Дан- футболист. Начало (СИ)

Тренировка пролетела быстро, дальше привел себя в порядок, запрыгнул на верного стального коня, врубил на полную музыку и вперед к развлечениям.
Мчусь по вечернему городу по песни Высоцкого. Ну да, такой вот я, еще и великого барда слушаю. Сегодня романтическая коллекция играет и «Я поля влюбленным постелю» сменяется «Она была в Париже».
По дороге заскакиваю в магазин, беру пару бутылок шампанского, ну не с пустыми руками же приходить в гости и помчался дальше.
Домчался, настроение шикарное. Паркую мотоцикл, магнитофон с собой, и пакет конечно с шампанским, а то упрут, жалко и вперед, вон стоит дом - башня. Мне на седьмой этаж. Пока иду почему-то вспоминается «Моя любовь живет на двадцать пятом этаже», здесь эту песню еще не написали, как и множество других. Очень скоро, практически вот-вот, начнут появляться те песни которые я потом слушал десятилетиями. Ну а пока Высоцкий и западная музыка, пока так.
Ну вот дошел, зашел, поднялся, позвонил. Прям как у Галанина в его песне с глаголами. Как там было?…… «Нашел, протер и спрятал».
И открывают, Вита с Женей встречают меня красивого. Да конечно, колоритная фигура, высокий, в кожанке, с магнитофоном и весело придурковатым видом. Все как девчонки любят, и им похоже понравилось, пробежались по мне оценивающим взглядом, похоже признали достойным для компании, может даже для дружбы, или даже для дружбы телами. Что-то такое в глазах у девчонок промелькнуло.
Извините девчонки, но у меня уже есть Оля, и я ее не променяю на Вас, хотя и Вы хороши, но Оля, это Оля.
И звучит:
— Привет, Дан — здоровается сперва Вита, а после и Женя, и добавляет — А мы уже заждались—
— Привет, девчонки. Тренировка, пока закончилась, пока привел себя в порядок, пока доехал. Вот время и прошло — Отвечаю я и прохожу в квартиру.
А там гремит Си-Си-Кэйтч, кто-то танцует, кто-то сидит на диване. На столике вино и шампанское. Я вспоминаю, что у меня в пакете пара бутылок шампанского и достаю их со словами:
— А это от меня—
Нахожу взглядом Олю и подсаживаюсь к ней и все мы потеряны для мира. У нас есть мы, и больше особо ни кто не нужен.
А дальше идет обычная вечеринка с танцами, музыкой, смехом и ощущением свободы. Девчонки пару раз пытались увести меня от Оли, но у них не получилось, а не нужен мне ни кто сейчас, ну во всяком случае из присутствующих.
Парни ну так вежливо интересуются, как это оно, играть за Нефтяник. На что я, с самым честным видом заявляю, что еще не понял, так как совсем мало играл и вообще я скорее игрок дубля, так, привлекаюсь в основной состав и не более того. В принципе так оно и есть.
Я вечеринка идет, распили шампанское, я тоже пригубил, мне то режим держать нет смысла, но из образа не выбиваюсь. Потанцевали — и попрыгали, и в обнимку с Оленькой походили. Хорошо.
Потом я обнимаю Олю и на ухо шепчу:
— Я соскучился, очень, очень. Пойдем на балкон, просто постоим — И делаю самое честное и умильное лицо на которое только способен.
— Я тоже соскучилась. Пойдем — Шепчет она в ответ и мы смываемся на балкон, где и зависаем на полчаса.
Конечно мы не только стоим. Ну как ту удержаться, когда такая любимая и желанная девушка рядом. И поцелую, и руки ищут грудь, и находят. И она прижимается, и дыхание уже обжигает шею, и очень трудно сдержаться, но держусь. Завтра все завтра.
Но руки все равно бродят по телу любимой, пытаются залезть в джинсы, и она шепчет:
— Не надо, подожди до завтра. Пожалуйста—
И я соглашаюсь. Потом мы возвращаемся, на нас смотрят с подозрением, но никто ни чего не говорит. Еще полчасика и смываемся по домам.
