Загадка пропавшей статуи (СИ)

— Или заранее, — подсказал Тукан. — Мне тоже рассказ этой д… дроу показался заученным. Особенно то, как она принялась меня сбивать с толку.
— Узнаем, когда вернётся Чиала, а пока шагом марш к Тоорилу и Рокоро… кхм, Куро… близняшкам, короче, сами решайте кто к какой.
— А разве не логично теперь пойти к этому Сунраду, ну, раз мы про него заговорили? — удивился крестоносец.
— Хм-м-м, нет. Пока нет. Мне интересно услышать, что скажут именно эти трое.
— Мне они показались, эм, ну, самыми невиновными, что ли? — заметил Фалайз. — Ну, кроме Щёлочи, конечно.
— Да, есть такое, — согласился с ним Тукан.
— Вот именно! Они и в сокровищнице были заодно. Заметьте, правда это или нет, но Горац и Матаракша смогли внятно объяснить, зачем им статуя. Это согласуется и с их образом.
— Хочешь сказать, что монголу не нужна статуя? — догадался крестоносец.
— Суть ты уловил, — подтвердила Фиона и поторопила их. — А теперь идите — у нас и так немного времени!
  
Углубляясь в паутину лжи
 
К удивлению Фалайза, эльфиек-близняшек, поместили в разные комнаты. По его мнению, это было лишено всякого смысла. Они являлись игроками, игравшими вместе и до рейда, а значит, способ связаться, например, для того чтобы версии звучали одинаково, у них имелся.
— Это я попросила их развести, — выслушав вполне обоснованный скепсис, призналась Фиона. — Может, это и не важно, а может, важно.
— Ну да, а нам больше работы, — кисло отметил Тукан.
— Не думаю, что в их случае это займёт какое-то время. Идите уже!
Курокоро, а Фалайз специально перепроверил, она ли это и к ней ли он должен был идти, заперли на время следствия в подвальном помещении, предназначение которого для дикого мага оказалось за гранью понимания. То ли это было очередное место для гильдейских ботов, то ли тюремная камера. Второе, с игровой точки зрения, не имело особого смысла.
В «Хрониках» держать других персонажей в заточении, конечно, было возможно: даже выйдя из игры, в следующий раз ты появлялся на том же самом месте. Однако это считалось аморальным среди простых игроков и не приветствовалось разработчиками. Стандартный срок рассмотрения заявки по поводу «застревания» в самом широком смысле составлял десять-двенадцать часов, после чего персонажа телепортировали на ближайшую точку возрождения. Впрочем, можно было не ждать и отправиться возродиться самостоятельно, но уже с потерей снаряжения.
Чаще всего заключение, как в данном случае, было формальностью, на которую соглашались обе стороны. Поэтому-то тюрьмы в чистом виде в «Хрониках раздора» почти не встречались, только как часть внутриигрового антуража. Гильдия Приключенцев не была исключением: судя по обилию пыли и паутины в этой тюремной камере давно уже никто не появлялся.
Друид смирно сидела на аккуратном, явно принесенном сюда откуда-то ещё табурете с отрешённым видом — верный признак того, что она свернула игру.
— Кхм-кхм, — демонстративно прокашлялся Фалайз, надеясь привлечь к себе внимание. — Мне поручили задать вам пару вопросов.
Ждать какой-то реакции пришлось довольно долго: дикий маг успел трижды повторить свою фразу, прежде чем Курокоро зашевелилась, обозначив, что вернулась в игру.
— Приветик! — дружелюбно кивнув, сказала она. — Мы с сестрой уже можем быть свободны?
— Эм, не совсем. Мне поручили задавать, эм, — Фалайз помялся и с нажимом продолжил, — м-м-м, тебе пару вопросов.
— А-а-а, ну конечно, давай.
Удивительно, но даже с таким отношением дикому магу всё равно не хотелось задавать глупые вопросы Фионы.
— Ник?
— Курокоро.
— Откуда ты?
— Ганза. Эм, Светлейшая, э-э-э… — друид запнулась, силясь вспомнить, как там официально именовалось данное государство игроков.
— Неважно, — пощадил её Фалайз, за что удостоился выразительного «кгхм» от Фионы. — Класс?
— Друидесса! — поправляя робу, которая ей отчаянно не шла, ответила Курокоро.
— Специализация?
— Ты, видно, не в курсе. У друидов нет специализаций. У нас школы. У меня и сестры школа Пантеры.
 
