Не драконьтесь, Ваше Высочество! или Игра на выживание (СИ)
Пределы дворца я пока ни разу не покидала — не до того было. Императорский дворец был огромный, я даже половину залов так и не изучила. Да и расписание Фьюри действительно было очень плотное, я всюду была рядом с ним, а всё свободное время мы пока предпочитали проводить вместе.
До отведенных для меня покоев за несколько дней пребывания во дворце я так ни разу и не дошла. Даже не знаю, воспользуюсь ли этой своей спальней хоть раз…
Еще в первый же день пребывания в Лакоре я познакомилась с семьей Фьюри, во время обеда. Очень боялась идти на этот обед, уговаривала Фьюри оставить меня в комнате.
— А можно мне просто поесть в спальне? — попросила я, услышав о семейной трапезе и почувствовав, как волосы на моей голове встают дыбом. — Или на кухне… Где-нибудь в уголочке, где меня никто не увидит…
— Можно, конечно, но зачем?
— Я… стесняюсь.
— Кого? Меня?
— Да нет же, — усмехнулась я. — Просто, ну… Я никогда не была на дворцовых приемах. Я могу лишь смутно представлять себе, как всё это выглядит, как пафосно всё проходит… Я запутаюсь в столовых приборах, не смогу поддержать светские беседы за столом, окончательно опозорюсь, съев как-нибудь не так принесенное блюдо и попросту сгорю от стыда, оставив вместо себя горстку пепла на стуле.
— У тебя очень стереотипное представление о том, как проходят трапезы в императорских дворцах, — рассмеялся Фьюри. — Нет, я не спорю, что в каких-то странах они действительно именно так и проходят, но это точно не касается моей семьи, поверь. Мы обычные люди, и…
Я скептично выгнула бровь, и Фьюри рассмеялся, глядя на мое вытянувшееся лицо.
— Ну, не совсем обычные, согласен. Но наши неофициальные трапезы в кругу семьи отличаются от трапез в других семьях только сервировкой стола, наличием прислуги и большим разнообразием блюд, потому что мы с отцом, как арханы, большие любители о-о-очень плотно поесть. Никто не будет смотреть, как ты держишь вилку, и оценивать твои интеллектуальные способности вести светские беседы. Если уж начистоту, то никого это не будет волновать. Вообще, запомни, что на самом деле по жизни такие вещи никого никогда не волнуют. Все всегда заняты собой и думают только о себе. К тому же, как моей соуле, тебе следует везде быть со мной.
* * *Он оказался прав.
За столом собрались родители Фьюри, его сестра и уже знакомые мне Морис с Флорой. Последняя, кажется, тоже чувствовала себя неуютно, и, возможно, на этой почве мы с ней быстрее всего разговорились и спелись.
— А ты часто тут бываешь? — спрашивала я Флору.
— Не, вообще впервые тут в эти выходные оказалась. Как раз когда Фьюри сюда вернули, и он рассказывал об обстоятельствах вашего знакомства.
Я дико смутилась, вспомнив эти самые обстоятельства и виновато поджала губы.
— Да ладно тебе, чего ты краснеешь, — усмехнулась Флора. — Я вот с Морисом тоже познакомилась при дурацких обстоятельствах и в дурацком месте.
— Это где же? — с улыбкой спросила я.
— В лифте, в нашем Генеральном Штабе. Морис был — да собственно, и остается — моим куратором. Но на момент столкновения в лифте я этого не знала и обозвала его идиотом, а потом… — Флора тяжко вздохнула, вид у нее был весьма смущенный. — В общем, наше знакомство нельзя назвать чинным и приличным, поверь мне. Я тебе как-нибудь потом расскажу… Не за столом.
А в целом, семья Фьюри только поприветствовала меня, окинув оценивающим взглядом, и больше на меня никто не обращал внимания, ведя разговоры о своих делах, так что я довольно быстро расслабилась и даже не стала корить себя за то, что перепутала вилки, когда принесли новое блюдо. Особенно я расслабилась, когда увидела, что Агата, сестра Фьюри, вообще не придавала значения столовым приборам, и все принесенные блюда так и ела одной вилкой, не прикоснувшись к другим. Обстановка за столом вообще была весьма дружелюбная, я бы сказала — неформальная.
