"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)
– Извините, кхм, – озабоченно кашлянула я, привлекая к себе внимание янтра. – А вы случайно нам не поможете ли?
– Чем? – вежливо поинтересовался жрец, не делая попыток вырваться из моих цепких рук.
– Понимаете ли, – мялась я, подбирая нужные слова, – среди нас находится огромный дракон, а он…
– Запросто способен облететь весь остров? – насмешливо закончил за меня жрец.
– Ну что-то типа того! – скорбно вздохнула я. – И тем самым нарушить правила…
– Не проблема! – Жрец хлопнул в ладоши и, ловко выдернув свой рукав из моих пальцев, вперевалочку потопал восвояси.
– Не поняла… – Я растерянно моргала глазами, пялясь в спину бодро удаляющегося прочь жреца. – Я же помощи просила! Трей, ты… – Я огляделась, отыскивая спящего в траве дракона. Но, увы, сколько я ни щурилась от яркого солнца и ни вертела головой, рискуя заработать шейный остеохондроз, вместо привычной крылатой туши мои глаза натыкались лишь на развесистые лопухи, желтые лютики и круглые листья подорожника. Наш дракон исчез бесследно, будто растворился, хотя как, где и когда можно было успеть спрятать этакую габаритную и колоритную личность, я наотрез отказывалась понимать. – Трей, ты где?! – в итоге панически завопила я, так и не обнаружив ничего, даже отдаленно смахивающего на спящего, причем совсем недавно еще и громко храпящего дракона. – Ты куда запропастился?
– Да туточки я, туточки! – неожиданно донеслось из лопухов.
– Где? – Я ошеломленно присела на корточки, руками раздвигая траву, ибо ответивший мне голос ничуть не напоминал привычный трубный драконий рев, а звучал на редкость тихо и пискляво. – Ты со мной в прятки поиграть решил? Трей, это уже не смешно, не мотай мне нервы, я и так на взводе…
– Какие, к гоблинам, прятки? – обиженно пищало из лютиков. – А мои нервы тебе не жалко, значит? Я проснулся, а вокруг – лес до небес. Вроде мы вчера не пили ничего крепче обычного кваса. Или нам в квас что-то подсыпали, как думаешь?.. – И из подорожника прямо ко мне на ладонь выползла зеленая говорящая ящерица, размерами ничуть не превосходящая нашу крысу…
Я растерянно охнула и с размаху хлопнулась на пятую точку, раздавив с десяток цветочков.
– А чего это вы такими огромными вдруг стали? – удивленно пищала ящерица, столбиком встав у меня на ладони. – Все, даже хилая Витка… – И тут до ящерицы наконец-то дошло. – О нет, только не это! – горестно застонала она, хватаясь лапками за голову. – Какой урон нанесен моей гордости, моему чувству собственного достоинства, я этого не переживу…
– Ну вот твоя просьба и выполнена, дорогая! – рассмеялся Зорган, отнимая у меня ящерицу и усаживая к себе на плечо. – Ибо в таком карманном формате Трей много не налетает. Не правда ли, кузнечик? – И он игриво пощекотал ящерице брюшко.
Дракон, волей жреца уменьшенный до размера ящерицы, ответил ему сердитым шипением.
– Ты возглавляешь наш отряд, тебе и выбирать! – равнодушно произнес слепой эльф, выслушав заданный ему вопрос, звучащий так: «Куда нам нужно идти?» – Будь уверена, на острове все пути ведут только к храму, а не куда-то еще.
Я задумчиво смотрела на облако пыли, поднятое паломниками, галопом ринувшимися с поляны, и размышляла. Пожалуй, наша немногочисленность – наше главное преимущество. Хотя через пару дней другие тоже поймут, что за счастьем табуном не ходят, и разделятся на несколько групп. Главное, не столкнуться с ними по пути, памятуя о «нежной симпатии», испытываемой к нам их вожаками… И пожалуй, если я не знаю, куда следует идти, то послушаюсь своего сердца…
– Идем к ближайшей реке! – объявила я, вскидывая на плечо походную сумку. – Ты знаешь, где она находится?
– Знаю, – подтвердил калека. – Однако зачем тебе туда понадобилось?
– А про девушку, утонувшую в этой реке, ты случайно не знаешь? – спросила я, приноравливаясь к его размеренной походке.
Эльф сдавленно ругнулся и встал как вкопанный.
