избранная любить (СИ)

Под тяжестью моего тела они прогнулись вниз, и я вместе с ними. Возможности карабкаться по ним не было. Слишком неудобно. Из-за обилия листьев я не видела расстояния до земли.
Повернула голову назад. оценивая, где находится окно комнаты. Сто дюймов вверх от меня приблизительно. И то хорошо, ближе к земле. Не второй этаж. Руки слабели от перенапряжения, долго так висеть я не могла. Придется прыгать. А так хорошо все предусмотрела, не учла только, что магия создаст не совсем такие ветки, как у дерева. Тренироваться и тренироваться еще.
Закрыла глаза и отпустила ветки. Вся надежда на посаженные клумбы, может, попаду на них? Не сильно попутешествуешь со сломанными ногами. Морально готовилась к столкновению с землей.
Приземление получилось не таким болезненным, как я себе представляла. Все-таки растения —
нужная вещь, а особенно, если на них падать.
Осмелилась открыть глаза и... закрыла их снова. Показалось?
Снова открыла. Нет Мое мягкое падение организовало тело мужчины, на котором я лежала, как на ложе.
— здравствуйте, дира, — не очень вежливо поздоровался незнакомец. — Нынче летная погода?
— му — ответила, рассматривая его лицо.
Карие глаза имели цвет лесного меда, они манили и притягивали к себе.
Мужественные черты лица дополняли манящие губы.
Надо же, какой красивый.
— Дира Аела? — спросил мужчина.
Отвлеклась от лицезрения его персоны. Стражник?
— Нет— поспешно проговорила и попыталась встать.
Только сейчас осознала, что руки незнакомца лежат на моих бедрах. Под платьем!
Оно бесстыжим образом сбилось на талии.
— Я вам не советовал бы делать таких фривольных движений телом, — с иронией заметил он.
Я замерла и посмотрела на незнакомца. На его лице появилась недвусмысленная ухмылка, а, чтобы его намек точно был понят, он сжал мои ягодицы.
— НУ знаете ли! — с негодованием прокричала, совершенно забыв о конспирации.
Резко оттолкнулась от него, но встать не получилось. Его руки по-прежнему удерживали мою выпуклую часть тела.
— Отпустите! Что вы себе позволяете?
— Я? — изумился незнакомец ухмыляясь. — Это вы свалились с дерева прямо на меня.
— А зачем вы там стояли? Вам что, места мало?
— Было любопытно наблюдать за видом снизу. И я никак не ожидал, что вы рискнете прыгнуть, —
делая попытку встать, поведал он.
— Извините. Я не хотела, — приняла другую тактику.
Мне бежать нужно, а не со стражником беседовать. Пусть и с таким привлекательным. На вид ему было лет тридцать. Щетина на лице придавала шарм, а эти ироничные глаза, казалось, заглядывали в самую душу.
— Куда вы так торопились?
— На прогулку, — не моргнув, соврала я.
— С саквояжем? — он кивнул в сторону моей дорожной сумки
— Да, а что?
Он встал и протянул мне руку С удовольствием воспользовалась его предложением. Мимо воли окинула взглядом фигуру незнакомца, отмечая странную одежду. Она не была похожа на то, что надевают наемные стражи. На них обычно кольчуга и свободные штаны из плотной ткани. На мужчине же красовалась темно- синяя рубашка с непонятным орнаментом и штаны дорогого пошива. Если это страж, то очень странный. Может, неместный?
— И почему я вам не верю? — сложив руки на груди, спросил он.
— Это ваше право, — гордо подняла подбородок и прошествовала к упавшему саквояжу.
— Дира Аела, я не могу вас отпустить, — спокойно произнес он, глядя в глаза.
Уверенный и упрямый взгляд. Не пропустит:
— Давайте договариваться, — предложила я, подойдя ближе.
От него пахло смесью кардамона, черного чая и ореха. Странное и очень приятное сочетание.
Незнакомец удивленно приподнял бровь.
— я дам вам украшения, а вы сделаете вид, что не видели меня, — улыбнулась, вложив в улыбку все обаяние.
— Боюсь, деньги меня не интересуют, — с ноткой сожаления ответил он.
Быть такого не может! Всех интересуют, а его нет.
— дела, финц Джейдн, — услышала голос отца.
Финц? Апфинец!