Я естественно иду ее провожать и провожание выливается в очередной сеанс обниманий и поцелуев, в ходе которых я все таки не сдерживаюсь и проникаю туда, куда меня так тянет весь вечер. Она уже не сопротивляется, а только прильнула ко мне и целует, целует, целует. Жадно и безостановочно. И я не останавливаюсь. Разгулявшиеся пальцы добираются до сладкого и там развлекаются по полной. Заканчивается все это вполне закономерным итогом и шепотом на ухо:
 
— Все, Дан, все. Я уже все, я больше не могу. Я вся мокрая—
И я снова останавливаюсь. Завтра, все будет завтра. И я шепчу ей на ухо:
— Завтра я за тобой зайду? Во сколько? Я свободен после двух—
И она отвечает таким же горячим шепотом:
— Давай в три, хорошо?—
— Хорошо, любимая — Отвечаю я.
— Я буду ждать, любимый — Слышу в ответ.
И снова целую, и уже чувствую, что еще немного и я ее никуда не отпущу. И все таки отпускаю. Она идет домой, я провожаю ее взглядом и потом тоже отправляюсьдомой. Завтра предстоит хороший день.
Тренировка закончилась, потренировались, поработали с мячом. Отрабатывал удары. Не зря время прошло. А теперь можно и отдохнуть. Сейчас по-быстрому переодеваюсь, и погнал.
И переоделся, привел себя в порядок. Прыгнул в седло мотоцикла и вперед, к новым свершениям. Ну в смысле к Оле, конечно к Оле. Какие еще свершения мне сейчас нужны?
И гоню по улицам нашего южного города, распугивая прохожих гулом мотора и бодрой танцевальной музыкой, льющейся из принайдованного к Мотоциклу Panasonica.Хорошо, просто душа поет, вместеc JOY.
И примчался, стою, жду Оленьку. И вновь под хорошую музыку, на этот раз из динамиков льется волшебная музыкаSPACE.
Волшебная музыка, под которую я жду волшебную девушку и вот она идет. Выплывает из-за угла и улыбка сразу освещает ее лицо. Рада и я рад, нашей новой встрече. Подходит, обнимаю, целую.
— Привет, Даня — Говорит она и улыбается.
— Привет, Оля — А с меня картинку можно писать под названием влюбленный рокер.
— Что будем делать ? — Спрашиваю я.
— Давай немного покатаемся, а потом к тебе? — Просит она.
— Конечно, Оля — Соглашаюсь я, тем более дома сегодня ни кого нет, родители на каникулы должны только через неделю приехать.
Еще поцелуи и садимся на мотоцикл. По газам и помчались, часовая прогулка здорово разогнала кровь у нас обоих и когда мы подъехали к дому, уже оба были на взводе. Мотоцикл на стоянку, а сами быстро, очень быстро домой.
И едва перешагнули порог, как началось настоящее безумство страсти, одежда летит на пол, один предмет за другим и вот я уже прижимаю к стене прихожей обнаженную белокурую красотку. Ну как тут удержаться? Когда тебе в глаза смотрит, вынимая душу, голубоглазое чудо.
И я обнимаю эту чудесную девушку и пробую на вкус ее, где только можно, и особенно где нельзя. Хотя, что значит нельзя для тех кто горит огнем страсти? Мы таких слов не знаем, их нет в нашем словаре.
И она прижимается, вся дрожит от накатывающих волн сладострастия. Глаза, губы, тело — все говорит Да. И я принимаю это Да. Тут уже нет и не может быть запретов ни в чем.
И прям так, прижавшуюся ко мне, я подхватываю ее под прелестную попку и несу в спальню. А она вцепилась так, что не оторвать и только губами все время ищет губы, и находит. И от этих поцелуев, кажется, сейчас сердце выпрыгнет из груди и отправится в пляс.
Кладу ее на кровать и нежно, очень нежно целую, не выбирая специально места. Куда попаду, туда попаду. А попадаю раз, за разом в самое интересное. А оно, это интересное такое разное, то обжигающе приятное, то прохладно невероятное, то влажное и терпкое, а то и сухое, и нежное. И всегда завлекающее, затягивающее и уже не отпускающее.
И руки бродят, чего-то ищут, всегда находят, рукой прижмут. И уже ни чего не соображаешь, кроме желания доставить радость, заставить кричать от наслаждения и просить, еще, еще. И конечно даешь, это еще и еще. И кажется нет края этому, нет начала и нет конца. И не возможно больше. Но можно, и это можно начинается прямо сейчас. Простые движения с великим смыслом. И держимся, держимся, держимся, когда уже казалось нет ни каких сил. Сплетение тел, сплетение судеб и мыслей.