Отец Фьюри — Салливан — оказался именно таким, каким я его себе представляла: серьезным, спокойным и рассудительным мужчиной, достойно занимающим свое императорское место. Высокий, широкоплечий, с шоколадными глазами и смолянисто-черными волосами, Фьюри был на него очень похож.
Слева от императора Салливана сидела его супруга Агнесса, которая в моем понимании, честно скажу, меньше всего была похожа на императрицу. Стройная голубоглазая блондинка, она сидела за столом не в каком-нибудь роскошном платье, какое рисовало мне воображение, а в некой боевой форме, что ли… Черном таком, обтягивающем брючном костюме, очень специфичном.
— Это стандартная форма солдат равновесия в академии Армариллис, — пояснил Фьюри, заметив мой интерес. — Мама периодически же работает по разным заданиям Армариллиса, вот и сегодня только вернулась с очередной вылазки. В платьях за демонами особо не попрыгаешь.
— Твоя мама тоже фортемин?! — тихо ахнула я.
— Ага. И мой кузен Морис.
Я положила вилку на край тарелки. Мне нужно было сделать паузу. Опасалась, что сейчас могу подавиться кусочком цветной капусты в кляре.
— Боже, с кем я связалась, — пробормотала я еле слышно себе под нос.
Пробормотала еле слышно, но заметила, что император Салливан и кузен Морис при этих моих словах быстро зыркнули на меня и уткнулись в свои тарелки с загадочными улыбками.
Я напряглась этой их реакцией и вопросительно повернулась к Фьюри, который сидел с понимающей улыбкой.
— Мой отец тоже ледяной дракон, а у всех арханов очень острый слух, — пояснил он. — Ну а Морис — метаморф, и ввиду своих магических особенностей его слух не сильно хуже моего.
Ох! Вот же засада… Это они меня слышали, и всё поняли, получается?
Стало жутко стыдно, и я отложила в сторону не только вилку, но и стакан воды, который подозрительно подрагивал у меня в руках.
"Что, тяж-ж-жко обедать в кругу недодемона и его родни, да-а-а, крош-ш-шка? — услышала я чрезвычайно ехидный голос Ластара. — И даж-ж-же обсудить сидящих за столом не с кем, да-а-а? А вот оставила бы меня в с-с-своей Искре, и мы бы с тобой ух-х-х как кос-с-сточки всем перемыли бы сейч-ч-час!.."
Да, Ластар. Никогда бы не подумала, что скажу это, но сейчас мне очень не хватало тебя в моей голове.
Глава 52. Случайностей не бывает
В императорском дворце всегда было многолюдно. Здесь никогда не было абсолютно тихо и безлюдно, постоянно что-то происходило, кто-то куда-то бежал, кто-то кому-то что-то объяснял и доказывал. Немало шума наводила Агата. Эта девушка оказалась весьма темпераментной особой, любящей громко вести беседы. А еще у нее была такая специфичная манера общения, когда она была чем-то взволнована. В такие моменты она разговаривала ну очень быстро, и я с улыбкой подумала о том, что такая девушка может любого врага заболтать до смерти.
Вот и во время той первой обеденной трапезы она была чрезвычайно эмоциональна.
— Что значит — так надо?! — возмущалась она, с таким остервенением разрезая бифштекс, что я удивилась, как еще тарелка выжила после такого надругательства. — Я не поеду в Тироль! Не хочу я в Тироль!! На кой мне этот Тироль сдался, пусть они сами разбираются со своими артефактами!!
— Хочешь, не хочешь — а ты поедешь туда, если так того потребуют обстоятельства, — спокойным голосом отвечал Салливан, лениво ковыряясь в тарелке с салатом. — Но пока об этом говорить рано. А артефакты не их, а наши, и мы в первую очередь заинтересованы в стабильном продолжении сотрудничества.
— Да ну почему я должна этим заниматься?! Это дела Фьюри, а не меня!! Всегда он этим занимался!
— Ты тоже относишься к семье Родингеров, милая моя, — подмигнул Салливан своей дочери. — И серьезные проблемы мы решаем сообща.
— Мы пока даже не знаем, проблема ли это вообще!! Может, они там сами что-то намудрили…
— Может, — согласно кивнул Салливан. — Но в любом случае, займешься этим ты. Раз уж начала, то доведешь дело до конца. Сама.