"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)
Хрясть! – новый удар вспорол снег за моими пятками, едва не подсекая меня под сухожилия. Втянув голову в плечи, я прибавила скорости. Демон не отставал. Он не бежал, а словно плыл над снегом, намеренно то позволяя мне вырваться вперед, то снова догоняя. Абалам наслаждался своим триумфом, превратив нашу погоню в увлекательную игру. Естественно, увлекательную лишь для него одного. Я же ощущала себя не слишком комфортно, отлично понимая – это сама смерть едва не наступает мне на пятки и морозно дышит в затылок. Но что еще мне оставалось делать? Наши силы не равны, а сойтись с Абаламом в открытом бою значило обречь себя на неминуемую гибель. Ведь вопрос отнюдь не в том, сумею ли я его победить, а в том – сколько секунд продержусь, отражая удары ледяного клинка…
Неожиданно лес расступился, выпуская меня на крутой обрыв, под которым зияла пасть огромного провала – там начиналась расщелина между двумя горными хребтами. Ночь кончилась вместе с лесом, и перед моими глазами предстали открытые небеса, постепенно окрашивающиеся в нежный розовый цвет. А на самом краю утеса росла высоченная сосна с раздвоенной вершиной, очевидно некогда расколотой точным попаданием грозовой молнии…
«Так вот ты какая, двуглавая! Выходит, Игги меня не обманул», – обрадованно подумала я и тотчас поплатилась за легкомыслие – очередной удар ледяного меча высек искры из камней у меня под ногами. Я взвизгнула, отпрыгнула и метнулась к сосне, мечтая найти между ее корней хоть какое-нибудь убежище…
Ствол двуглавой отличался необхватной толщиной. Даже разведя руки, я бы не смогла обнять могучую сосну, казалось самонадеянно бросающую вызов всему и всем на свете – свищущему в ущелье ветру, неприветливым небесам, умопомрачительной высоте и одиночеству. Из-под корней двуглавой бил звонко журчащий по камушкам ручеек, образуя небольшое озерцо, окутанное паром. Я сначала удивилась, а потом ощутила исходящий от воды жар, вспомнила слова Игги: «Мы там зимой купаемся», и поняла – да это же горячий источник, не замерзающий даже в самый лютый мороз.
«Интересно, почему пророчица назначила мне встречу именно возле источника? – вихрем промелькнуло в голове. – А мою встречу с Абаламом она тоже предвидела? А мою гибель от его ру… Ой!» – И тут меня осенило…
Правильно, все правильно предвидела мудрая пророчица Алька! Недаром она зазвала меня под такую приметную сосну. Недаром возле источника стояло кем-то позабытое, а еще вероятнее – специально оставленное для меня ведро, ибо чем еще можно победить непобедимого снежного демона? Ага, ведром… Вот то-то же!..
Я остановилась под сосной, спиной загораживая ведро, предательски выделяющееся на фоне серо-бурой древесной коры. Гордо скрестила руки на груди и немигающим взором уставилась на демона, замершего с занесенным мечом и, похоже, оторопевшего от произошедшей со мной метаморфозы. Ведь еще мгновение назад я панически визжала и улепетывала, а сейчас на тебе – стою вся такая героическая, ничего не боюсь, о пощаде не умоляю. Парадокс! Есть от чего оторопеть.
– Одумалась! – довольно констатировал демон. – Ведь от смерти не сбежишь, не скроешься, наконец-то ты это поняла. Настал твой конец, княжна!
– Ага, одумалась! – согласилась я, смиренно открывая грудь, переводя руки за спину и незаметно хватаясь за дужку ведра. – Я же обещала…
– Кому обещала? – заинтересовался Абалам, опуская меч и придвигаясь ближе.
– Женщинам и детям в городе! – спокойно пояснила я.
– Чего обещала? – Заинтригованный демон даже шею вытянул, боясь упустить малейшее мое слово.
– Смерть обещала! – не стала скрывать я.
