"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)

Лицо чародейки передернулось от ярости. Перед ней вновь возник прежний де Крайто – закомплексованный и зажатый. Стоило его припереть к стенке, он начинал мямлить и нести всякую раздражающую чушь.
– Нет уж, изволь объясниться сейчас! – Княжна демонстративно уперла руки в бока. – Давай выкладывай начистоту!
– Начистоту?! – Хьюго болезненно дернулся. – Зачем? Ты ведь предпочитаешь молчать!
– Что?! – возмущенно взвилась Анна, но ее несносный оппонент уже исчез в тускло полыхнувшем окне телепорта.
Княжна озадаченно потрясла головой и моргнула, избавляясь от радужных кругов перед глазами.
– Обидно, зато убедительно. Так и запишем – телепортацию мы освоили в полной мере… – пробормотала она, глядя на то место, где секунду назад стоял Хьюго, и все более утверждаясь в мысли, что в день прихода злополучного письма под дверями Златиного кабинета оказался именно де Крайто…
Радислава сидела на незаправленной кровати, подогнув под себя правую ногу, и перебирала струны, подбирая мелодию. Новая песня получалась немного грустной и весьма неоднозначной, совсем как нынешнее положение самой оборотнички:
 
 
Осень крылья расправляет,
 
Рассыпает самоцветы,
 
Паутина – как вопросы,
 
Листья – словно бы ответы.
 
 
 
Под ногой пожухли травы,
 
Росы блещут жемчугами,
 
Даже если мы неправы,
 
Что же завтра будет с нами?
 
 
 
Мы дорог не выбирали,
 
В пустоту шагая смело,
 
Это осень-мастерица
 
Перепутать все сумела…
 
 
Бум…
Красивый мелодичный перебор смешался в звенящую какофонию. Оборотничка раздраженно выдохнула сквозь неплотно стиснутые зубы и попробовала повторить прерванный проигрыш.
Бум…
Радислава вновь сбилась, отложила квиддеру и поднялась с кровати…
Виктор развернулся от верстака, на котором выправлял какую-то мелкую детальку от автомобильного карбюратора. Он частенько оставался работать в этой же комнатушке, когда Радислава принималась колдовать над квиддерой, подбирая новую мелодию. Оборотничка поначалу пыталась выдворить его вон, но потом привыкла и махнула рукой.
Бум…
– Человек! – взбешенно прорычала менестрелька, подкрадываясь к байкеру со спины. – Если я еще раз собьюсь на этом же месте, то порву на клочки и тебя тоже… а не только того идиота, который последний час тяжко вздыхает под лестницей, а теперь еще и бьется об нее лбом!
– Я сейчас этим идиотом сам постучу о лестницу, – многообещающе проворчал Виктор, откладывая работу и направляясь к двери. Методичное глухое бумканье по дереву его тоже не вдохновляло…
Байкер вышел наружу и свесился через перила. Внизу, привалившись к стене у опорного столба, стоял Хьюго де Крайто. И колотил по толстому деревянному брусу не лбом, а всего лишь кулаком, из которого сейчас, морщась, выдергивал занозы.
– Ты еще головой постучи, – с проникновенной хрипотцой предложил Виктор. – Может, если лестницей приложит, что-то умное изобретешь, как Ньютон.
– Ньютону повезло, – буркнул Хьюго, хмуро глядя на байкера, – он любил не женщину, а физику! И, заметь, взаимно.
– Что, Анна мозги вскипятила? – иронично заломил бровь оружейник, спрыгивая через перила на землю.
В ответ де Крайто так на него взглянул, что Виктор понял: не только вскипятила, но и всыпала туда ложку красного перца, а после хорошенько взболтала. Ну как тут не пожалеть несчастного влюбленного?..
Хьюго уж было развернулся, чтобы уйти, но вместо этого вновь от души треснул кулаком по опоре. Сверху посыпалась труха, и парню пришлось поспешно ретироваться из-под лестницы. Виктор неодобрительно глядел на него, и поэтому де Крайто волей-неволей пришлось пуститься в пространные объяснения…
 
