Не драконьтесь, Ваше Высочество! или Игра на выживание (СИ)

— Ну что, моя великолепная соула, давай сбежим ненадолго из дворца, пока Наставник не передумал? — сказал Фьюри, когда мы шли в обнимку по коридору. — Ты ведь так ни разу и не погуляла по Лакору, а это форменное безобразие. Ты как, готова к совместной вылазке?
— Только с тобой, — улыбнулась я и растаяла, когда Фьюри накрыл мои губы нежным поцелуем.
М-м-м… Как же сладко и нежно… Никогда не устану от такой разновидности "десерта".
Однако далеко от дворца нам отойти не было суждено.
Едва мы вышли за ворота дворцовой территории, как я увидела знакомую фигуру около ворот.
Вернее, не так: я в первую очередь узнала знакомый запах. Запах человека, с которым плотно общалась несколько лет, спала в одной факультетской спальне. И который не подавал никаких признаков жизни в последнее время.
— Лика! — громко воскликнула я, не поверив глазам. — Какая радость! Ты меня нашла!
Я кинулась было подруге на шею, но неожиданно была остановлена жёсткой рукой Фьюри.
— Белла, не приближайся к ней, — твёрдым голосом произнес Фьюри.
— Что? Но это Лика! Моя подруга! Она жива, жива! Лика, боже, я так волновалась, почему ты не отвечала на письма?..
— Она тебя не искала, — оборвал меня Фьюри. — Она пришла ко мне.
— В смысле?..
Если честно, я ничего не понимала.
Переводила взгляд с Фьюри на Лику, которая выглядела, мягко скажем, очень плохо. Под глазами тёмные круги, вид измученный. От нее пахло… Я принюхалась и шарахнулась на пару шагов назад. Хааск проклятый, а от нее пахло, почти как от Уайлдера: как будто она "испачкалась" в каком-то "металлическом", механическом запахе. А еще от нее пахло смутно знакомым мне дорогим женским парфюмом. Не сразу, но я вспомнила, что таким, кажется, любила пользоваться мама Лики, госпожа Ревельская, да и сама Лика периодически таскала у мамы дорогие духи.
Не знаю, сколько она тут простояла у ворот замка, но явно очень долго, судя по тому, как ее колотило от холода. На меня она не обратила ни малейшего внимания, ее потухший взгляд был прикован к Фьюри магнитом.
— Покажите ваши руки, мисс, — холодно потребовал тот.
Лика молча вытянула вперед руки, и я ужаснулась тому, что обе ее руки были исполосованы каким-то диким образом… Ножом. Ровно в тех местах, где у меня ранее были руны, доставшиеся мне "в подарок" от академии Тори Уайлдера. Исполосованы не так давно, судя по тому, что с левой руки еще стекала тоненькой струйкой кровь.
А еще — на правом запястье пульсировал зеленым светом витиеватый рисунок, похожий на магическую печать.
— Что это? — почему-то шепотом спросила я.
— Маячок, — мрачно ответил Фьюри, тоже не сводя взгляда с зелёной печати. — Тот, который я отправил вдогонку некоему волшебнику, ворующему время у девочки по имени Нолла рядом с городской площадью в Салахе, помнишь?
— Что? — опешила я. — Лика? Но… Как? Почему?.. Лика, что происходит?
Она меня словно не слышала и смотрела только на Фьюри. Губы ее дрожали от холода, а по щекам лились слезы.
— Помогите мне, — еле слышно прошептала Лика. — Пожалуйста…
  
Глава 67. Нечестная игра
 
Я сидела в обнимку с бутылью успокоительного, которое мне всучил императорский лекарь Фил, когда заметил, что у меня уже откровенно трясутся руки. Бутыль была уже почти пустой, но вцепилась я в нее крепко, как в спасительную соломинку. Все-таки бутыль — это понятный, твердый стеклянный предмет, который был мне сейчас хоть какой-то твердой опорой в реальном мире, в отличие от всего того, что в этом самом моем мире творилось.
Мы расположились в лекарском корпусе, который примыкал к императорскому дворцу отдельным зданием. Здесь в помещении сейчас собралось много народу, в том числе Ильфорте, Эрик, Агата, Салливан. Мы сидели тут уже больше часа, и все это время мне хотелось выть белугой от всего того, что я слышала от Лики.
Говорить ей разрешили не сразу. Сначала Ильфорте избавил Лику от всех рун ритуальным кинжалом — так же, как и меня несколько дней назад. Часть рун Лика сама с себя "вырезала" — в буквальном смысле, кинжалом, оттого ее руки и были жутко исполосованы, и Ильфорте в том числе залечил эти раны.
 
