровый и борзый!
И ситуация мигом заиграла новыми красками: на крыльцо вышел покурить Рома.
Если разобраться, то удивляться тут было совершенно нечему. Ну куда ещё могли пойти мои друзья-товарищи скупать для Гуревича ваучеры? Самое очевидное же место!
Я поморщился и с нескрываемым сомнением проворчал:
— Так они внутри работают, а ваша остановка…
От возмущения скупщик аж слюной брызнул.
— Здесь всё наше!
— Вашего тут ничего нет!
 
— Мы договаривались…
— Помолчи! — оборвал я скупщика, тяжко вздохнул и спросил: — Ты сейчас чего от меня хочешь?
Мужичок поиграл желваками, но в бутылку не полез и уже без лишней экспрессии потребовал:
— Шуганите их отсюда, чтобы не возвращались! И ваучеры заберите! Не фиг делать, в чужих местах сливки снимать!
— Успокойся! — потребовал я. — Шугануть — не проблема. А вот если отжать купленные ваучеры — уже беспредел получится. Тут надо с Демидом разговаривать.
— У нас конкретная договорённость была! Теперь заднюю включаете, да?!
— Базар фильтруй! — нервно огрызнулся я. — Ты с этими пряниками говорил? Предупреждал, что это ваше место?
Скупщик кивнул.
— Они меня на хер послали.
Ой, как плохо. Мало того, что пацаны демидовской бригаде дорогу перешли, так ещё и не по незнанию, их в известность об этом поставили заблаговременно. Тут хорошо если просто скупленные ваучеры заберут, могут навалять и даже на счётчик поставить. И я не прикрою, на мне самом долг висит — пусть не денежный, но от этого ничуть не менее реальный.
— Почём ваучеры берёте? — спросил я, прервав слишком уж затянувшееся молчание.
— А что?
— На вопрос ответь!
— От трёх тысяч начинаем предлагать.
— А верхняя планка?
— Четыре с половиной. — Скупщик округлил глаза. — Так ты хочешь, чтобы я у них ваучеры выкупил?!
Я кивнул.
— Почему нет? Они отсюда валят и не возвращаются, а все ваучеры тебе сдают. И все довольны.
Мужичок задумался, затем покачал головой.
— Им больше трёх не дам.
— Слушай, не наглей, а? Тебе разборки нужны?
— Да это шестёрки, сразу видно! Пехота!
— Да без разницы! Возьмёшь по четыре с половиной. Тебе убытков никаких — наоборот, пока жопой сиденье давил, они всю работу сделали.
— Но…
— Убытков никаких! — веско произнёс я. — А за твои прибыли никто разборки устраивать не подряжался!
— Ты чего мне руки выкручиваешь, а?
— Кто тебе руки выкручивает? Сам цену озвучил, за язык никто не тянул! Не нравится такое решение, давай Демида дождёмся. Только смотри, сам себя не перехитри. Свалят — ничего не заработаешь.
Скупщик глянул на меня с неприязнью, потом махнул рукой.
— Чёрт с тобой! Но отдают пусть всё. Внутри их Жора их пасёт, он точное количество скажет.
Я мысленно выругался и двинулся к сберкассе, гадая, какую цену установил на ваучеры Гуревич и сколько чеков пацаны успели скупить. Но пусть даже и сработают в минус — это не страшно. Лучше так, чем Демид претензии предъявлять начнёт. В следующий раз умнее будут.
Романов уже докурил сигарету, но с крыльца не ушёл, стоял и глазел на очередь. Моего приближения он не заметил, и когда я негромко произнёс:
— Саша, делаем вид, будто незнакомы, — натурально вздрогнул и обернулся ко мне с вполне естественным удивлением.
— Чего? — нахмурился Романов. — Енот, ты датый, что ли?
— Пойдём-ка! — Я ухватил его за руку чуть выше локтя и потянул с крыльца. — Да не дёргайся! Шевели копытами!
Мы отошли, и я ввёл приятеля в курс дела. Тот сразу напрягся.
— Серый, да мы и понятия не имели!
— Вас предупредили? Предупредили. А ты человека на хер послал.
— И чё теперь?
— Гуревич какую цену назначил? — спросил я.
— Четыре триста.
У меня от сердца отлегло. При таком раскладе не имело никакого значения, как много ваучеров удалось выкупить пацанам: сколько бы денег они на чеки ни потратили, в любом случае останутся в выигрыше.
— Кто в сберкассе?
— Костя и Евген.
— Вызови их на улицу. Внутри ни о чём не говори, там вас уже пасут. Предупреди только, что вы меня не знаете.
Рома кивнул и поднялся на крыльцо, под недовольное ворчание протолкался через очередь и скрылся внутри, а я повернулся к стоявшему у «запорожца» мужичку и продемонстрировал раскрытую пятерню. Мол, «пять минут».