– Ты вознамерилась увидеть Речную невесту? – ахнул он. – Но зачем? Что за странная блажь посетила твои скудные мозги, княжна?
– Э-хм… – смутилась я. – А почему ты так бурно реагируешь на мое желание?
– Потому, что Речная невеста – самое ужасное чудовище в здешних местах, погубившее массу народу. Где ты вообще умудрилась о ней услышать?
– Не только услышала, но и обещала ей привет передать! – виновато опустила глаза я.
– Княжна, я тебя уже предупреждал об очередном косяке! – с подначкой напомнил слепец, поворачивая ко мне изуродованное лицо, белое от едва сдерживаемой ярости. – Теперь пеняй на себя!
Я лишь мило улыбнулась в ответ, делая вид, будто меня посетил спонтанный приступ амнезии и попутно пытаясь убедить себя в том, что веду себя правильно, ибо легкая придурковатость делает человека практически неуязвимым. Ну а что еще мне оставалось?
Для ночлега мы выбрали небольшой осиновый лесочек, разожгли костер, быстренько сварили кулеш – пшенную кашу с салом, воспользовавшись запасами, щедро выданными нам кладбищенским сторожем, так же быстренько поужинали и завалились спать. Оберегать наш сон вызвался дракон, добровольно принявший на себя обязанности караульного, ибо, по словам Трея, ему предстояло подумать о смысле жизни, вернее, переосмыслить масштабность своих замыслов с учетом нынешних уменьшенных размеров. Тай постарался утешить дракона – пообещав добыть ему в невесты миниатюрную саламандру, а Зорган зевнул и насмешливо сообщил, что размах амбиций от скудных физических размеров не зависит. И даже наоборот… А потому – не плачь, кузнечик!
– Люди, желающие нам только добра, делают нашу жизнь совершенно невыносимой! – обиженно пискнул Трей из-под лопуха.
– А я не человек, – справедливо поправил его виконт, – я эмпир. А посему… – Он демонстративно отвернулся от дракона, намекая, что зерно мудрости в его высказывании тот должен найти самостоятельно.
– Ну зачем ты с ним так? – попеняла я любимому, укладываясь на плечо к Зоргану. – Ведь Трей отнюдь не дурак…
– Парадокс состоит в том, что этот мир прекрасен всем, даже своими дураками, – улыбнулся мне эмпир. – Нужно просто уметь ими пользоваться…
Я промолчала, мысленно с ним соглашаясь. Как хорошо, что я смогла реализовать главную мечту каждой женщины. Мне нужен сильный мужчина – сильный во всех смыслах, и пусть у него будет только одна слабость – я! И такой мужчина у меня есть… Аж сама себе завидую иногда!
– Милый, ты даже не представляешь, как это приятно – лежать на волосатой груди любимого мужчины! – расслабленно мурлыкнула я, любуясь звездами, обсыпавшими небосвод густо и фантазийно, словно мука фартук пекаря.
– Очень надеюсь, что мне никогда не придется этого испытать! – хохотнул виконт, укрывая меня своим плащом. – Спи, неугомонная!
И я сразу же заснула…
Чернокнижник Гедрон лла-Аррастиг пробовал убедить себя в том, что предается философской медитации, но на самом деле пребывал в глубочайшей депрессии. Нет, с одной стороны, его планы начали реализовываться, и все вроде бы складывалось хорошо – война между кланами Белой и Синей розы вступила в наиболее острую фазу, но весы противостояния постепенно склонялись на половину воинственных хозяев Ширул-эль-шэна, а жители Эль-силя были обречены на поражение. И это понятно, ведь лишенные мудрого повелителя и всех принцев Белые оказались дезорганизованы, и даже отважный Денириэль – племянник скончавшегося короля, ныне возглавляющий войско Белых, не смог исправить сложившееся безнадежное положение. Демоны Нижнего уровня, направляемые хитроумной Ринецеей и ее братом, гранд-мастером черной магии Астором, узурпировали престол Пресветлых богов, заточив оных в подземном озере. А с другой стороны, Гедрон четко понимал, что до тех пор, пока Воины Судьбы остаются живыми и невредимыми, его шансы на власть весьма эфемерны, а положение – шатко. Но вот вывести из игры этих самых Воинов ему, увы, никаким образом не удается…
Чернокнижник взбешенно скрипнул зубами и громко выругался…