Не драконьтесь, Ваше Высочество! или Игра на выживание (СИ)
Мне понадобилось какое-то время, чтобы почувствовать себя полностью расслабленной. Спокойной, несмотря на панические возгласы вокруг. Единой. Цельной. Я еще раз медленно вдохнула и выдохнула, пошевелив пальцами и увидев, что магия больше не рвется наружу. И жжение в точке солнечного сплетения тоже уменьшилось. Отличная новость!..
Я огляделась по сторонам, оценивая машстаб бедствия. Лед вокруг постепенно таял. Медленно, но верно размораживалось все вокруг, начиная от цветка хризантемы в вазе. Разморозился и профессор Тюдор. Он вздрогнул всем телом, жадно глотая ртом воздух. Глаза у него были совершенно дикие и испуганные, но главное, что он был жив и вроде вполне здоров. К нему тут же подскочили лекари, а я облегчённо выдохнула, устало улыбаясь взъерошенным профессорам.
— Уф, ну наконец-то… Получилось! Простите, я… не знаю, как так вышло. Ничего специально для этого не делала…
— П… получилось, говорите… — слабым голосом произнес профессора Кнайд, глядя куда-то мне за спину.
Я обернулась и с опаской глянула в сторону академии.
Ох… Лучше бы не смотрела…
Западное крыло замка — нежилое, отведенное под теплицы и лаборатории, — рассыпалось на глазах. Замороженная стена, докуда успела добраться моя расползшаяся магия, крошилась мелкими льдинками и медленно оседала на землю, превращаясь в гигантскую глыбу раскрошенного льда.
Все происходило очень быстро, но для меня все было как в замедленной съемке.
Судя по вспышкам заклинаний, из западного крыла сейчас немедленно эвакуировали работников теплиц и лаборантской, действовать приходилось молниеносно. За считанные минуты стены обрушились окончательно с неприятным звуком трескающегося льда.
Вот так вот. Было западное крыло — и нету западного крыла. Просто блеск.
Я нервно сглотнула, понимая, что мне трындец. Я не знаю, что со мной сейчас сделают, но эта выходка мне с рук точно не сойдет.
Обхватила себя руками и сжала голову в плечи, будто бы ежилась от холода, хотя мне, наоборт, было очень жарко. Неспешно перевела взгляд на профессора Кнайда, который как раз шагнул ко мне и гневно взревел:
— Мисс Риччи! Вы что натворили?!
— Я… я понятия не имею, как я это сделала, — честно выдохнула я.
Руки мои дрожали, и вообще меня всю колотило, как от озноба. Демоны, неужели снова поднимается температура?..
Я двинулась было к замку, чтобы присоединиться к тем, кто восстанавливал сейчас разрушенное западное крыло, но была грубо остановлена профессором Кнайдом, больно схватившим меня за плечо и удерживающим на месте.
— Стоять, мисс Риччи! Вы куда?
— Как — куда? Надо же помочь… как-нибудь… И вообще…
— Помогать вы ничем не будете, — отрезал профессор, окидывая меня неприязненным взглядом. — С этим разберутся другие. А вы… "Помогли" уже, благодарствую. Теперь, будьте любезны… Немедленно покиньте нас.
— Но…
— Вы покидаете нас, — жестким голосом повторил профессор и кивнул в сторону выхода с тренировочного полигона. — Вон из полигона. Вон из академии!
Я часто-часто дышала, кровь стучала в висках, и голова совсем перестала соображать от всего стресса. Я снова оглянулась на академию и заприметила Вангелиса, который стоял в отдалении от всех и смотрел только на меня, подозрительно сощурившись и сжав губы в тонкую нить.
— Но…
— Никаких "но", — гаркнул профессор, подойдя к преподавательскому столу. — Вы исключены из академии, мисс Риччи, — и с этими словами он коснулся пальцем моей зачетки, применяя к ней испепеляющие чары.
* * *Я сидела на скамейке во внутреннем дворике академии и пыталась понять, как мне жить дальше.
Меня в самом деле отчислили из академии. Вот так вот, да. Просто взяли и отчислили — единомоментно.
