Мое прекрасное искупление

У Томаса перехватило дыхание, и он закрыл глаза. Вода стекала с его волос по лицу, капая с носа и подбородка.
– Но останешься ли ты? – сказал он и посмотрел на меня.
Я нахмурилась:
– Томас…
– Ты останешься? – снова спросил он, на этот раз громче.
– В каком смысле останусь?
Он сделал шаг назад, испортив тем самым весь момент. Потом дотянулся до крана, опуская его, и на нас тут же хлынула ледяная вода. Томас уперся ладонями в стену, встав под струю и уронив голову, а я завизжала, хватаясь за дверь, чтобы выбраться.
Когда я рванула наружу, то поскользнулась и упала на колени.
Томас кинулся ко мне:
– Боже! Ты в порядке?
– Да, – сказала я, потирая локоть, а потом колено.
Томас схватил полотенце, перекинутое через дверцу душа, и набросил мне на плечи, затем взял с поручня другое и обмотал вокруг талии.
Он покачал головой:
– Ничего не повредила?
– Только свою гордость.
Томас вздохнул и поднял мою руку, осматривая ее.
– Как колено? – спросил он, наклоняясь.
Когда я вытянула ногу, на которую упала, Томас внимательно посмотрел на нее.
– Я первоклассный придурок, – сказал он, проводя рукой по влажным волосам.
– Я сама не лучше.
Набрав в рот воздуха, я надула щеки и выдохнула.
На несколько секунд в комнате повисла неловкая тишина. Я оставила Томаса в ванной и пошла за зубной щеткой. Когда я вернулась, он снял крышку с тюбика пасты. Я протянула щетку, и он выдавил немного пасты, потом проделал то же самое со своей щеткой.
Мы сполоснули щетки и уставились в зеркало его ванной комнаты, которой он пользовался еще подростком. Завернутые лишь в тонкие полотенца с цветочным рисунком, мы вместе чистили зубы, пользуясь одной раковиной. Все казалось столь обыденным, однако еще десять минут назад между нами была неловкость, и я не могла в полной мере насладиться моментом.
Я наклонилась, чтобы выплюнуть пасту и прополоскать рот, Томас сделал то же самое. Он усмехнулся и пальцем стер пятнышко пасты с моего подбородка, потом нежно обхватил мое лицо ладонями. Его улыбка потускнела.
– Восхищаюсь твоей способностью тщательно изучать каждую деталь, но зачем препарировать наши отношения? – уныло проговорил он. – Почему бы просто не попытаться?
– Томас, ты еще не забыл Камиллу. Сегодня вечером это стало ясно. Только что ты попросил меня остаться с тобой в Сан-Диего. Мы оба знаем, что я не смогу и не захочу сдержать это обещание. Вполне разумно, что после всего ты хочешь стабильности, но я не могу гарантировать, что не стану продвигаться дальше по карьерной лестнице в Бюро.
– Что, если я дам тебе гарантии? – спросил он.
– Какие, например? Только не говори, что это любовь. Мы познакомились в прошлом месяце.
– Лииз, мы не похожи на других. Мы проводим вместе каждый день – иногда весь день, а потом и вечер, и даже выходные. Если мы будем следовать по намеченному пути, у нас на все хватит времени.
Я на мгновение задумалась.
– Прекрати так много думать. Хочешь гарантий? Лииз, я вовсе не бросаюсь в омут с головой. Да, я уже любил прежде, но то, что я испытываю к тебе… это чувство в тысячу крат сильнее.
– У меня тоже к тебе чувства. Но иногда этого недостаточно, – сказала я, прикусывая губу. – Я боюсь, что, если ничего не выйдет, на работе все станет сущим кошмаром. А для меня это неприемлемо, Томас, ведь я очень люблю свою работу.
– И я тоже, но ты стоишь того, чтобы рискнуть.
– Откуда тебе знать?
– Зато я знаю, что скучать не придется. И я не буду ворчать из-за повышения, даже если оно занесет тебя в другие края. Может, мне надоест Сан-Диего. Я, кстати, люблю Вашингтон.
– И ты поехал бы в Вашингтон, – невозмутимо проговорила я.
– Пока до этого далеко.
– Вот поэтому я не могу обещать, что останусь.
– Я не хочу, чтобы ты обещала остаться в Сан-Диего. Я хочу, чтобы ты осталась со мной.
Я нервно сглотнула.
– А… Ну тогда… я наверное… смогла бы это сделать, – сказала я, и мой взгляд забегал по крошечной комнатке.
– Лииз, больше никакого притворства.
Томас сделал шаг по направлению ко мне и легонько потянул за мое полотенце. Оно упало на пол, и тогда он сдернул свое.
 
– Скажи это, – проговорил он тихим, спокойным голосом.
Он обхватил мое лицо ладонями и наклонился, но остановился всего в дюйме от моих губ.
– Хорошо, – прошептала я.
– Хорошо что?
Томас впился поцелуем в мои губы, зарылся пальцами в волосах и резко притянул к себе. Затем он зашагал вперед. Я пятилась до тех пор, пока не уперлась спиной в стену. Я ахнула, и его язык проник внутрь, нежно лаская мой язык, ища ответа. Томас отстранился, я же затаила дыхание, страстно желая нового поцелуя.
– Хорошо, – выдохнула я, не стесняясь умоляющих ноток в голосе. – Больше никакого притворства.
Томас поднял меня, и я обхватила ногами его талию. Он держал меня достаточно высоко, чтобы я ощутила прикосновение его твердого достоинства к нежной коже у себя между ног.
Я впилась пальцами в его плечи, приготовившись к незабываемым ощущениям, которые испытала в ночь нашего знакомства. Томасу стоило лишь немного опустить меня, и тем самым он бы удовлетворил все мои фантазии, возникшие за последние три недели.
Но он не двигался. Он чего-то ждал.
Я прикоснулась ртом к его уху, даже закусила губу в предвкушении того, что скажу и к чему это приведет.
– Больше никакого притворства, сэр.
Томас расслабился, а потом медленным, размеренным движением опустил мои бедра. Я застонала, когда он вошел в меня, и замурлыкала, ощущая его полностью внутри себя. С силой прижавшись щекой к щеке Томаса, я впилась ногтями в его крепкие плечи. Без всяких усилий он приподнял меня, а потом снова опустил, тоже застонав.
– Вот дьявол! – воскликнул Томас, не открывая глаза.
Толчки становились более ритмичными, заставляя каждую клеточку моего тела вспыхивать от самой приятной и ошеломляющей боли. Он с трудом сдерживал себя, его приглушенные стоны становились громче с каждой минутой.
– Нам нужно… черт подери, – выдохнул он.
– Не останавливайся, – взмолилась я.
– Какая же ты сладкая, – прошептал он, опуская меня на ноги.
Не успела я возразить, как он развернул меня и прижал к стене. Уперевшись руками и грудью в твердую поверхность, покрытую краской, я широко улыбнулась.
Томас положил руку мне на щеку, и я повернулась, целуя его пальцы. Потом открыла рот, впуская внутрь один. Когда я слегка пососала его палец, Томас прерывисто вздохнул.
Он нежно провел большим пальцем по линии моих губ, по шее и плечу. Затем спустился ладонью по позвоночнику, повторяя форму ягодиц, и наконец пристроился между моих бедер. Легонько надавил на одну ногу, отводя ее в сторону. Я охотно распахнула колени, упираясь ладонями в стену, после чего он рывком привлек мои бедра к себе.
Томас медленно вошел в меня, но выходить не торопился. Вместо этого он стал легонько водить бедрами, наслаждаясь моей горячей плотью.
Одной рукой он сжал мое бедро, а второй дотянулся до самого чувствительного местечка. Слегка помассировал там средним пальцем, а потом отстранился. Он снова резко вошел в меня и застонал.
Я согнулась, сильнее прижимаясь к нему ягодицами, давая Томасу возможность проникнуть так глубоко, как ему хочется.
С каждым новым толчком его крупные пальцы сильнее впивались в мои бедра, доводя меня до грани удовольствия. Я закусила губу, запрещая себе вскрикнуть. Как только моя кожа покрылась тонким слоем пота, мы вместе провалились в экстаз.
  
Глава 18
 
Я протянула руку, минуя обнаженную грудь Томаса, чтобы выключить надоедливый звонок его мобильника. От малейшего движения между ногами заныло, напоминая о страстном сексе прошлой ночью. Я положила голову на рельефный живот Томаса и улыбнулась воспоминаниям, мелькавшим у меня перед глазами.
Томас потянулся, его ноги были явно длинноваты для этой кровати. Он зашевелился, шурша простынями, и я провела ладонью по нежной коже, лежа в окружении трофеев и безделушек его детства.