Лика таким образом пыталась снять с себя блокирующие руны, которые мешали ей сбежать из подземной лаборатории и пробраться в Лакор. Она давно пыталась это сделать, ведомая маячком Фьюри, но с блокирующими и отслеживающими рунами это не представлялось возможным.
— Как ты вообще узнала, что на тебе начертаны руны? — спрашивал Ильфорте. — И как осталась живой после осознания? Не вижу на тебе руны самоуничтожения, которая есть на Белладонне.
— Эту руну и парочку других блоков стерли с меня, когда я перешла на второй уровень доверия… Я вела себя максимально прилежно, — глухим голосом рассказывала Лика. — Поняла, что брыкаться бесполезно, и решила идти други путем. Втерлась в доверие, не вызывала никаких нареканий. Была очень активной, инициативной… Получила доступ к расширенной информации. Постаралась узнать все, что мне было доступно — а это очень многое — и всё это время изучала охранные заклинания. Планировала побег.
— Сколько девушек тебе пришлось усыпить навечно, чтобы заслужить доверие и получить доступ к информации более высокого уровня? — прямо спросил Морис, умеющий зрить сразу в корень.
— Около полусотни, — прошептала Лика, глядя в одну точку перед собой.
А у меня к горлу подкатила тошнота. Которая только усилилась, когда Лика размеренным голосом смертельно уставшего человека рассказывала подробности.
Мне пока запрещали касаться Лики, хотя мне дико хотелось ее обнять, потому что я чувствовала всю ее боль. Сейчас она совсем не была похожа на ту весёлую задорную девушку, которую я всегда знала. Сейчас это был замученный, дико уставший человек с дырой в душе.
— Они обещали, что оставят моих родителей в живых, — произнесла Лика убитым голосом.
— Кто — они?
— Да эти… Уроды… Сотрудники лаборатории… Вместе с карателями… С двуликим Бернсом… Они пришли к нам в дом… По сути, взяли в плен моих родителей… Сказали, что я магически "созрела" до каких-то там их показателей и теперь могу присоединиться к их великому плану, направленному на свержение Лакора… На уничтожение всех арханов… Мне обещали золотые горы и вообще все что захочу… Сказали, чтобы я при них вместе с куратором попробовала вытянуть жизненную энергию из какой-нибудь одной девушки, следуя инструкции куратора… Сказали, что оставят папу и маму в живых, если я справлюсь…
— Но ты не справилась, — не спросил, а утвердительно произнес Ильфорте, сидящий напротив Лики с крайне сосредоточенным выражением лица.
— Мы с Беллой прервали процесс, наверное, — негромко произнес Фьюри. — Когда спасали ту девчонку…
Думаю, ему, как и мне, было сейчас очень плохо при мысли о том, что именно из-за нашего вмешательства могли пострадать родители Лики. Двойственные ощущения раздирали мое сердце на части.
— Нет, дело не в этом, — качнула головой Лика, шмыгнув носом. — Я справилась. Потянула энергию. От меня требовали только начать это делать… по определенной технике. А что дальше что-то пошло не так — наблюдателей не расстроило. Сказали, что поначалу жертвы часто "срываются", и ничего страшного в этом нет. Главное, что у меня получилось, и теперь я могу служить "на благо Салаха", мол, дальше меня доучат.
— А что происходит обычно с такими вот "сорванными" жертвами?
— Просто умирают, — пожала плечами Лика. — Они так же, как и другие жертвы, видят магический сон, после которого обычно не могу проснуться. Наблюдателям и карателям абсолютно все равно, сколько людей погибнет. Они там все чокнутые кретины во главе с нашим императором…
— Но ведь та девушка Нолла спала мертвым сном еще до того, как в ваш дом ворвались наблюдатели и каратели, мисс Ревельская, — произнес Фьюри. — А вы, я так понимаю, приступили к некоему процессу изъятия жизненных сил позже. Не сходится.