"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)
Впрочем, мне изначально бояться следовало не столько ментов, сколько подельников Сивого, поэтому расслабляться было рано. Нос надо по ветру держать, а ушки на макушке. Иначе сам не замечу, как с утюгом на груди окажусь. А то и сразу с секцией батареи на дне озера.
Свалить бы на время из города, но куда? Не к родителям же в посёлок! Заезжал к ним сразу после дембеля, за неделю чуть на стену не полез. Это раньше там можно было либо пить горькую, либо горбатиться в колхозе, сейчас альтернативы алкоголю попросту не осталось. И ладно бы ещё водку глушили, так нет же — какой только гадостью не травятся!
Да и найдут меня у родителей моментально, самое очевидное место. Вспомнился вчерашний разговор с Ромой о перебравшемся в Москву однокласснике, и после недолгих раздумий я счёл вариант залечь на дно в столице нашей родины самым годным. Отъезд на заработки подозрений точно не вызовет. Вопрос в другом: где взять денег на проезд и обустройство на новом месте. Пусть ночевать и на вокзалах можно, но до Москвы ещё добраться надо, да и кушать что-то придётся в дороге. Плюс деньги на первое время. Не милостыней же пробавляться, в самом деле, и не гоп-стопом зарабатывать!
Позавтракал я в итоге без всякого аппетита, но зато хорошенько всё обмозговал и под конец даже прищёлкнул пальцами от возбуждения, когда придумал быстрый и лёгкий способ поправить свои финансовые дела. Информация — это товар, и я знал, где найти на свой товар покупателя. И хоть всё было вилами на воде писано, медлить не стал, оделся, обулся и покинул квартиру, захлопнув за собой дверь.
Когда вышел во двор, от подъезда как раз отъезжала карета скорой помощи, а несколько тёток, переговариваясь между собой, глазели ей вслед. Тут же стояла Зинка Марченко-Михельсон с заплетёнными в две косицы тёмными волосами. Стройную фигуру соседской девчонки обтягивал лёгкий сарафанчик в зелёный горошек, и мне с немалым трудом удалось удержаться, чтобы не привлечь к себе внимание хлопком пониже спины. Вместо этого я просто спросил:
— Зин, что-то случилось?
— А? — вздрогнула та, глянула на меня, успокоилась и сказала: — Дяде Лёве плохо стало. В больницу увезли.
— Светлову, что ли?
— Ну да.
Я хмыкнул.
— А с Лидкой что не так? Тут ей интересовались вчера.
— Да она вторую ночь дома не ночует, — просветила меня девчонка.
— Вообще не появлялась или просто загуляла?
Зина покачала головой.
— Не знаю даже. Не видела её. Дядя Лёва поначалу всех наших одноклассников обежал-обзвонил, а потом вроде успокоился даже. Только перенервничал, наверное, вот сердце и прихватило.
— Все болезни от нервов, — авторитетно заявил я. — Ладно, бежать пора. Пока.
— Пока-пока!
Судя по лукавому взгляду Зинки, соседка ожидала чего-то вроде приглашения в кино, да только сейчас мне было не до развлечений. И к превеликому сожалению девчонок на второй план вытеснили не самолёты, а вещи несказанно более прозаичные и неприятные.
Санька-татарчонок жил в доме по соседству, туда я и отправился, но потерпел в своих поисках неудачу. На звонки в нужную квартиру никакой реакции не последовало, пришлось спуститься во двор. Пацан вполне мог торчать в каморе, где здешней шпаной была обустроена качалка, но без приглашения соваться в чужой подвал не хотелось. Пусть я и был с этим молодняком в несколько иных весовых категориях да и знаю почти всех, но соседний дом — это всё же соседний дом, и после вчерашнего смертоубийства встретить меня могли не слишком приветливо.
Я огляделся, увидел куривших на лавочке пацанов лет тринадцати, дошёл до них.
— Саню-Татарина не видели?
— Он до Кузи пошёл, — ткнул один бычком в дверь ближнего подъезда.
Илья Кузин был на год младше, поэтому обычно мы учились в разные смены, да и на каникулах особо не пересекались — разные компании, разные интересы, — но всё же несколько раз доводилось к нему заходить.
— Восьмой этаж? — припомнил я.
— Точняк.
