Измена. Счастье на десерт (СИ)

Нет, Миша (да, все-таки его звали Миша), мне очень нравился. Скромный, симпатичный. Не ухлестывал за однокурсницами, а скромно сидел всегда в уголке с томиком стихов поэтов серебряного века.
Он и сам стихи писал. И даже посвятил один мне. Пусть дурацкий и не понятный. Но это показалось мне так романтично.
Подружки с потока, будущие бухгалтера и финансисты, подшучивали надо мной, что я так и останусь последней девой, которая сбережет свою невинность до глубокой старости.
Так что, когда после нескольких месяцев странных свиданий с Мишей, проходящих как под копирку на каком-нибудь очередном кружке вялых литераторов, нас пригласили в общежитие к подружке, отмечать ее День рождения, я подумала, что это хороший повод пойти на "сближение".
Собственно, пригласили только меня. Миша шел как дополнение, коль уж для всех, он был объявлен моим парнем.
В общем, когда среди шумной компании мы нашли укромный уголок в одной из комнат в общежитии, обитатели которой ушли на общую пьянку, по поводу дня Рождения моей знакомой, я решила взять инициативу в свои руки и…
Была сильно разочарована.
Да, именно так. Разочарована.
Ничего такого, о чем с таким восхищением рассказывали девчонки на переменах между парами, я не испытала.
Нет, конечно я понимаю, это был мой первый раз и нужно делать на это скидку, но все же.
С Мишей я конечно рассталась. Этот странный опыт наглядно показал, что без физического влечения любые отношения обречены на провал.
А к Мише меня не влекло. Это был скорее просто интерес. Любопытство, которое растаяло после первой же близости, когда пришло понимание, что он совсем не тот, кого я себе представляла.
Да, мы девочки такие. Начитаемся книг, ждем своего первого и единственного, для которого бережем свой "цветочек". А на деле, первый раз, почти всегда, выбираем не того.
Симпатия к Мише, пусть и скорее надуманная, иссякла окончательно и я даже переживала, что он напротив, начнет теперь более активно ухаживать, но…
На мое счастье, Миша остался все тем же вялым романтиком с томиком стихов, сидящим одиноко на подоконнике в коридоре института.
И когда я просто не подошла к нему на следующий день, он даже не стал выяснять, что случилось.
Обидно? Немного. Но, как говориться, негативный опыт — тоже опыт.
Так что я отнеслась к этому философски, не утруждая себя переживаниями по этому поводу.
Тем более, что в скором времени на горизонте замаячил Виталик — высокий мускулистый красавчик со спортфака.
В сравнении со скромным и робким Мишей, Виталик был просто каким-то ураганом.
Напористый, уверенный в себе. Одаривал меня подарками, заваливал цветами. Я и сама не заметила, как наши отношения переросли в бурный роман, который растянулся на долгие годы и перерос в итоге в нашу свадьбу.
Мне казалось, я самая счастливая девушка на свете. Влюбленная и любимая. Не замечала даже, что в наших отношениях Виталик тянул одеяло на себя. Как в сексе, так и в быту, отводя для меня лишь роль второго плана.
А я смотрела на него влюбленными глазами, готовая дарить свою любовь без остатка.
Но, прошлая ночь, проведенная с Максимом, перевернула в моей голове абсолютно все.
Я и представить себе не могла, что может быть вот так. Что можно не только отдавать, но и самой получать любовь, растворяясь в потоке нежности и страсти.
Максим. Все-таки он у меня замечательный. Не знаю, что такого хорошего я совершила в жизни, что вселенная послала его мне в один из самых трудных периодов моей жизни, когда напасти валятся на меня с разных сторон, одна за другой, нарастая в один огромный ком проблем.
Как хорошо, что Максим рядом. С ним я чувствую себя увереннее, спокойнее. Его высокая широкоплечая фигура, как незыблемый ориентир в водовороте бурных событий наполняющих мою жизнь.
И конечно, я хочу быть ему хоть как-то полезной. И если я могу помочь с этой ппшной свадьбой, то я приложу все усилия к этому.
Пусть я даже никогда раньше не применяла свои кулинарные таланты в таких масштабах.
   