– Свою? – неподдельно изумился мой враг. – Княжна, не ожидал я от тебя такой глупости…
– Ты много чего от меня не ожидал! – Я молниеносно погрузила ведро в озерцо, вдернула обратно – до краев полное горячей водой, и с размаху окатила ею ничего не подозревающего Абалама. – Твою смерть я им обещала! – рявкнула я, наблюдая как покрываются ледяной коркой лицо и руки демона, как тускнеют его глаза, цепенеют пальцы, а по лбу разбегается тонкая паутинка трещинок… А затем выхватила из ножен сабли и в несколько ударов превратила снежного демона в груду бесформенных ледышек. – Вот говорила же – все кости тебе переломаю! – Я громко выдохнула и скорее обессиленно упала, чем села на нагретые камни. – А я девушка честная: свои обещания выполняю…
Ощутив чудовищную боль, Гедрон лла-Аррастиг с визгом схватился за щеки, ожидая обнаружить раны и кровь. Приступ конвульсий, охвативших все тело чернокнижника, постепенно стихал. Вскоре его отпустило окончательно. Гедрон отнял руки от лица, осмотрел пальцы, боясь увидеть на них кровь, но ничего похожего не обнаружил. Значит, это только созданный чернокнижником демон Абалам пал сейчас от сабель княжны Рогнеды, сам же Гедрон остался цел и невредим – отделался кратковременным болевым шоком и испугом. Но как избавиться от перенесенного унижения? Опять его победила неотесанная деревенская девчонка! Его – постигшего все тайны темного магического учения, его – вошедшего в доверие к властелинам мира сего, его… Тут чернокнижник сердито хмыкнул, ибо каким бы сильным он ни становился, проклятая княжна неизменно оказывалась еще сильнее, сама того не подозревая. Где же черпает она вдохновение для новых свершений и побед, почему упорно идет к намеченной цели, не обращая внимания на полученные раны? Возможно, потому, что идет вовсе не ради себя, а лишь для счастья и благополучия тех, кого любит, кем дорожит. Так вот, значит, кто является неисчерпаемым источником ее силы – любимый мужчина, чье чувство ее и окрыляет, и поддерживает. А если лишить девчонку объекта этой любви, погубить ее любимого – то она сразу же станет досягаемой и уязвимой…
Озаренный этой мыслью, Гедрон мгновенно позабыл о нанесенном ему оскорблении и бросился потрошить шкаф с книгами, отыскивая некий манускрипт, содержащий одно древнее, крайне необычное заклинание…
– Кхм… – Кто-то негромко и весьма деликатно откашлялся у меня за спиной, выводя из задумчивости.
Я порывисто вскочила и обернулась…
Передо мной стояли две женщины – молодая и пожилая, облаченные в добротные зимние одежды. Первая – почти девочка, лет шестнадцати на вид. Не красавица – приземистая и пухленькая, из-под капюшона плаща на грудь спускаются две косички ярко-рыжего цвета. Лоб прикрыт скромной бисерной повязкой, щеки в веснушках, забавный нос картошкой, но – в противовес всему вышеперечисленному – с довольно обыденного лица деревенской простушки на меня смотрели проницательные глаза с хитринкой, голубые, словно васильки. Вторая – высокая и дородная дама среднего возраста, с тонкими, сварливо поджатыми губами и с затейливой прической, спрятанной под пуховую шаль. Я мгновенно догадалась, кем являются эти женщины…
– Здравствуйте, госпожа пророчица Алька! – Я церемонно поклонилась даме с прической, и: – Привет, Доротея! – по-свойски помахала рукой рыжей девчонке.
– Пусть тебя паук съест, охальница! – негодующе ахнула дама. – Да как ты смеешь оскорблять мою госпожу?!
– Чего? – недоуменно вытаращила глаза я, буквально обалдев от таких слов. – Кого это я тут оскорбила?
– Не обращай внимания на пафос Доротеи, – хихикнула рыжая девчонка, подскакивая ко мне и восхищенно тормоша. – Пророчица Алькая – это я. Слушай, какая же ты молодчина! Здорово с Абаламом расправилась!
– Это ты молодчина! – нашла силы ответить я, ибо голова у меня кружилась – перегруженная потоком свалившейся на нее информации. Получается, избранная и говорящая с богами ясновидящая – отнюдь не величественная дама, а рыжая оторва, примерно моя ровесница. Ну и дела! В этом дурном городе все шиворот-навыворот! – Оставила мне подсказку в записке и даже ведро приготовила!..
– Большинство подвигов так и совершается, по подсказке да наводке! – Егоза Алька крутилась вокруг уставшей меня как юла, видно – энергия в ней била через край, а я не успевала следить за ее заполошными метаниями. – Только от этого они не перестают быть подвигами!