— Ага, спасибо, — делая вид, что что-то пишет, кивнул Фалайз.
— Спроси у неё, зачем ей статуя, — вмешалась жрица, прежде чем дикий маг задал следующий вопрос.
— Э-э-э, так зачем тебе эта статуя?
— На самом деле… незачем, — разведя руками, призналась друид. — Просто на нас с сестрой висит долг перед Ганзой, и нам поручили отправиться сюда, помочь с крысолюдами.
— Так при чём здесь статуя? Там же полно было и других вещей.
— Когда мы увидели, что она так нужна остальным, то решили, ну, знаешь, подзаработать. Достанется нам, продадим кому-то из рейда, нет — получим что-то другое. Деньги нам очень нужны.
— Теперь спроси, перед каким именно городом Ганзы у них долг, — вновь вмешалась Фиона.
Когда Фалайз слово в слово повторил этот вопрос, Курокоро ответила, ни секунды не раздумывая:
— Вольгаст.
— Ага, эм, — сверяясь со своим «внутренним» голосом, который предпочёл промолчать, сказал дикий маг, растерянно улыбнулся и отправился на выход.
— Надеюсь, нас скоро отпустят, да?
— Возможно, — уклончиво сказал Фалайз и вышел в коридор, где, чувствуя неладное, сразу же поинтересовался у Фионы, — почему я уточнял город?
— Потому что Тукан, который справился на две минуты быстрее, это зачем-то спросил. Как оказалось, не зря.
— Спросил, потому что полезный! Я полезный! — самодовольно заявил крестоносец.
— Тоорила опрашивай, полезный, — шикнула на него Фиона.
— И что, ответы были разными, да? — догадался дикий маг.
— Угу. У твоей это Вольгаст, у второй, эм, Даблин.
— Хм-м-м, очень странно.
— Ещё как! Перепутать два города в одной стране! — Согласилась жрица, а затем мрачно добавила: — На самом деле, это хуже, чем может показаться. Это означает, что они, зная, что им ничего не будет, кого-то покрывают.
— Или же, — подумав немного, возразил Фалайз, — они, украв статую, просчитали такой ход мыслей и, эм, сыграли на опережение. Что мы решим, что если они украли статую, то наводить на себя подозрения они не стали бы и всё такое.
— Ух сложно. Так или иначе они нас путают, а это плохо, — резюмировала Фиона, тяжело вдыхая. — Тут и вправду работы не на пять минут.
***
Близняшки
***
Тоорил, по оценке Тукана, из всех игроков, запертых на время расследования в гильдии, находился в наиболее комфортных для себя условиях — на складе при конюшне. Там он, расположившись на стоге сена, лежал, глядя в потолок, и одновременно, не опуская глаз, плёл из соломы фигурки. Не похоже было, что это какая-то осмысленная деятельность — просто способ себя занять. Тем не менее такая ловкость рук восхищала: делко не каждый в «Хрониках» смог бы лёжа и не глядя сплести из соломы коня.
— Меня послали задать пару вопросов, — сообщил крестоносец.
— Задавай, — окинув его безразличным взглядом, пожал плечами кочевник.
— Ник?
— Тоорил.
— Город? В смысле откуда ты?
— Из Неди. Там нет городов. Нам они не нужны.
Только здесь, при общении фактически один на один, отчётливо была заметна работа автопереводчика: губы кочевника двигались куда быстрее, чем появлялся звук.
В «Хрониках раздора» не было отдельных серверов. Всего один — общий для всех. Языковую разницу компенсировали за счёт самообучающейся нейросети-автопереводчика. За время своей работы она не только научилась почти без проблем переводить большинство языков, но и даже сохранять особенности речи того или иного человека.
Лучше всего у автопереводчика получалось работать, разумеется, с распространёнными языками вроде английского или русского. Но даже в случае с более редкими языками разница заметна была исключительно в скорости перевода: появлялся заметный лаг между движением губ и звуком.