Кровавый целитель. Том 6: Late game - Часть 3 (СИ)

— Всё в порядке, милый Вилл. Эмоции обуревают тебя. Ты переживаешь за своих ребят, и значит, тебе не всё равно.
— Не всё равно, конечно…Делать-то что? Как лечить парня? — спросил Вилл, моля, чтобы ответ на этот сложный вопрос обязательно нашёлся.
Мари вздохнула и поправила воротник белой рубашки.
— Не знаю. Правда. Я психолог, а не нейробиолог. Могу лишь предположить, что Керпула нужно скорее выводить из этой игры. Она ведь работает по особенной технологии, правильно, и время течёт по другим законам. Год здесь — минута в реальном мире.
— Вроде того.
— И мы не знаем, как всё это сказывается на работе мозга, — дополнила Мари.
«А ведь Лоинтан упоминал о чём-то похожем», — вспомнил Вилл. В том самом разговоре он рассказывал, что некоторые умершие игроки возвращались в реальный мир с проблемами со здоровьем, и часть из них, вполне вероятна, была связана с теми или иными повреждениями в работе мозга. А игровая смерть Керпула могла лишь подкинуть масла в огонь, повредив рассудок и запустив процесс разрушения.
— Вытащить, значит, — задумчиво произнёс Вилл. — Пока мы здесь, это невозможно. Даже если я забью руками Керпула и сведу его уровень к единице, он просто отправится к Пожирателям, и будет ждать, пока мы же его оттуда вытащим. Замкнутый круг.
— Я слышала, скоро начинается операция по освобождению всех пленных? — спросила Мари. — Я в ней участвовать не буду, но верю, что вы справитесь. Молюсь душой и сердцем.
— Да…спасибо… — с некой отрешённостью ответил Вилл.
Этот вопрос натолкнул как на скорое наступление, так и на вопрос, с которым и созрело желание поговорить с Мари.
— Вообще, я бы хотел обсудить нечто другое, — произнёс Вилл, смотря в красивые чёрные глаза женщины.
— Я внимательно тебя слушаю, — по-доброму улыбнулась Мари. Эта улыбка грела душу, но и при этом заставляла чувствовать себя немного неуютно. Заранее заготовленные слова предательски вылетели из головы.
— В общем…это…Блин. Не знаю даже с чего начать, — руки сами собой начали блуждать по волосам, нервно закручивая их.
— Всё хорошо. Если не знаешь с чего начать — начинай с начала, и дальше мысль раскрутится сама.
— Ладно…
Вилл постарался успокоиться и найти начало длинной цепи событий.
— Какое-то время назад я получил специальный класс. Выполнил задание особое, а до этого…Нет, неважно. Этот специальный класс поставил меня перед выбором.
— Так, — Мари вновь потянулась к перу и пергаменту. — Что за выбор?
— Я могу использовать силу специального класса и необычные способности, но расплачиваюсь за это кровавыми зарядами, которые получаю за ритуал. И даже если не использовать умения — ритуал всё равно необходимо проводить ежедневно. Без его мои характеристики падают на смешного малых, а после…я наверное умру? Не проверял, — в конце вырвался нервный смешок.
Мари сделала пару пометок.
— Хорошо, всё завязано на ритуале. Выбор связан с ним?
— Да. Раньше всё было просто. Я должен был либо убивать неигровых персонажей, именно убивать, наполняя кубок их кровью, либо же истязать свою руку. Без убийства, к счастью. Я не убивал неигровых персонажей и проводил ритуал только над собой. Так было в том игровом мире, так было и здесь. Пока…кое-что не случилось.
Вилл решил не поднимать подробности у Небесной темницы, смерти Релы и всего прочего, что хоть как-то с этим связано. Сведения ценные, и разглашать их всем подряд, пусть даже психологу, не стоит.
— С этого момента мой класс стал сильнее. Но вскоре всплыла проблема. Сперва игра запретила мне проводить ритуалы над своим телом. Потом разрешила, но поставила жёсткие рамки. За каждый такой ритуал повышается вероятность моей смерти. Один процент, два, четыре и выше, выше и выше. Понимаете да, что каждый ритуал может стать для меня последним.
— Понимаю. Знаешь, когда я играла в одну игру, то как маленькая девочка загорелась желанием выбить с босса редкий облик для персонажа. Шанс на выпадение был…ой, не помню уже, процента три, если не меньше. Я настраивала себя на долгий и ежедневный труд, слушала истории подружки, которая не могла выбить этот облик третий день. Я зашла на босса, убила его…и облик ждал меня в сундуке. Представляешь, после первой же попытки. Такие вот три процента. Сработали сразу же.
 
— Каждая такая история убеждает меня в том, что я невероятный счастливчик, — хмыкнул Вилл, смотря на левую руку. Порез от утреннего ритуала медленно затягивался. — Но играть с такими вероятностями всё опаснее. И здесь вступает в игру тот самый выбор…
Мари внимательно слушала и делала свои пометки.
— Есть и другие способы пополнения кровавых зарядов и совершения ритуала. Я могу убивать игроков. Буквально. За каждого убитого я получаю часть кровавых зарядов, в зависимости от уровня игрока. Я пробовал проводить ритуал на своём друге, но получил лишь часть зарядов…Да и в целом это проблему не решает. Я продлеваю себе жизнь и силу за счёт убийства другого и отправления его в виртуальный ад, при этом накладывая на ребят сильный дебаф и отрезая шанс воспользоваться их помощью. Ненормальный размен, и идти по такой дорожке я не стану.
Мысли хаотично сливались в единый поток, а виртуальное сердце колотилось сильнее обычного.
— Но есть и другой вариант, — продолжил Вилл. — Третий. Это вариант с убийствами неигровых персонажей. Я не знаю точно, как он будет работать. Вполне возможно, что как с игроками, и для полного восстановления зарядов мне потребуется убить не одного НИПа, а сразу несколько.
Чёрное перо скользило по исписанному наполовину пергаменту, издавая лёгкий скрип, напоминающий шёпот.
— И я…запутался. Я понимаю, что это всего лишь неигровые персонажи, скрипты и куски кода, но при этом я не могу поднять на них руку. Даже на отморозков и убийц, которых по-хорошему нужно перебить всех, чтобы не оставить ни малейшей вероятности, что они попробуют что-то испортить.
Мари сделала последнюю пометку и отложила перо в сторону.
— Я не зря спросила тебя про имя в самом начале, — произнесла она. — Мне кажется, внутри тебя идёт борьба, но немного иного рода, чем ты думаешь. В тебе сражаются две стороны — реальная, Саши, и виртуальная, Вилла. Саша осознаёт, что нужно перебить неигровых персонажей ради блага. Они для него никто, даже нечто чужеродное, но Вилл, который провёл в игре много времени и принимает неигровых персонажей как…родных и живых, не хочет жертвовать никем. Для него такое убийство равносильно убийству обычного игрока, и именно на этой почве и разгорелся внутренний конфликт, который не даёт тебе покоя и который привёл ко мне.
— Хм. Под этим углом я не всё это не смотрел… — медленно произнёс Вилл, прислушиваясь к себе. — Но почему тогда у других ребят такой проблемы нет? Ведь многие провели со мной столько же времени, с самого начала. Намтик! Он обезглавил двух заключённых и отрубил руки одному, и это лишь то, о чём я знаю. Почему в нём нет подобного конфликта?
Губы Мари вновь сошлись в мягкой и ласковой улыбке.
— Я в твою голову-то пробраться не могу, милый Вилл, а ты говоришь про другого человека. Расскажи мне немного про Намтика. Какие у вас отношения?
— Тихий, спокойный парень, мухи не обидит… — медленно проговорил Вилл, стараясь как подбирать слова, чтобы не сказать ничего лишнего, так и ответить максимально честно. — Для меня он, пожалуй, как брат младший, хотя почему-то младший брат всегда защищает старшего. После прихода в этот мир он умер один раз…даже не так, один раз с половинкой, и получил специальный класс, Самурай.
— Хм…Пожалуй, всё это связано друг с другом, — Мари сложила руки на гладкой поверхности стола, и внимание снова привлекло необычное кольцо на безымянном пальце. — Мы не знаем, что видел Намтик в своих смертях. Быть может, это нечто, что укрепило его решимость защищать тебя и своих друзей любой ценой. В его системе координат всё намного проще. Есть вы, а есть нечто, что вам угрожает, и как только он замечает это нечто, он расправляется с ним без колебаний. И класс Самурай, думаю, прилепился к нему не просто так. Скорее всего…Намтик воспринимает тебя не как друга или брата, а на несколько ином, более тонком и высоком уровне. Возможно, он видит в тебе Господина, и высекает клинком или другим оружием всё, что может хоть как-то тебе навредить.