"Фантастика 2-23-120". Компиляцмя. Книги 1-20 (СИ)
— О, Серый! — развёл он руками. — Тебя каким ветром занесло?
— Слушай, вы тут сильно загружены? — негромко поинтересовался я. — Украду Рому на пару часов? Край надо.
Дюша оглядел гараж и задумчиво потёр подбородок.
— Да мы, вроде, уже закончили со сборами. Забирай.
— Ещё «буханка» нужна будет. Бензин с меня.
— Не вопрос, — пожал плечами Андрей и указал на Тихона Морозова, в чьём ведении находилась бухгалтерия. — Только пусть Тиша учтёт в табеле.
Я подошёл к Толстому и отвлёк его от газеты тычком в пухлый бок.
— А? Что? — встрепенулся Тихон. — Чего тебе, Енот?
— Чё с деньгами? — спросил я. — Пятое число уже.
— Так суббота же! — возмущённо зашлёпал губами Морозов. — На неделе выдам.
Меня такой ответ нисколько не устроил. Если поначалу плату за собранную мебель выдавали чуть ли не день в день, то с августа перешли на аванс и расчёт, но оговоренные сроки выдерживались из рук вон плохо.
— На неделе? — хмуро переспросил я. — То есть не в понедельник?
— В понедельник могу не успеть.
Подошёл Рома, хмуро глянул на Морозова сверху вниз.
— Чего ты не успеешь? Можно подумать, бабло в банке держат!
— Ну не под матрасом же их хранить! — возмутился Тихон и постучал себя толстым пальцем по виску. — В банке ещё и проценты капают!
У меня зародилось подозрение, что именно по причине начисляемых процентов нас и кормят завтраками, но сейчас развивать эту тему не стал и предупредил Морозова:
— Андрей разрешил «буханку» взять, запиши на меня расход бензина.
Тиша воспользовался случаем закончить неприятный для себя разговор, взял блокнот и ручку, вышел из гаража. Рома озадаченно глянул на меня и спросил:
— Куда-то собрался?
— Есть дело на три бутылки «Пшеничной» и пару часов свободного времени, — усмехнулся я в ответ. — Ты как?
— Три по ноль пять на двоих? — озадачился Романов. — А что делать нужно?
— Три бутылки — это не на двоих, это тебе. И делать ничего особо не придётся, свозишь меня кое-куда и с погрузкой-разгрузкой поможешь. За два часа обернёмся.
— Да я не против, но…
— Дюша отпустил.
— А! — обрадовался Рома. — Тогда погнали! Задолбался уже на умах сидеть.
Водка неспроста считалась универсальной валютой, зачастую ей можно было расплатиться там, где не помогли бы ни рубли, ни даже доллары. Сашу Романова я знал как облупленного, поэтому и разорил дядькину заначку.
Вернулся Тихон, помахал блокнотом и отпустил нас.
— Всё, можете ехать, пацаны! — Потом взял газету и перешёл к Лёне Гуревичу и Косте Чижову, которые резались на приставке в «Контру». — Слушайте, тут пишут, люди на русском антиквариате большие деньги заколачивают…
— И? — недоумённо вскинулся Чиж. — Нам-то что с того?
— Так и мы можем! Проедемся по деревням, икон выкупим и всего прочего…
Тут уже и Лёня отвлёкся от игры, покачал головой.
— Тиша, ну какие деревни? Мы, блин, не в Золотом кольце живём и не в сибирской глухомани!
Толстый насупился и пожал плечами.
— Ну можно ещё лотерейные билеты под видом новых банкнот впарить. Мол, реформа денежная началась, обмен идёт!
— Ты откуда это всё собираешь? — не выдержал я, хоть и прекрасно знал ответ.
— В газетах пишут, полно случаев…
— Во-первых, обманывать пенсионеров нехорошо, — счёл необходимым заметить я, пусть и не особо рассчитывал Тишу этим аргументом впечатлить. — Во-вторых, прикопают тебя где-нибудь в лесочке с такими замашками.
— Чего это? За что? — округлил глаза Морозов.
Рома не выдержал, заржал в голос.
— Нет, ну сам прикинь — ты в деревню приезжаешь в модных шмотках и на машине, да ещё пытаешься местных кинуть. Такого сам бог велел грохнуть и обобрать.
Я кивнул и вышел из гаража, Романов, позвякивая ключами от автомобиля, двинулся следом. На улице он достал из кармана пачку «Родопи» и закурил.
— Чего так жидко? — удивился я.
— Блин, Серый, ты будто с луны свалился! — возмутился Рома. — Сигареты подорожали пипец как! Нормальные теперь дешевле чем за стольник не найти, а я не миллионер подпольный так шиковать.
Он выпустил в небо струю табачного дыма, уселся за руль и завёл двигатель, затем спросил:
— Куда едем?
Юлить и тянуть время я не стал, ответил прямо:
— На базу Мальцева.
Рома от удивления даже матернулся.
— На фига?
— Он со мной не рассчитался до конца, кое-что заберу в счёт долга.
— Серый, ты точно уверен?
— Да не очкуй, всё нормально будет.
Думаю, предложи я Роме пятьсот рублей или даже тысячу, он мог бы и не согласиться, но водка — это святое. Поломаться — поломался, но и только. Да и то больше для виду.
— Там хоть есть что брать? — спросил он, когда мы въехали на промзону. — Не всё вывезли ещё?
— Тебе-то какая разница? Вывезли, развернёмся и уедем.
Рома обиженно засопел и заткнулся. Вновь он забеспокоился, только когда я вытянул из сумки кусачки.
— Не примут нас тут?
— Да никого кругом! — отмахнулся я и огляделся, но ничего подозрительного не заметил.
Да и что подозрительного могло быть на зажатом высоченными бетонными заборами пятачке? Тут и в разгар рабочего дня не самое оживлённое место, а уж с наступлением ранних осенних сумерек округа и вовсе словно вымерла.
Я подступил к воротам, напрягся, и кусачки не без труда, но всё же справились со стягивавшей створки цепью; навесной замок с лязгом упал на землю. Поднял его и закинул в траву. Потом распахнул ворота и скомандовал приятелю:
— Рома, заезжай!
Тот медлить не стал и загнал «буханку» во двор, а я вновь сдвинул створки и осмотрелся. Гаражный бокс стоял открытым, поэтому сразу мелькнула мысль, что всё уже украдено до нас, но не проверить самому было бы просто глупо, и я указал Романову на здание цеха.
— Задом к нему сдай!
Идти внутрь не было никакого желания, а вот нежелания туда идти, напротив, было хоть отбавляй. Всё же едва ноги в прошлый раз унёс, чуть не грохнули. Да ещё Рома подлил масла в огонь, спросив:
— Это здесь Мальцева завалили, да?
— Угу, — промычал я в ответ и шагнул в цех.
В темноте кровавых пятен на бетонном полу разглядеть не получилось, да и пылью всё давно затянуло. Впрочем, воспоминания о прошлом волновали недолго, куда больше беспокоило, не спёр ли кто-нибудь колючую проволоку. Но нет — не спёрли, так и лежала у забора рядом с опрокинутыми малярными козлами.
Я вернулся к машине, распахнул задние дверцы и достал брезентовую спецовку, затем надел пошитые из столь же грубого материала рабочие рукавицы. Рома с тяжким вздохом последовал моему примеру, а потом мы принялись тягать мотки колючей проволоки и грузить их в «буханку». Не могу сказать, что работа была такой уж утомительной, но в темноте ничего не стоило упасть или ободраться о железные острия, под конец даже запыхались немного.
— Валим отсюда! — поторопил меня Рома, закинув в машину рукавицы. — Если нас тут примут…
— Не каркай! — прошипел я и вскинулся, заслышав странный лязг, но тревога оказалась ложной: просто ветер стукнул одной дверцей ворот о другую.
И всё же я выглянул в проезд первым, осмотрелся и лишь после этого дал отмашку Романову.
— Погнали!
Тот подкатил к воротам и остановился, позволяя мне забраться в кабину, тогда я замахал рукой.
— Да проезжай ты! Проезжай! — дал вывести автомобиль с территории, сдвинул створки и лишь после этого присоединился к приятелю, развалился на сиденье, с облегчением перевёл дух. — Погнали!
Ну и мы погнали. Рома мигом пришёл в превосходное расположение духа и принялся сыпать шутками-прибаутками, потом спросил:
— И много за колючку выручишь?
— Хрен да маленько, — честно сознался я. — Хозблок знаешь, где я сторожем подрабатываю? Давай туда.
— Так ты не на продажу? — опешил Романов. — В натуре, что ли?
— Зато на дежурствах спать спокойно буду. Затянем ворота колючкой, никто не залезет, — отбрехался я. — Да и не моя водка, мы ж там с дядькой на пару сторожим — он проспонсировал.