Я кивнул и двинулся в подъезд. Звонить в квартиру не пришлось, дверь в тамбур оказалась приоткрыта, оттуда доносились голоса и тянуло табачным дымом.
— Тук-тук! — сказал я, заглядывая внутрь.
Увиденное как-то не особо даже и удивило. Пацаны расположились на лавочке, и Кузя в свете мощной лампы набивал на предплечье Татарина какое-то чешуйчатое и клыкастое чудовище. Тут же стоял пузырёк с чернилами и превращённая в пепельницу банка из-под пива со срезанным верхом.
При моём появлении Кузя откинул с лица длинную чёлку и близоруко сощурился, потом с некоторой настороженностью произнёс:
— Привет.
А вот Санёк обрадовался и с нескрываемым интересом полюбопытствовал:
— В натуре, что ли, Геру завалили?
— Да вроде как. Подробностей не знаю, сам по телику услышал, — поморщился я и поспешил перевести разговор на другую тему. — Дракона набиваешь?
— Ага.
— Не предъявят блатные?
Санёк покачал головой.
— Не, я специально узнавал. Дракон что-то у китайцев значит, у наших нет.
— Ты долго ещё? Разговор есть.
Вместо татарчонка ответил Кузя.
— Пять минут и заканчиваем на сегодня.
— А что за дело? — уточнил Санёк, перехватил мой взгляд на татуировщика и усмехнулся. — Да не, нормально. Говори.
Я прислонился плечом к дверному косяку и спросил:
— Знаешь, на кого Тоха работает? Я его самого спрашивать не хочу, он говнюк конченый, а к барыге дело есть.
Саня поморщился и даже зашипел от боли, когда Кузя начал забинтовывать припухшую татуировку.
— Проходил раз мимо его точки на Зелёном, но не объясню, как найти, — разочаровал меня Татарин. — Тебе б с Коляном на эту тему перетереть…
— Перетру, не вопрос. Он где?
Кузя фыркнул.
— В больнице! Вчера маслину схлопотал. Сцепился с какими-то залётными, слово за слово, хером по столу, ему и шмальнули в ногу.
— Да ладно?
— Типа того, — подтвердил Санёк, осторожно надел олимпийку и попрощался с приятелем: — До завтра!
Мы зашли в лифт и, когда створки закрылись, я спросил:
— Так всё и было?
— Гонишь, что ли? — фыркнул татарчонок. — Мы ж на разборки собирались, вот Колян самопал и взял с собой, а тот у него в кармане стрельнул. Ну он ментам и проехался по ушам о драке.
Я только головой покачал, мысленно похвалив себя за то, что не стал таскать ствол с досланным патроном за поясом. Конечно, ТТ — это не самодельная пукалка, но в случае чего и последствия были бы несравненно печальней, вплоть до летального исхода. Да и «отделаться» отстреленным членом или раздробленным коленом — так себе везение на самом деле.
— Как-то вчера совсем паршиво звёзды встали, — вздохнул я. — Ладно, что насчёт Зелёного? Покажешь точку?
Ехать в центр Саня точно не собирался и замялся, не зная, как бы соскочить с темы, тогда я пустил в ход один из своих козырей.
— Поехали! С меня пиво. И поесть куда-нибудь заскочим.
— Давай в пельменную на «Доме обуви»? — загорелся пацан. — Нам как раз по пути будет.
— Да не вопрос!
Мы отправились на троллейбусную остановку, а уже минут через десять зашли в пельменную с длинным прилавком-витриной раздачи и круглыми стоячими столиками. Я заказал пару двойных порций и по бутылке «жигулёвского». Ждать почти не пришлось, очень скоро мы занялись пельменями, которые нисколько не походили на домашние; были вытянутыми и более острыми на вкус. Не хуже, не лучше, просто другие.
— Не люблю я Зелёный, — поведал мне Санёк во время еды. — Там постоянно попадалово какое-нибудь. Принца знаешь? Он с тамошними кидалами связался, через месяц за групповое изнасилование сел. Прикинь?
— Капец.
— И нарков табуны ходят. На дозу мутят.
— Нарков сейчас везде много.
— Там особенно.
Мы без спешки перекусили, погрузились на трамвай и покатили на базар. Тот располагался напротив цирка, но давно уже не вмещался в пределы отведённой для павильонов территории, прилавки стояли и за оградой по всему кварталу, вплоть до возвышавшегося над округой своим бетонным куполом Торгового центра.