Вот влипла! Это же нужно мне было упасть на воина! Кстати, почему он здесь?
Ведь завтра должен был приехать:
 
— Доченька, а что ты делаешь в саду? — фальшиво улыбаясь, спросил Себастиан.
— Гуляю. Погода нынче прекрасная, — произнесла я, вот только фальшиво улыбнуться не получилось.
Отец сверлил меня недовольным взглядом. Конечно же, я опозорила фамилию Тарис.
— Пройдемте в дом, — обращаясь к гостю, предложил Себастиан. — Сегодня из булочной, что на центральной площади, привезли отменные эклеры и вафли.
— Благодарю, но вынужден отказаться. Путь предстоит неблизкий, поэтому выдвигаемся прямо сейчас, — не сводя с моего лица пристального взгляда, ответил Джейдн.
От его глаз хотелось спрятаться. Читалось в них что-то пугающее и темное. Только сейчас обратила внимание на этот холод, которым веяло от него. Он задумчиво изучал меня. Сразу вспомнила слова
Милли о том, что у них черная душа. Жаль, что не получилось сбежать. Моя верная помощница, наверное, расстроилась.
Поискала глазами служанку. На крыльце увидела знакомое синие платье, Милли лежала на тахте.
— Милли! — крикнула я и бросилась к женщине, выпуская из рук саквояж.
— дела, так дира себя вести не должна! — крикнул отец вслед.
Мне было все равно, что я кому должна. Подбежала к служанке, она неподвижно лежала на ровной поверхности. Лицо выглядело мертвенно-бледным, а губы —синими. Взяла ее за руку. та оказалась ледяной.
— Милли, моя дорогая подруга.
Слезы мимо воли потекли из глаз. Женщина не подавала признаков жизни. Это я во всем виновата!
Зачем только попросила мне помочь?
Из дома вышла Габриэла, мигом оценив ситуацию, она схватила меня за руку и оттащила от служанки.
— Ты что творишь? Веди себя достойно! Твоя Милли сама виновата в том, что случилось. Нечего было применять магию к воинам. И додумалась тоже! —прошипела мачеха, продолжая сжимать мое запястье.
— Пусти меня, — вытирая слезы второй рукой, произнесла я.
— Во что ты вырядилась? Сбежать хотела?! — столько желчи и злости она вложила в эти слова, что я внутренне содрогнулась.
Даже немного жалела ее. Жить под одной крышей с чужим ребенком, осознавая, что твой муж слал с другой. Вынужденная мера, которая тяготила ее все двадцать лег моей жизни. А сейчас такой шанс выпал: избавиться от меня и решить финансовые проблемы семьи.
Она тащила меня прочь от крыльца. Отец поджидал нас все на том же месте, финц Джейдн отдавал какие-то распоряжения двум воинам.
Габриэла отпустила мою руку и прошипела:
— Не позорь нас.
Оглянулась. К телу Милли никто так и не подошел. Старалась не реветь, слезы все равно не помогут.
— Все готово. Можем ехать, — коротко сообщил алфинец. Глянул на меня и добавил: — Багаж загружен.
Посмотрела в сторону дома, там стоял грустный Джим. Юнионы поблизости не было. Еще гуляет по саду. Хорошо, что ей не пришлось всего этого видеть. Мне будет не хватать своей наивной младшей сестренки и ее тайных посещений моей спальни.
— Доченька, мы будем по тебе скучать, — вытирая фальшивую слезу, произнесла Габриэла.
— Береги себя, — сказал отец и сделал шаг в мою сторону, порываясь обнять.
Я выставила руку вперед — останавливая его. Хотела сказать что-то остроумное, но спазм сдавил горло. Если произнесу хоть слово — разревусь. Самый ужасный день в моей жизни, который я запомню. Сегодня я потеряла не только Милли, я простилась с беззаботностью. Пришло время взрослеть.
Попыталась найти в этой ситуации что-то хорошее. Наконец-то покину дом, где мне никогда не были рады.
Расправила плечи, выпрямила спину и прошла гордой походкой к ожидавшей карете. Воин открыл мне дверцу и помог забраться внутрь. Села в дальний угол и отвернулась к окну.
Хотелось скорее уехать отсюда, правда, не в то место, куда направлялась карета.
Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем мы тронулись. Только когда повозка отъехала далеко от места, которое я считала домом, дала волю слезам.