Кровавый целитель. Том 6: Late game - Часть 3 (СИ)
— Уж лучше бы мы сражались с простыми монстрами…
Венж обессиленно рухнул на пол. Во многом благодаря нему Мама смогла выжить, ведь если бы не его умелые блоки, то перебить входящий по ней урон не получилось бы. За спиной раздался лёгкий шум, вызванный тонким серебристым лучом. Разрезая всю комнату, он нашёл свой конец в противоположной стене и разбил им проход в следующую комнату.
— Мама? — спросил Вилл.
Стражница застыла, смотря в точку, где секундами ранее растворился второй драконоподобный малыш.
Эта комната окончательно помогла поймать закономерность — драконья тема, которая пронизывала практически каждую комнату. В третьей под мостом летали драконы. В четвёртой книги были выполнены из материала, который очень уж напоминал драконью чешую. Те же малыши в десятой комнате, причём сперва был один неопределённого серого цвета, а затем он разделился на два — с молочной белой кожей и более смуглого. Рела был драконом. Его брат Ворс, скорее всего, тоже дракон. А раз так, то и их родители могли быть драконами. Уж не в храме их родственников они сейчас находятся?
«В любом случае, ответ мы увидим в конце», — подумал Вилл, прогибаясь перед особо узкой частью прохода.
Четырнадцатая комната предложила им максимально простую, но в то же время неприятную игру. Час ожидания. Сейчас каждая минута им дорога, ведь Эрайз неумолимо спешил к своей цели.
— Я тут подумал, — произнёс Вилл. Эта комната отличалась от остальных — стены покрыты инеем, под ногами хрустел немногий снег, и в целом этот зал ощущался намного холоднее остальных. Даже с потолка падали маленькие снежинки, радостно прилипая к лицу. Сперва они решили вернуться в следующую комнату, но оказалось, что кто-то из игроков обязательно должен остаться тут. В итоге решили переждать вместе, а чтобы не замёрзнуть, развели костёр прямо в центре зала. — Вот мы с вами спешим. Торопимся. Злимся, что от нас требуют выждать целый час. И по всем законам жанра именно эта задержка должна сыграть свою роль.
— Представляю, как нас всех пропихивает через портал, но Эрайз проходит легендарку и он закрывается. Хрясь, и наши тела разрезает наполовину! Или мы вовсе висим в подвешенном состоянии между двумя мирами!
— Какое у тебя богатое воображение, — хмыкнул Вилл, шевеля тоненькой палочкой разгорающийся хворост. — Это настолка на тебя так сработала? Кромор, что ты сделал с человеком?
Венж скорчил кожу и ткнул локтем сидящего рядом колдуна. Вилл же проверил таймер. Прошло всего пятнадцать минут. И ведь знаешь, что от ежеминутной проверки ничего не изменится, что системные часы не пойдут быстрее, но внутри теплилась глупая, даже детская наивность, что время возьмёт и пойдёт быстрее.
— Ты куда? — спросил Вилл у поднявшейся Мамы.
— Я это…отойду, — уклончиво ответила она, отводя взгляд в сторону.
Вилл проследил за ней взглядом. Стражница вышла из пропитанного холода залом, забравшись в проход в предыдущую комнату. Решила вернуться? Но зачем? Под квадратный кусок дерева, который служил сидушкой, словно подложили сотню иголок.
Следить за Мамой некрасиво, но с другой стороны как лидер он должен хотя бы понимать, почему она ни с того ни с сего решила отойти. Вряд ли дело в простом желании побыть одной. Вдруг что-то случилось? Быть может, она не хочет говорить об этом при всех?
— Сидите, — коротко бросил Вилл своим ребятам.
Прошептанное под нос «Кровавое зрение» быстро нашло Маму. Она сидела в небольшом разветвлении между комнатами. Вилл нахмурился. Они его проверили, но ничего не нашли там, кроме десятка непонятных им изображений, напоминающих древние руны. Не успел Вилл выключить пронзающее толстый камень заклинание, как удалось зацепиться за один необычный момент. Мама что-то держала в руках. Какой-то небольшой предмет, и судя по опущенной голове внимательно его рассматривала.
Всё внутри ещё сильнее раскололось на две части. Одна требовала оставить Маму в покое, но вторая, подгоняемая внутренним параноиком, убеждала проверить. Вдруг Мама что-то нашла? Или же…
«Да нет, это же бред», — подумал Вилл. Мама тем временем поднесла предмет к губам, как будто…она что-то в него говорила. Параноик победно вскинул руку, сложив её в пистолетном жесте. Теперь отойти уже невозможно.
Аккуратно, чтобы мягкая подошва кровавых сапог не выдала его, Вилл осторожно прошёл возле стены и заглянул в небольшую комнату. Мама сидела в самом центре, окружённая множеством рун, но удалось разглядеть лишь её широкую спину в чёрных тяжёлых доспехах стража и тугой пучок тёмно-русых волос.
— Не помешаю? — осторожно спросил Вилл, нагибаясь и пролезая в комнату.
Мама вздрогнула и прикрыла собой предмет, словно прижимая его к груди.
— Чего? Я же сказала, что вернусь сейчас! — грубо ответила она, не разворачиваясь.
Вилл сделал маленький шаг и честно ответил:
— Я подумал, может случилось чего. Через «Кровавое зрение» увидел, что ты держишь какой-то предмет и поднесла его к губам, будто говорила в него. Прости, но внутренний параноик не смог меня убедить пройти мимо. Что там?
— Вилл, — низким голосом спросила Мама. — Тебе не кажется, что это слишком?
Вилл сделал осторожный шаг, примирительно поднимая руки. В голосе Мамы чувствовались угрожающие нотки, но накалять ситуацию не было никакого смысла.
— Я просто переживаю. Я успел себя десяток раз возненавидеть за то, что затащил вас в этот мир. Надо было уходить в реал вместе с Морией, и всё тут… — негромко произнёс Вилл и дополнил. — Так что я, как виновник всего этого ада, переживаю за каждого из вас, в том числе и за тебя.
Мама развернулась. Карие глаза сошлись в недоверчивом прищуре.
— Ну и та вещь, которую ты поднесла к губам. Я… — запнулся Вилл, не зная, раскрывать ли эту вещь перед Мамой, но решил зайти с другой стороны. — Мы же смогли сделать передаточные наушники для общения на расстоянии. Вот и подумал, что…
Мама закончить не дала. Она ещё больше развернула свой корпус, поднимая правую руку. Этим неизвестным предметом оказалась простая плюшевая игрушка — медведь, из которого небрежно торчали несколько коричневых ниточек. Присмотревшись получше, удалось разглядеть вышитую синими нитками надпись «Мама».
— Это подарок от Тируши, — тихо проронила Мама.
— Девочки, которую вы с Тадом…приютили?
Мама кивнула и прижала игрушку к груди.
— Она отдала этого медвежонка перед уходом из Города. Сказала, что сильно спешила и не успела закончить, поэтому и нитки торчат…Тируша сказала, что будет меня ждать. Сказала, что это…подарок…для мамы…
Голос Мамы дрогнул. Стражница отвернулась и левой рукой провела по лицу. Вилл осторожно сделал ещё пару шагов и аккуратно присел рядом. Мама ничего не сказала против.
— Тад рассказал, что в курсе моих проблем со здоровьем, — непривычно дрожащим голосом произнесла Мама. Всё это время она представала перед ними в образе суровой воительницы, а сейчас вся сжалась и прижимала к себе игрушку. — Моя мама умерла, когда мне было четыре. Отец ждал дочку, а я — младшую сестру. Маму увезли в роддом, и это был последний день, когда я видела её. При родах она скончалась, а родившаяся сестричка была такой слабой, что на следующий день умерла и она. Мы жили с отцом вдвоём, а его случайные романы так и не стали ничем серьёзным. Зато что было серьёзным — это его любовь к алкоголю, и через три дня после моего девятнадцатилетния бутылка добила его. Так я осталась одна. Без семьи. Без родни.
— А другие родственники? — осторожно спросил Вилл. — Бабушки там, или что-то совсем дальнее, вроде троюродных внучатых племянников по линии дедушки?
Мама отрешённо покачала головой, смотря в сеть переплетающихся друг с другом рун.
— Там своя история, которая ничего не меняет. Через год всё стало налаживаться. Я встретила мужчину, с которым хотела связать свою жизнь. Мужчину, с которым я хотела создать семью, семью, которой у меня по сути и не было. И ты не представляешь, как я была счастлива, когда тест показал две полоски. Этот день для меня был самым счастливым в жизни…