Только что закончила писать тетушке Майе письмо, в котором я безбожно врала о том, что экзамены временно перенесли в связи с несчастным случаем в академии, и я сейчас погощу у Лики, пока вся эта канитель растянулась на неопределенное время. У меня все хорошо, все чудесно, мы с подругой активно заняты подготовкой к экзаменам, поэтому домой пока не тороплюсь, люблю целую, до встречи.
Почему я не сказала правду насчет своего отчисления? Ну… По многим причинам. Конечно, все это шло из чувства страха. Я крупно облажалась и не сомневалась в том, что тетушка будет рвать и метать по поводу моего отчисления.
Она у меня очень строгая, эта тетушка Майя. И уж очень она переживала всегда по поводу моего обучения. Для нее точно будет ударом известие о моем отчислении. Надо было ее как-то подготовить к этому… но я пока не знала, как. Не то чтобы я сильно переживала по поводу ее реакции. Скорее просто беспокоилась о плохом зоровье и слабом сердце тетушки Майи. И считала, что в сложившейся ситуации мне не стоит торопиться с плачевным известием. Лучше попробовать смягчить это какой-то другой хорошей новостью. А для этого мне нужно время.
Я тяжело вздохнула, поморщившись от все еще беспокоящего жжения в точке солнечного сплетения. Шепнула нужное заклинание, отправляя письмо к тетушке. Оно вспыхнуло в моих руках желтым светом и исчезло в алых искорках.
Письмо "улетело" к адресату, а я так и продолжила сидеть на скамейке в полной растерянности. В абсолютном непонимании, что же мне теперь делать.
Из академии меня выпнули без ничего.
Нет, не в том смысле, что даже вещи собрать не дали. Вещи как раз собрать нужно было, вернуться в спальню, запихать всё в сундук… но я никак не могла взять себя в руки, чувствовала себя разбитой, растерянной. Расклеилась я, в общем. Потому что — и это самое главное и плачевное — мне отказались давать какие-либо документы о моём обучении. Даже какую-нибудь справку о том, что я училась вообще-то. Не самым лучшим образом, но всё-таки я пять лет училась в магической академии и прослушала внушительные курсы лекций.
Отложим в сторону вопрос о том, насколько эффективно прослушала, но все же этот факт имел место быть. Я могла бы забрать свои документы из академии и поступить с ними в другую академию для завершения обучения. Я знаю, что в Салахе можно было переводиться в другие учебные заведения, и я тоже могла бы попытать счастья. Ну, допустим, конкретно в нашей академии таких случаев я лично не помню, но сама по себе такая практика в стране существует.
Но нет. Мне отказались выдавать что-либо, без объяснений. Дали час на то, чтобы полностью собраться и покинуть стены академии. Пропуск в академию у меня уже изъяли. Вдаваться в объяснения не стали. Просто: на выход, и всё тут. Нелепость какая…
Странно все это было как-то. Не по-человечески. Да и просто — странно. Как будто меня взяли и единомоментно списали со счетов. Бред какой-то…
— Дурацкая академия, — бормотала я себе под нос, пиная носком туфли камушек под ногами. — И зачем только тетушка меня сюда пихнула…
"Чего грус-с-стишь? Крас-с-сиво же бомбануло, — внезапно раздался в моей голове подозрительно знакомый урчащий голос. — Я бы только ещ-щ-ще с-с-спецэффектов добавил. Но для первого раза и так с-с-сойдет".
— Ластар? — недоверчиво спросила я. — Это ты, что ли?
"Это я, что ли".
— А где… Фьюри?
Я с надеждой огляделась по сторонам, но нигде его не заметила. Да и откуда бы ему было взяться тут, во внутреннем дворике академии?..
"Хозяин с-с-сейчас в Лакоре, где ему и место".
— А ты где?
"В твоей магичес-с-ской Искре и, с-с-соответственно, в твоей голове".
Я на добрую минуту зависла, пытаясь осознать смысл сказанного. Так и не справившись с сей умственной задачей, осторожно уточнила:
— Стесняюсь спросить, но что ты в ней делаешь?
"Понятия не имею!", — радостно произнес Ластар.
Здрасьте. Приехали.
Глава 42. Попробуем подружиться?
Как Ластар оказался в моей голове, не знали ни я, ни Ластар. Ну либо он знал, но помалкивал из вредности. Честно говоря, я склонялась к этому варианту. Драконы все же по природе своей — хитрые существа, и один Хааск знает, что у них на уме.