Выслушав путаные, маловразумительные речи, байкер хмуро поскреб небритый подбородок и тоскливо взглянул на Хьюго. Каким бы огромным ни оказалось искреннее желание послать заклятого коллегу куда подальше, оружейник сдержался: обычно надменный и самоуверенный де Крайто сейчас выглядел откровенно жалким.
– А ты с Эриком говорил? – сжалился над ним байкер.
Оценив испуганную гримасу, исказившую точеное лицо Хьюго, Виктор только покачал головой, в очередной раз поражаясь педагогической выдержке Профессора.
– А надо бы, – вынес он назидательный вердикт. – Поговорил бы с князем, взял бы Анну в оборот и не ныл бы под чужим гаражом.
Лицо де Крайто перекосилось еще больше и, окончательно растеряв остатки загара, приобрело цвет свежеоштукатуренной стены. Ярость, отчаяние, острое желание почесать кулаки о наглую небритую физиономию Виктора настолько явно отразились в угрожающе сузившихся глазах молодого мага, что байкер, криво усмехнувшись, ловко перехватил его за локоть и потащил в сторону церкви…
  
Глава 3
 
Хьюго шипел, дергался, цедил сквозь зубы какие-то ругательства, но вырваться из цепких пальцев оружейника так и не сумел. Виктор отпустил его, лишь когда они очутились в закутке, в последние месяцы служившем отделу медпунктом, а Эрику – рабочим местом. Затолкав парня внутрь, Виктор встал напротив двери, скрестив руки на груди и перекрыв де Крайто путь к отступлению. Князь, оторвавшись от своих записей, развернулся в сторону вновь прибывших и хмуро уставился на них исподлобья, словно вопрошая: «Что надо?»
Князь Высокого дома ди Таэ, так же как и его сестра, терпеть не мог канун Самайна: все валилось из рук, а организм охватывало паршивое лихорадочное состояние. В такие дни даже кофе, вместо того, чтобы бодрить, нагонял сон, а пиво валило с ног не хуже знаменитого тролльего горлодера. И вот, похоже, все окружающие князю на радость решили расстаться со здоровьем именно в этот день! В тот самый день, когда он вообще предпочел бы не вылезать из постели и в кои-то веки насладиться заботливой суетой других вокруг своей драгоценной персоны. Но о заботливой суете Эрику осталось только мечтать, ибо Реальность не преминула напомнить, что дама она суровая, на сей раз явив себя князю в виде парочки шальных коллег. Первый из них выглядел сердито-отчаянным, словно загнанный в угол пасюк; а второй – так, будто собирался сделать из князя соучастника в особо извращенном злодеянии. Впрочем, против извращенного соучастия Эрик ничего не имел, особенно в том случае, если объектом злодеяния выступит Хьюго де Крайто.
Посверлив сердитым взглядом сначала князя, а потом Виктора, Хьюго окончательно убедился – деваться ему некуда.
– Князь, позвольте узнать, какой ответ вы дали герцогу ди Амберу? – поняв, что молчание как-то уж больно затянулось, выпалил де Крайто.
Светлые брови целителя недоуменно поползли вверх.
– Никакой, – пожал он плечами. – Я вообще не считаю, что должен отвечать на какие-то навеянные дурью писульки, именуйся их автор хоть трижды герцогом. Откуда вы, кстати, вообще узнали о полученном от ди Амбера письме? Насколько мне известно, Анна намеренно не стала посвящать вас в этот инцидент.
– Я… – Хьюго почувствовал, как его лицо наливается краской стыда, – случайно услышал… Анна и госпожа кардинал обсуждали письмо в день получения.
– Кто бы сомневался, – насмешливо фыркнул Эрик. – Ваше умение оказываться не в то время и не в том месте уже стало притчей во языцех. Анне вы, само собой, ничего не сказали, предпочтя терзаться происходящим в гордом одиночестве. Но в итоге не выдержали – и состоялся, как любит говорить Жози, бэль скандаль. Все правильно?
– Ну… э… почти. – Хьюго совсем скис. – Князь! – Де Крайто импульсивно подался вперед. – Эрик, что я могу сделать? Чем я могу помочь?! Я уже достаточно натворил глупостей, и если с Анной что-то случится, я себе этого не прощу…