Глава 59
 
Кафе. То самое, где мы с Максом впервые… танцевали. Кружились ночью среди пустых столиков в центре зала.
Воспоминания о прикосновениях Максима, во время нашего танца, расплываются теплой волной по телу.
Теперь кафе оживлено. Наполнено людьми. Но, смутно знакомый интерьер, все равно навевает образы из той ночи.
Та же массивная дверь с витражным стеклом, закрывающаяся на большой засов изнутри. Теперь она распахнута настежь, заманивая новых посетителей внутрь кофейни головокружительными ароматами свежей выпечки и дурманящим горьковатым запахом свежесваренного кофе.
Те же колонны в центре зала, зонирующие пространство. Небольшие мягкие диванчики возле аккуратных столиков. Чуть в отдалении, там, в глубине помещения — стойка баристы.
Хочу уже пройти внутрь, но слышу сзади голос Максима:
— Пойдем, познакомлю тебя со всеми.
Оборачиваюсь. Макс, не заходя в кафе, манит меня рукой куда-то за здание.
Странно. Выхожу на улицу и иду вслед за ним.
Обогнув здание кафе слева, по узкому прогулку между домами, оказываемся у небольшой металлической двери с надписью на табличке — "Служебный вход".
Только теперь вспоминаю, что в тот раз Максим открывал мне центральные двери кафе, зайдя через служебный вход, откуда-то сбоку. Улыбаюсь, вспомнив, что подумала тогда, что он в чужое заведение среди ночи вломился.
Макс открывает дверь и жестом приглашает войти меня внутрь.
Оказываюсь в небольшом помещении. Что-то вроде прихожей, где оставляют свои вещи и переодеваются, пришедшие с утра на работу сотрудники.
Вон и кабинки с написанными на них именами вдоль стены стоят. Парочка никем не заняты. Через приоткрытые дверцы видно пустоту на полках.
У дальней стены, противоположной входу, расположилась еще одна дверь. Ведущая, судя по всему, на кухню. Через круглый, словно иллюминатор в самолете, стеклопакет, видно ее интерьер.
— Народ, минуточку внимания! — громко объявляет Макс, когда мы входим.
Народу собственно не много.
Крупная женщина, в фартуке и подвязанными поварской косынкой волосами. Услышав Макса, застывает с большим противнем в руках, на котором пышут жаром румяные булочки, только что вынутые ей из печи.
— О, Максим Александрович. Доброе утро, — улыбается она, ставя лист с выпечкой на большой, обитый блестящим металлом рабочий стол.
— Люба, я не понял, а где все?
— Ну, Кристина наша, — вздыхает женщина, поправляя пухлой пятерней косынку, — как всегда опаздывает, а Митя… А вот он, как раз!
Из зала на кухню, через двойные маятниковые двери, толкая их спиной, протискивается худой парнишка-официант, прижимающий к себе стопку пустых тарелок на подносе.
Разворачивается и, заметив Максима, замирает на секунду.
— Доброе утро, Максим Александрович, — спешно бормочет он и быстрым шагом несет поднос к раковине.
— Доброе, доброе… — задумчиво произносит Макс, провожая Митю взглядом.
Интересно, почему они все к нему по имени-отчеству обращаются?
— Вижу, вы наконец мне замену нашли?
Только сейчас, обращаю внимание, что повариха, все это время, внимательно меня разглядывает.
— Как можно, Люба, — смеется Максим, — Куда мы без твоих чудесных булочек? Лучше тебя их никто не печет.
— Скажете, тоже, — на щеках Любы появляется легкий румянец, видео, что похвала ей приятна, — Кстати, как раз первая партия уже готова.
Она берет с противня румяную булочу, протягивает Максу:
— Вот, попробуйте.
— М-м-м, вкуснотища, — мычит с набитым ртом Макс, откусив сразу половину предложенной ему булочки.
Он с таким наслаждением жует ее, что я чувствую даже легкую ревность. Раньше он только от моих кексиков так кайфовал.
Стою, надув губки от обиды, и смотрю как он лопает эту румяную булку.
Заметив это, Макс протягивает мне вторую булочку с противня: