Мое прекрасное искупление
– Что, простите?
– Ваш кабинет, – сказал он, проходя внутрь и касаясь ладонью пустых полок. – Вы им довольны?
– Да?
Взгляд Мэддокса устремился на меня:
– Это вопрос?
– Нет. Я довольна кабинетом, сэр.
– Хорошо. Если что-нибудь понадобится, дайте мне знать. И… – Он указал на стеклянную перегородку. – Если этот скользкий подонок будет вам докучать, вы сразу же придете ко мне, ясно?
– Я сама могу справиться с Сойером, сэр.
– Как только он… – чуть ли не прошипел Мэддокс, – … сделает колкое замечание, поставит под сомнение ваш авторитет или станет с вами заигрывать, немедленно идите в мой кабинет.
Станет заигрывать? Кого он пытается обмануть?
– Зачем вы назначили его на это дело, если терпеть не можете?
– В его области ему нет равных.
– Но вы его не слушаете.
Мэддокс раздраженно потер глаза большим и указательным пальцами.
– То, что я мирюсь с поганым характером Сойера ради его талантов, не означает, что вам надо делать то же самое.
– Я кажусь вам слабой?
Мэддокс свел брови вместе:
– Что?
– Вы пытаетесь подорвать мою репутацию? – сказала я, выпрямляя спину. – В этом ваша игра? Я все пыталась понять, в чем дело. Конечно! Намного лучше выставить меня капризной и некомпетентной, чем спускать на меня всех собак.
– Что? Нет! – растерянно проговорил он.
– Я в силах справиться с Сойером. Как и со своей новой должностью. Я прекрасно могу руководить этой группой. Есть ли у вас еще что сказать, сэр?
Мэддокс понял, что стоит с разинутым ртом, и поспешил закрыть его.
– На этом все, агент Линди.
– Отлично. Меня ждет работа!
Мэддокс открыл дверь, сунул руки в карманы брюк, кивнул и ушел, направляясь к двери с кодовым замком. Я взглянула на часы и поняла, куда именно он идет.
Вэл вбежала внутрь, округлив глаза.
– Матерь Божья, что это было?
– Понятия не имею, но собираюсь выяснить.
– Вчера он в спешке покинул паб. Он проводил тебя домой?
– Нет, – сказала я, поднимаясь.
– Врешь!
Я проигнорировала коллегу.
– Мне нужно выпустить пар. Хочешь присоединиться?
– Фитнес-зал в личное время ПООСа? Черта с два! Лииз, лучше его не провоцировать. Я понимаю, что у вас двоих что-то вроде соревнования, но он известен своим вспыльчивым нравом.
Я подняла с пола спортивную сумку и перебросила через плечо.
– Если он так хочет, будет ему ответ.
– И куда это вас приведет? К крайностям?
Я задумалась:
– Он только что ворвался сюда и распсиховался из-за Сойера.
Вэл пожала плечами:
– Сойер придурок. Он кого угодно достанет.
– Нет, мне определенно показалось, что Мэддокс… понимаю, как это прозвучит, но он вел себя как ревнивый бывший парень. Если дело не в этом, тогда он дал мне эту должность, чтобы выставить меня некомпетентной. Это сходится с тем, что ты говорила про него раньше и что он сделал до моего повышения.
Вэл порылась в кармане и достала маленький пакетик с крендельками. Кинула один в рот и прожевала, совсем как бурундук.
– Я больше склоняюсь к теории, что Мэддокс ревнует, но это просто невозможно. Во-первых, он ни за что бы не стал ревновать к Сойеру. – Ее лицо скривилось. – Во-вторых, Мэддокса это больше не интересует, та девушка заставила его ненавидеть всех, у кого есть вагина.
Я хотела напомнить, что до меня он давно ни с кем не спал, а значит, мне хотелось, чтобы он ревновал – но это было вовсе не так.
– С чего ты решила, что это ее вина? – спросила я.
Вэл замерла:
– Он любил ту девушку. Ты была в его кабинете?
Я покачала головой:
– Теперь полки пустуют, а раньше там стояли ее фотографии. Все знали, чего ему стоило выполнять свою работу и при этом любить ее так, как, по его мнению, она заслуживала. Теперь об этом никто не говорит – не потому, что он сделал что-то не так, а потому, что она разбила ему сердце. Никто не хочет, чтобы он страдал еще больше.
Я пропустила слова Вэл мимо ушей.
– Вэл, я аналитик разведданных. Мне свойственно складывать вместе кусочки информации и строить теории.
Девушка поморщила носик:
– А это тут при чем? Я лишь пытаюсь опровергнуть теорию о том, что он ревнует тебя к Сойеру.
– Я этого не говорила.
– Но тебе хочется, чтобы это было так.
Вэл не сомневалась в своей правоте. Меня это ужасно бесило.
– Я лишь хочу знать, не ошиблась ли на его счет. Действительно ли он пытается втоптать меня в грязь. Я хочу снять верхний слой и посмотреть, что кроется под ним.
– Боюсь, тебе это не понравится.
– Посмотрим, – сказала я, проходя мимо Вэл и направляясь к двери.
Глава 5
Мэддокс поднимал туловище из положения лежа, когда вдруг увидел меня и замер.
– Не может быть!
– Может, – сказала я, направляясь в женскую раздевалку.
Он откинулся на скамью, на которой сидел, согнув ноги в коленях и упираясь ступнями в пол.
– Ты хочешь, чтобы мы друг друга возненавидели? – спросил он, глядя в потолок. – Мне почему-то так кажется.
– Ты сам не слишком-то отстаешь, – ответила я, проходя сквозь двери.
Я достала из спортивной сумки одежду для тренировки, сбросила темно-синюю юбку-карандаш, расстегнула бледно-голубую блузку, а следом поменяла свой бюстгальтер третьего размера на спортивный. Удивительно, как из-за небольшого клочка материи мои изгибы менялись от скромных, но красивых форм до телосложения двенадцатилетнего мальчика.
В комнате, где вдоль стен стояли шкафчики и висели мотивационные постеры, совсем не воняло сыростью и грязными кроссовками, как я ожидала. В воздухе стоял запах хлорки и свежей краски.
Когда я подошла к ближайшей беговой дорожке, Мэддокс заканчивал упражнения на пресс. Мои кроссовки «Адидас» скрипели при каждом соприкосновении с резиновым полом. Я ступила на дорожку и продела край своей белой футболки с надписью «ФБР» сквозь безопасную застежку.
– Но почему сейчас? – спросил Мэддокс через весь зал. – Зачем приходить сюда во время моего обеденного перерыва? Разве ты не можешь заниматься утром или вечером?
– Ты видел этот зал до и после этого времени? Все тренажеры заняты. Чтобы полноценно потренироваться и избежать уймы потных тел, лучше всего приходить в твой час, потому что тогда сюда никто не сунет носа.
– Правильно, я не позволю.
– Значит, попросишь меня уйти? – проговорила я, глядя на него через плечо.
– В смысле, прикажу?
Я пожала плечами:
– Понимай как знаешь.
Мэддокс остановился взглядом на моих узких легинсах, обдумывая это, а потом перешел на брусья, поднимая ноги почти до уровня груди. Если он тренируется в таком духе пять раз в неделю, то неудивительно, что у него идеальный пресс. По лицу парня струился пот, а весь торс блестел.
Я сделала вид, что не замечаю Мэддокса, и нажала на кнопку, включая беговую дорожку. Полотно медленно поползло вперед, и я ощутила знакомую вибрацию под ногами. Я надела наушники, ища спасения в музыке, – мне не хотелось думать о Мэддоксе, который за моей спиной совершенствовал и так совершенное тело. Потом я увеличила скорость, сосредотачиваясь на беге.
После нескольких кругов я вытащила из уха наушник, и тот повис на моем плече. Я повернулась, глядя на зеркала слева от себя и обращаясь к отражению Мэддокса.
– Кстати, я тебя раскусила.
– Правда, что ли? – пыхтя, ответил Мэддокс.
– Будь уверен.
– И что это, мать твою, значит?
– Я не позволю тебе осуществить задуманное.
– Ты всерьез думаешь, что я пытаюсь саботировать твою работу? – с иронией спросил он.
– А разве нет?
– Я уже сказал, что нет. – Через пару секунд он уже стоял рядом с беговой дорожкой, положив руку на поручень.
– Линди, знаю, что произвел на тебя не самое лучшее впечатление. Признаюсь, что поступил так намеренно. Но я стремлюсь к тому, чтобы сделать своих агентов лучше, а не рушить их карьеру.